Чтение онлайн

А у нас? А у нас все было тихо. Наблюдаемый нами противник, энергично маневрировал войсками, стараясь запутать нас относительно своих действительных намерений, но в наступление не переходил.

Из Ставки, как обычно и происходит в подобных случаях, следовали сплошные вопросы, на тему: Что у нас произошло и как мы это будем исправлять?

Хорошие вопросы! Главное, что они весьма способствуют потере спокойствия среди работников моей штабной группы. Но разобраться с намерениями противника стоило. Почему он так поступает? Нет, на первый взгляд, действия генерала Чена логичны, так бы и я поступил. Прежде чем заниматься Туркестаном, следовало убрать угрозу своим коммуникациям со стороны южного фланга. Вот только это следует делать совсем не так и не в такое время. Магия названия конструктивно действовала на жителей этого округа. Они сами, без всяких понуканий, возвели весьма мощные укрепления на пути противника. И это дало нужный эффект: Наступавшая здесь в самом начале войны Восьмая дивизия, не смогла их прорвать и перешла к позиционным боям. И это при том, что она имела перед собой наспех возведенные опорные пункты. С той поры, эти укрепления совершенствовались непрерывно и чтобы их прорвать, следовало действовать иными силами. Конечно, сейчас там находится еще и Первая дивизия, столь много нам досадившая под Москвой. Там было гораздо больше средств поддержки, но с Ташкентской группировкой это было не сравнить. Та была вдвое мощней, а тем не менее, с места она не сдвигалась. А Ставка продолжала давить на нас и требовала нейтрализации возникшей угрозы.

Идиоты! Что они так нервничают? Ну есть у противника первоначальный успех, и что с того? Им захвачена лишь передовая линия обороны. А дальше у нас и войск больше, и укрепления гуще. Будь моя воля, я бы и не стал бы принимать дополнительных мер. Сами должны справиться! Но Ставка! Выругавшись про себя, я постарался успокоиться и заодно успокоить свое начальство. Пообещав начальству доложить через три часа о принятых мерах, я насел на подчиненных. В первую очередь на разведчиков. И разведка меня не подвела.

УМЕНИЕ БЫТЬ ЗРЯЧИМ.

Когда сержанта Игоря Хюммеля назначали на пост начальника разведки аж всей Русской Армии, никто не ожидал от него сногосшибательных достижений. Так оно и вышло. Большими достижениями, военная разведка похвастаться не могла. Многое ли вы узнаете о том, что творится в здании, если вас заперли в одной из комнат. Тем не менее, собирать информацию по крупицам, подчиненные Хюммеля научились. Война многое поменяла в их работе. Прежде всего, выросли возможности войсковой разведки по добыче нужной информации. Подчиненные приобрели за это время немалый опыт. И не только разведподразделения. Подразделения ведущие разведку чисто техническими средствами тоже вносили свою немалую лепту в правильную оценку обстановки. Худо-бедно научились правильно анализировать полученные отрывочные сведения и офицеры информационной службы. Хуже всего было с агентурной разведкой. Процесс вербовки агентов и создания устойчивых резидентур только начался. Заметных успехов тут не было.

Так или иначе, но сбор информации о противнике, пусть не идеально, но был налажен. Временами удавалось отслеживать обстановку в режиме реального времени. Так что свои офицерские уже погоны, Хюммель заработал честно.

А со Сталинградом вышел конфуз. Хорошо еще, что Субудаев не осыпает его напрасными упреками. Понимает ведь, что вскрыть замысел противника намного тяжелей, чем разведать текущую обстановку. Понимать то понимает, но поблажки делать не стал: только что потребовал доложить о текущих изменениях в группировке противника. А как это сделать? После внезапного удара, были потеряно много средств наблюдения. Да и сами разведчики понесли ощутимые потери. А если учесть, что сейчас им приходится участвовать в боях, как простой пехоте? Кому поручить сбор сведений? Та еще задачка.

Впрочем, идея есть. Нужно только согласие Субудаева на ее реализацию.

— Разведка боем?

— Да, именно она. Только провести ее нужно силами авиации и спецназа.

Я призадумался. То, что предложил Хюммель, выглядело простым только на первый взгляд. Он хотел, провести рейд в районе Сталинградского терминала, нанося ряд мелких но болезненных уколов по всему, что встретят на своем пути рейдовые группы. Цель операции — заставить противника реагировать на эти удары, привлекая для их нейтрализации как можно больше сил, находящихся у него в резерве. Задачей штурмовых флаеров, было оказание огневой поддержки действиям рейдовых групп.

Действуя таким образом, Хюммель надеялся собрать сведения о численности и боевых возможностях тех резервов, что были в распоряжении генерала Чена.

Вообще то, это достаточно сложная аэромобильная операция. Ее и спланировать будет тяжело, а уж осуществить… Летуны наши, в боях еще не бывали, поэтому как они управятся со своей частью задачи, хрен его знает. Но пробовать нужно.

— Значит так Хюммель. Ты это придумал, тебе это и осуществлять. Я со своей стороны, помогу тебе всем, чем только возможно. Но и ты не плошай. Через три часа, начинаешь эту операцию.

— Это нереальный срок…

— Это приказ! Ты еще не получал от меня дурных приказов? Значит получишь. Уже получил. Действуй!

Ошалевший Хюммель пулей выбежал от меня, а я тут же приступил к отдаче приказов. Мое участие было крайне необходимо. Нельзя было все сваливать на своего подчиненного. Просто потому, что решение некоторых вопросов вне его компетенции.

Через десять секунд, Салчак и его спецназ были подняты по тревоге, а еще через такое же время, я указал им район сосредоточения. Помимо этого, я приказал адъютанту организовать видеоконференцию. Фамилии тех, чье участие в ней желательно, я вспоминал и называл по памяти — из этих людей, я соберу штабную группу, которая будет помогать разведчикам на протяжении всей операции. Сейчас мне от нее нужно было получить наряд сил и средств, задействованных в этой операции. А дальше, они займутся проработкой маршрутов следования отдельных групп, помогут организовать взаимодействие между группами, а потом будут ставить разведчикам частные задачи.

То, что нужные мне люди находились в разных концах страны, роли не играло. Связь — великое дело. С хорошо организованной связью, нет нужды собирать нужные кадры в одном месте.

Спустя двадцать минут, получили конкретную задачу и авиаторы. А через три часа операция началась. Время ее проведения, диктовалось военной необходимостью. Через восемь часов после начала операции, она должна быть закончена. К такому темпу никто еще не привык. Надеюсь, что противник тоже.

ОПЕРАЦИЯ "МОЛНИЯ".

Первыми начали "веселье" авиаторы. Три звена штурмовых флаеров, каждое из которых сопровождалось четверкой ударных беспилотников, приблизились к району операции. Позади них, летел самолет-разведчик, внешне неотличимый от таких же штурмовиков. Именно он и засек излучение станций наблюдения за воздушным пространством. Мгновенно, "Стратегу" пошла информация об этом. "Стратег" среагировал тоже не мешкал: на экранах планшетов появились значки, обозначающие предполагаемые позиции средств ПВО противника. Как показали следующие секунды, достоверность выданной информации составила 40 %. А этого уже хватает для принятия решений.

— "Грачи"! Подавить ПВО! — поступила вводная с пункта управления авиаторов.

Пошла веселуха! Первыми в атаку рванули вовсе не "Грачи". Им еще рано. К работе приступили ударные беспилотники марки "Шершень". Работа как раз для них!

"Шершни" были созданы на основе ПВОшных ракет дальнего действия "Оса". Оценив способность "Осы" быстро разгоняться до гиперзвука, маневрировать на гиперзвуке, производить самостоятельно селекцию целей и действовать в бою по принципу "боевой рой", авиаторы пожелали получить ударный вариант такого чудесного насекомого. Сказано-сделано! "Шершни" обладали приемлемым радиусом действия, отличными маневренными качествами, выдерживали огромные перегрузки и обладали прекрасными боевыми интеллектуальными системами. Правда, вооружение у них было весьма скромным, но с этим мирились. Главное, что они способны уклоняться от зенитных рельсотронок и при этом не разрушаться. Сейчас, когда простое нажатие сенсора, дало им сигнал к атаке, они занялись именно тем, для чего и были созданы. И это было первое их применения.

Атака "Шершней" на станции наблюдения, заставила "косых" реагировать. Включились станции наведения и разведчики тут-же засекли их работу. И вновь пошла информация "Стратегу", а тот в ответ прислал новую "картинку" на планшеты командиров — интегральная картина началась складываться.

Первые удары "Шершней" и первые выстрелы вражеских рельсотронок произошли одновременно. "Картинка" усложнилась. Часть целей была поражена. И "Шершни", израсходовав свой невеликий боезапас, выходили из боя. На смену им подходил второй эшелон беспилотников.