Чтение онлайн

Текла. И ты думаешь, что я хочу доставить ему эту радость.

Адольф. Нет, я не хочу думать этого!

Текла. Тогда зачем же беспокоиться?

Адольф. Я не могу быть покойным… Твое вечное кокетство мучит меня!.. Разве так необходимо всегда играть этим.

Текла. Да я вовсе не играю!.. Я хочу нравиться — вот и всё!

Адольф. Да… но только мужчинам!..

Текла. Ну, конечно!.. Я даже не знаю, чем женщина может нравиться другим женщинам.

Адольф. Скажи… когда ты имела последнее известие о нём?

Текла. Месяцев шесть назад.

Адольф. И ты о нём никогда не думаешь?

Текла. Никогда! Наши отношения прекратились после смерти ребенка.

Адольф. И ты нигде с ним не встречалась?

Текла. Нет… хотя он, вероятно, живет где-нибудь здесь же поблизости… Но почему это тебя вдруг стало беспокоить?

Адольф. Не знаю. Но вот эти дни, пока я был один, я всё время думал о его страданиях… когда ты его бросила.

Текла. Понимаю… угрызения совести?

Адольф. Да!

Текла. Тебе кажется, будто ты украл?

Адольф. В роде этого.

Текла. Вот это мило! Как будто можно украсть женщину, как ребенка… или курицу! Ты считаешь меня за какое-то движимое имущество! Очень тебе благодарна!

Адольф. Нет, я смотрю на тебя, как на его жену! А это нечто большее, чем собственность! Этого нельзя возместить!

Текла. Так что твои мученья прекратились бы, если бы ты узнал, что он тоже женился? Но ведь ты же заменил мне его!..

Адольф. Заменил ли? Любила же ты его!

Текла. Любила?.. Да…

Адольф. И все-таки…

Текла. Он надоел мне!..

Адольф. Вот я и думаю, что и я когда-нибудь надоем тебе!

Текла. Этого не будет. Нет!

Адольф. Явится еще кто-нибудь, ты в нём увидишь все достоинства, которые ты ищешь в мужчине… И ты бросишь меня!

Текла. Нет!

Адольф. А если он обворожит тебя? И не будучи в состоянии бросить его, ты бросить меня, конечно!

Текла. Ну, это еще не значит…

Адольф. Не можешь же ты любить двух в одно и то же время.

Текла. Почему же нет?

Адольф. Я и представить себе этого не могу.

Текла. Но это возможно, хотя ты и не понимаешь. Не все люди одинаково созданы!

Адольф. А, теперь я начинаю понимать!

Текла. Да ну! В самом деле?

Адольф. Да ну! В самом деле… Пауза, во время которой Адольф напряженно хочет, но не может припомнить чего-то. Текла! Твоя откровенность начинает меня беспокоить.

Текла. Откровенность? Как будто раньше ты высоко ценил эту добродетель, и сам меня выучил ей.

Адольф. Да, но теперь ты, кажется, своей откровенностью прикрываешь что-то!

Текла. Это — новая тактика, видишь ли!

Адольф. Не знаю почему, но я испытываю невыносимое беспокойство! Хочешь, уедем домой, сегодня же!

Текла. Ну что еще за новый каприз! Я только что успела приехать и не имею ни малейшего желания опять уезжал.

Адольф. Ну, а если я хочу этого?!

Текла. Какое мне дело, чего ты хочешь! — Отправляйся один!

Адольф, Я приказываю тебе ехать со мной с первым же пароходом!

Текла. Приказываю? Это еще что значит?

Адольф. Ты забываешь, что ты — моя жена!

Текла. Ты забываешь, что ты — мой муж?

Адольф. Это громадная разница!

Текла. А! Вот что! Ты никогда не любил меня!

Адольф. Да?

Текла. Да! Потому что любить — значит давать.

Адольф. Совершенно верно, для мужчины любить значит давать, но для женщины — значит брать, И я только и делал, что давал, давал и давал!..

Текла. Однако! Что же это ты мне давал?

Адольф. Всё!

Текла. Немного же! Но хорошо! Допустим даже, что так, и что, я действительно взяла это твое «все». Значит, ты собираешься представить мне счет всех твоих подарков? Но раз я брала их, значит, я любила. Потому что женщина может принимать подарки только от своего любовника…

Адольф. От любовника! Да! Верно сказано! И я был твоим любовником, но никогда не был твоим мужем!

Текла. И для тебя это было в тысячу приятнее! Но если ты, мой милый, не доволен своей судьбой, то — с Богом! Я вовсе не желаю иметь мужа.

Адольф. Ты думаешь, я не заметил этого. Последнее время я наблюдал, как ты с ухватками вора старалась удаляться от меня, чтоб блистать в разных кружках вороной в моих перьях, в моих брильянтах, потому я решил напомнить тебе о твоем долге. Да, я являюсь теперь в роли назойливого кредитора, которого посылают к чёрту, а его счета бессовестно вымарывают. Чтоб не увеличивать моего счета, ты теперь отказываешься брать из моей кассы и занимаешь у других. Я для тебя муж поневоле, и ты ненавидишь меня! Но если я больше не могу быть твоим любовником, то я сделаюсь твоим мужем, во что бы то ни стало!

Текла, полусмеясь. Ты говоришь глупости, мой милый идиот!

Адольф. Опасно считать идиотами всех, кроме себя!

Текла. Да, но почти все думают так!

Адольф. И мне невольно приходит в голову, что твой первый муж вовсе не был идиотом.

Текла. Боже мой! Можно подумать, что ты сочувствуешь ему.

Адольф. Очень может быть.

Текла. Ну что ж? Ты бы был счастлив познакомиться с ним, довериться и излить ему всё свое сердце. Милая картина! Но знай, что он и меня влечет к себе, потому что я устала быть вечной нянькой. Он все-таки был настоящий мужчина, и, может быть, самый большой его недостаток состоял в том, что он принадлежит мне!

Адольф. Ну что ж? Ну что ж? Не говори так громко! Нас могут услышать.

Текла. Велика беда, если и услышат.

Адольф. Значит, теперь ты одинаково увлекаешься и зрелыми мужчинами и мальчишками!

Текла. Как видишь! Я восторгаюсь теперь без разбора! И мое сердце открыто всем и всему, великому и малому, красивому и безобразному, новому и старому. Я люблю весь мир!

Адольф. Знаешь, что это значит?

Текла. Ничего я не знаю… Я только чувствую!

Адольф. Это означает старость! Счастливым дням пришел конец.