Чтение онлайн

Из переполненного автобуса - в переполненное метро. Тут хоть на остановках из перегонов тянет свежим, всегда холодным ветром. Сейчас бы зимнего морозца, но чего нет - того нет. За пыльным стеклом проносились однообразные, похожие на окаменевшие жилы чудовища ржавые трубы с проводами. Это тебе не сколенские леса, даже не кривые, но такие романтичные улочки Старого Энгольда - столицы Империи, пережившей дни своего величия. А вон та неряшливая, одышливо сопящая накрашенная толстуха - ну кто она по сравнению с Олтаной или Эвинной? Да хоть с Ирминой-изменщицей?

"Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка..."

Эвинна... Как-то она там, одна, в застенке опаскудившихся попов? Одна против всей этой шоблы - и своих святош, и алков впридачу? И как он мог даже подумать оставить ее в их лапах?! Ведь кроме него больше помочь ей некому!

А может, зря он все это думает? И ей ничего там не грозит? Все-таки она - их ученица, делала то, чему ее учили. Может, ее вообще похвалили и отправили на курсы переподготовки? Да, в "Сказании" ее осудили, и только вмешательство Альдина спасло от казни в Гверифе. Но ведь уже само его появление изменило ход событий в части судьбы Альдина. Может быть, и храмовники поведут себя по-другому?

Хорошо бы, если так. Но даже если не так - что изменится? Ну встретились люди, ну расстались - бывает. Зачем лезть в пасть зверю ради попутчицы? В конце концов, у Эвинны своя голова на плечах и своя судьба. Все-таки не ребенок, вон сколько всего пережила. Выкрутится...

Чтобы вылезти на нужной остановке, пришлось изрядно поработать локтями. Моррест усмехнулся: неужели и там когда-нибудь будет метро? И жители славного славного града Алкрифа, или Старого и Нового Энгольдов, или Макебал, пихаясь локтями, потея и воняя, вот так же будут ломиться к выходу в час пик? "Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка "Храм Стигона". Уважаемые пассажиры..." Н-дя...

Подзабытый офис встретил духотой, пыльными бумагами и темными, обшарпанными коридорами. Фасад отделали, облицевали красивой разноцветной плиткой, поставили огромные стекла и лифт в стеклянной шахте. Поднимаешься - будто воспаряешь в небо. А вот в глубине бывшего заводского двора все осталось как в советские времена. Даже ржавело под дождями никому не нужное оборудование - теперь уж и не понять, какое именно. До девяносто первого было какое-то оборонное предприятие (впрочем, что оно выпускало, никто уж и не помнит), но приватизация и прочие радости "шоковой терапии" обрушились на него, как Великая Ночь на Сколен. Смежники перешли на выпуск то ли колготок, то ли презервативов, а после приватизации новый хозяин решил, что выгоднее старого завода иметь новый офисный центр. Оставшееся оборудование развинтили и оттащили на задний двор, где оно и ржавело, пережив свою страну и свой век. Наверное, вещи, выпущенные тем заводом, теперь смотрятся так же, как старосколенские мечи на фоне алкских новоделов. А впрочем, тут нехватку добротных вещей покроет импорт: пока есть нефть и газ, отчего не покупать за границей?

Его организация никогда не была особенно богатой. На офисы в передней, прошедшей евроремонт части денег, как всегда, не хватало. Оставалось ютиться в глубине двора, в каком-то давным-давно не видевшем ремонта корпусе. В фасадном, отделанном на совесть помещении расположился только отдел по работе с клиентами.

Есть просто офисы, а есть офисы эконом-класса.

Под истертым линолеумом скрипел и звякал разбитый кафель, местами линолеум скрыввал какие-то провалы и выступы. Шеф все грозился наскрести денег, да и выкинуть на свалку и линолеум, и кафель, заменить все ламинатом. Пока не всегда хватало и на зарплаты - кризис, мать его так. С потолков, где-то еще белых, где-то выщербленных и пожелтевших от разводов влаги, тускло светили пыльные плафоны. Хорошо хоть, пока хватает денег на лампочки...

...Вот так же и в Сколене. Только у тамошних правителей есть оправдание - Великая Ночь, выкосившая девяносто процентов населения. А чем могут оправдаться те, кто громят заводы безо всяких войн и катастроф? Вспомнился Амори: уж этот бы, привали ему такое богатство, в лепешку бы разбился, а не допустил гибели завода. Тем более - военного завода. Ему ведь нужна армия, способная удержать все, что нахватал в смуту. Может, привезти с собой не ружьишко, а рецепт изготовления черного пороха - и продать его Амори? За такую инфу запросто можно выручить мешок золота. Этот мешок запродать уже тут, и добытого хватит на многое: хоть на несколько лет шикарной жизни, хоть на открытие своего дела. Хорошо быть торговым посредником между мирами, жаль только - опасно: где крутятся большие деньги, там льется большая кровь. Всегда.

Поначалу было сложно - все-таки больше года, что бы тут не думали, он этим не занимался, ко всему надо привыкать заново. Но старые навыки не забылись, а необходимые формулы заложены в компьютерную программу. Нажимай себе клавиши. И это плохо. Потому что голова остается свободной для воспоминаний. А вспоминается разное: теплые губы Олтаны - и уроки рукопашного боя, преподанные Эвинной; Амори с его мечтой о новой, алкской Империи - и Эвинна, мечтающая о свободе Сколена. И Император Валигар, мечтающий только о том, чтобы без потрясений досидеть на троне свой срок. Шумный, кипящий молодой энергией Алкриф - и Старый Энгольд, еще пыжащийся изобразить, что все нормально, но уже тонущий в дремотном самолюбовании и упоении прошлыми победами. И уютные подлесные деревеньки Алкии, Нижнего и Верхнего Сколенов.

– Миш, что нос повесил? Черкайся, и повеселеешь.

Раньше Михаил (так и хочется поправить: "Я не Миша, а Моррест") и правда бы обрадовался, увидев ведомость на получение зарплаты. Да и кто бы не обрадовался? А теперь... "Даже деньги тут ненатуральные. Там - настоящее золото и серебро, а тут - раскрашенная бумага, а то и просто строчка цифр в компьютере. Виртуальные деньги, виртуальный секс, виртуальная реальность..." И что бы ты в этой виртуальности не делал, дела твои тоже будут виртуальными.

– Да, батенька, это там ты мог изменить историю, - пробормотал Моррест, расписываясь и принимая тоненький конвертик.
– Тут ты сдохнешь, и никто, в сущности, не заметит.

– Что?
– переспросила помощница главного бухгалтера. Совсем еще молоденькая, и, вопреки должности, веселая и незлая. Она нравилась всем сотрудникам (особенно, конечно же, сотрудникам мужского пола), но именно с Мишей у нее сложились самые лучшие отношения. Иногда он даже подумывал, не связать ли с ней дальнейшую судьбу.
– Только не говори, что тебе там не понравилось - это же просто город-музей! В мире есть лишь два таких города: Венеция и Питер! Завидую тебе...

"Чему ты завидуешь?
– подумал Моррест - и внезапно развеселился.
– Что я там чуть от чумы не загнулся? Или что на меня киллеры охотились?" Но рассказывать о своих настоящих приключениях значило нарваться на вопрос типа: "А что ты курил-то?" Моррест почел за лучшее заткнуться. Но все же не утерпел:

– Да скучно там, ездишь туда-сюда с экскурсоводом, ни пивка выпить, ничего...

– Или водочки, да на шашлычки... Все тебя, как волка, в лес тянет...

"Ага. В Ведьмин. Интересно же, из-за чего его так называют?"

– Может, и тянет, - отозвался Михаил.
– Красивее нашего леса вообще ничего нет.

"Или сколенского"...

– Ага, березки, там, сосенки, речки да перелески, - язвила Инна.
– Ну и какой ты после этого современный молодой человек? Впрочем, такой ты мне больше нравишься.

– Чем какой?

– Например, глотающий экстази на дискотеке. А тебе все, что нужно - погулять на природе, да полюбоваться на зелень...