Полночные восспоминания
Шрифт:
Он смотрел на нее, потеряв дар речи. И неожиданно все встало на свои места. "Они прятали ее в монастыре". В порядке благотворительности, Демирис любил давать деньги на монастырь в Янине, деревне, где якобы была убита Кэтрин Дуглас. Теперь все совпало с информацией, которую Спирос получил от Георгиоса Лато. Демирис послал на смерть двух невиновных людей за убийство Кэтрин Дуглас, в то время как она была жива и здорова, спрятанная за толстыми стенами монастыря.
Теперь Ламброу знал, как ему уничтожить Константина Демириса.
"Тони Риццоли".
11
Тони Риццоли все больше и больше не везло. Одна неудача следовала за другой. Хотя его личной вины в этом и не было, он отдавал себе отчет, что Семья возложит всю ответственность на него. Оправдания их мало интересовали.
Ситуация дополнительно омрачалась тем, что первая фаза операции с наркотиками прошла идеально. Он доставил груз в Афины без сучка, без задоринки и временно спрятал его на складе. Он подкупил стюарда, который согласился переправить груз контрабандой из Афин в Нью-Йорк. И надо же, за сутки до рейса этого придурка арестовали за вождение автомобиля в нетрезвом виде, и авиакомпания уволила его.
Тони Риццоли решил прибегнуть к запасному варианту. Он подыскал себе возчика - в данном случае Сару Мерчисон, семидесятилетнюю туристку, навещавшую дочь в Афинах, которая согласилась доставить его саквояж в Нью-Йорк. Она и представления не имела, что в нем находится.
– Там сувениры, которые я обещал своей матери, - сказал Тони.
– А в благодарность я хочу оплатить ваш билет.
– О, это совсем не обязательно, - запротестовала Сара Мерчисон.
– Мне приятно оказать вам услугу. Я живу недалеко от вашей матери. Будет очень приятно с ней познакомиться.
– Уверен, ей тоже, - бойко ответил Тони. Беда только в том, что она немного нездорова. Но кто-нибудь обязательно заберет саквояж.
Для роли возчика она подходила идеально - милая американская старушка. Единственно, в чем ее можно было заподозрить на таможне, это в попытке провезти контрабандой вязальные спицы.
Сара Мерчисон вылетала в Нью-Йорк на следующее утро.
– Я заеду за вами и подвезу вас в аэропорт.
– Огромное спасибо. Вы очень внимательный молодой человек. Ваша мама должна вами гордиться.
– Да. Мы с ней очень близки.
– Его матери не было в живых уже десять лет.
На следующее утро, когда Риццоли уже совсем было собрался ехать на склад за грузом, раздался телефонный звонок.
– Мистер Риццоли?
– Слушаю.
– Говорит доктор Пацака из палаты "Скорой помощи" афинской гродской больницы. У нас здесь находится миссис Сара Мерчисон. Она вчера упала и сломала бедро. Она очень беспокоится и просит сказать вам, что ей очень жаль...
– Merda!
– Тони с силой швырнул трубку. Два раза подряд. И где он теперь найдет возчика?
Риццоли знал, что должен быть осторожен. Прошли слухи, что в Афины приехал известный американский агент по борьбе с наркотиками, который работает совместно с греческими властями. Они перекрыли все выезды из Афин и регулярно проводят досмотры самолетов и судов.
Мало того, появилась еще одна проблема. Один из его осведомителей, вор и наркоман, сообщил ему, что полиция начала обыскивать склады в поисках спрятанных там наркотиков и другой контрабанды. Давление все росло. Пришло время познакомить Семью с создавшейся ситуацией.
Тони Риццоли вышел из гостиницы и направился по улице Патиссон к городской телефонной станции. Он подозревал, что гостиничный телефон может прослушиваться, и не хотел рисковать.
Телефонная станция помещалась в большом коричневом каменном здании с колоннами. Тони вошел в здание и огляделся. Вдоль стен выстроилось штук двадцать телефонных будок. На полках лежали телефонные справочники со всех концов света. В центре размещались стойки, за которыми служащие принимали заказы. К каждому из них стояла очередь.
Тони подошел к женщине, сидящей за одной из стоек.
– Доброе утро, - сказал он.
– Чем могу быть вам полезна?
– Я хотел бы заказать международный разговор.
– Боюсь, вам придется минут тридцать подождать.
– Разумеется.
– Назовите, пожалуйста, страну и номер телефона.
Тони Риццоли заколебался.
– Конечно.
– Он протянул женщине листок бумаги.
– Я бы хотел, чтобы разговор оплатил тот, кого я вызываю.
– Ваше имя?
– Браун. Том Браун.
– Хорошо, мистер Браун. Как только мы соединимся с вашим номером, я вас вызову.
Он подошел к скамье, стоявшей у стены, и сел.
"Я мог бы спрятать пакет в машине и заплатить кому-нибудь, чтобы ее перегнали через границу. Но это рискованно, все машины обыскивают. Надо подыскать что-нибудь..."
– Мистер Браун... Мистер Том Браун...
– Телефонистка дважды повторила имя, прежде чем Тони сообразил, что зовут его. Он встал и поспешил к стойке.
– Ваш абонент согласен оплатить разговор. Седьмая кабина, пожалуйста.
– Спасибо. Да, не могли бы вы вернуть мне листок с номером? Он может мне еще понадобиться.
– Конечно.
– Она подала ему листок.
Тони Риццоли прошел в седьмую кабину и закрыл за собой дверь.
– Привет.
– Тони? Это ты?
– Ага. Как ты там, Пит?
– Сказать по правде, малость беспокоюсь, Тони. Парни надеялись, что посылка уже в пути.
– Тут кое-какие проблемы возникли.
– Посылка отправлена?
– Нет, до сих пор здесь.
Последовало молчание.
– Нам бы не хотелось, чтобы с ней что-нибудь случилось, Тони.
– Ничего и не случится. Просто надо отыскать другой способ отправить ее. Тут всюду эти чертовы ищейки из бюро по борьбе с наркотиками.
– Речь идет о десяти миллионах долларов, Тони.
– Знаю. Не волнуйся. Я что-нибудь придумаю.
– Уж, пожалуйста, постарайся.
И в трубке раздались короткие гудки.
Увидев, что Тони пошел к выходу, человек в сером костюме подошел к женщине за стойкой.
– Signomi. Видите того человека?