на главную - закладки - комментарии

Чтение онлайн

КНИГИ

switch

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Полное собрание сочинений. Том 3. Басни, стихотворения, письма
на обложку

Крылов Иван Андреевич
Шрифт:
И огород твой при моем Казаться будет пустырем.Да, правду говорить, я и тому дивился,Что огородишко твой кое-как идет. Как ты еще не разорился?Ты, чай, ведь никаким наукам не учился?» «И некогда», соседа был ответ. «Прилежность, навык, руки: Вот все мои тут и науки; Мне бог и с ними хлеб дает».—«Невежа! восставать против наук ты смеешь?» —«Нет, барин, не толкуй моих так криво слов: Коль ты что путное затеешь, Я перенять всегда готов».—«А вот, увидишь ты, лишь лета б нам дождаться…» —«Но, барин, не пора ль за дело приниматься? Уж я кой-что посеял, посадил; А ты и гряд еще не взрыл».— «Да, я не взрыл, за недосугом: Я всё читал И вычитал,Чем лучше: заступом их взрыть, сохой иль плугом. Но время еще не уйдет».— «Как вас, а нас оно не очень ждет»,Последний отвечал, – и тут же с ним расстался, Взяв заступ свой; А Философ пошел домой. Читал, выписывал, справлялся, И в книгах рылся и в грядах, С утра до вечера в трудах. Едва с одной работой сладит, Чуть на грядах лишь что взойдет. В журналах новость он найдет — Всё перероет, пересадит На новый лад и образец. Какой же вылился конец?У Огородника взошло всё и поспело: Он с прибылью, и в шляпе дело; А Философ — Без огурцов.

Крестьянин и лисица

«Скажи мне, кумушка, что у тебя за страсть Кур красть?»Крестьянин говорил Лисице, встретясь с нею, «Я, право, о тебе жалею! Послушай, мы теперь вдвоем,Я правду всю скажу: ведь в ремесле твоем Ни на волос добра не видно.Не говоря уже, что красть и грех и стыдно, И что бранит тебя весь свет; Да дня такого нет,Чтоб не боялась ты за ужин иль обед В курятнике оставить шкуры! Ну, стоют ли того все куры?» — «Кому такая жизнь сносна?» Лисица отвечает: «Меня так всё в ней столько огорчает, Что даже мне и пища не вкусна. Когда б ты знал, как я в душе честна! Да что же делать? Нужда, дети; Притом же иногда, голубчик-кум, И то приходит в ум,Что я ли воровством одна живу на свете?Хоть этот промысел мне точно острый нож».— «Ну, что ж?»Крестьянин говорит: «коль вправду ты не лжешь, Я от греха тебя избавлю И честный хлеб тебе доставлю;Наймись курятник мой от лис ты охранять:Кому, как не Лисе, все лисьи плутни знать? Зато ни в чем не будешь ты нуждатьсяИ станешь у меня как в масле сыр кататься». Торг слажен; и с того ж часа Вступила в караул Лиса.Пошло у мужика житье Лисе привольно; Мужик богат, всего Лисе довольно; Лисица стала и сытей, Лисица стала и жирней, Но всё не сделалась честней:Некраденый кусок приелся скоро ей;. И кумушка тем службу повершила, Что, выбрав ночку потемней, У куманька всех кур передушила. В ком есть и совесть, и закон, Тот не украдет, не обманет, В какой бы нужде ни был он; А вору дай хоть миллион — Он воровать не перестанет.

Воспитание льва

Льву, Кесарю лесов, бог сына даровал. Звериную вы знаете природу:У них, не как у нас – у нас ребенок году,Хотя б он царский был, и глуп, и слаб, и мал; А годовалый Львенок Давно уж вышел из пеленок.Так к году Лев-отец не шуткой думать стал, Чтобы сынка невежей не оставить, В нем царску честь не уронить,И чтоб, когда сынку придется царством править,Не стал бы за сынка народ отца бранить.Кого ж бы попросить, нанять или заставитьЦаревича Царем на-выучку поставить? Отдать его Лисе – Лиса умна,Да лгать великая охотница она; А со лжецом во всяком деле мука.—Так это, думал Царь, не царская наука. Отдать Кроту: о нем молва была, Что он во всем большой порядок любит: Без ощупи шага не ступитИ всякое зерно для своего стола Он сам и чистит, сам и лупит; И словом, слава шла,Что Крот великий зверь на малые дела:Беда лишь, под носом глаза Кротовы зорки, Да вдаль не видят ничего;Порядок же Кротов хорош, да для него;А царство Львиное гораздо больше норки.Не взять ли Барса? Барс отважен и силён, А сверх того, великий тактик он; Да Барс политики не знает: Гражданских прав совсем не понимает,Какие ж царствовать уроки он подаст! Царь должен быть судья, министр и воин; А Барс лишь резаться горазд:Так и детей учить он царских недостоин.Короче: звери все, и даже самый Слон, Который был в лесах почтён, Как в Греции Платон, Льву всё еще казался не умен, И не учен.По счастью, или нет (увидим это вскоре), Услышав про царево горе, Такой же царь, пернатых царь, Орел, Который вел Со Львом приязнь и дружбу,Для друга сослужить большую взялся службу И вызвался сам Львенка воспитать. У Льва как гору с плеч свалило.И подлинно: чего, казалось, лучше былоЦаревичу царя в учители сыскать? Вот Львенка снарядили И отпустили Учиться царствовать к Орлу.Проходит год и два; меж тем, кого ни спросят,О Львенке ото всех лишь слышат похвалу:Все птицы чудеса о нем в лесах разносят. И наконец приходит срочный год, Царь-Лев за сыном шлёт.Явился сын; тут царь сбирает весь народ, И малых и больших сзывает; Сынка целует, обнимает,И говорит ему он так: «Любезный сын, По мне наследник ты один;Я в гроб уже гляжу, а ты лишь в свет вступаешь: Так я тебе охотно царство сдам. Скажи теперь при всех лишь нам, Чему учен ты, что ты знаешь,И как ты свой народ счастливым сделать чаешь?» —«Папа», ответствовал сынок: «я знаю то, Чего не знает здесь никто: И от Орла до Перепёлки, Какой где птице боле вод, Какая чем из них живет, Какие яица несет,И птичьи нужды все сочту вам до иголки.Вот от учителей тебе мой аттестат: У птиц недаром говорят, Что я хватаю с неба звезды;Когда ж намерен ты правленье мне вручить, То я тотчас начну зверей учить Вить гнезды». Тут ахнул царь и весь звериный свет; Повесил головы Совет, А Лев-старик поздненько спохватился, Что Львенок пустякам учился И не добро он говорит;Что пользы нет большой тому знать птичий быт,Кого зверьми владеть поставила природа,И что важнейшая наука для царей: Знать свойство своего народа И выгоды земли своей.

Старик и трое молодых

Старик садить сбирался деревцо.«Уж пусть бы строиться; да как садить в те лета, Когда уж смотришь вон из света!» Так, Старику смеясь в лицо,Три взрослых юноши соседних рассуждали.«Чтоб плод тебе твои труды желанный дали, То надобно, чтоб ты два века жил.Неужли будешь ты второй Мафусаил? Оставь, старинушка, свои работы:Тебе ли затевать толь дальние расчеты?Едва ли для тебя текущий верен час?Такие замыслы простительны для нас:Мы молоды, цветем и крепостью и силой,А старику пора знакомиться с могилой».—«Друзья!» смиренно им ответствует Старик: «Издетства я к трудам привык;А если от того, что делать начинаю,Не мне лишь одному я пользы ожидаю: То, признаюсь,За труд такой еще охотнее берусь. Кто добр, не всё лишь для себя трудится.Сажая деревцо, и тем я веселюсь,Что если от него сам тени не дождусь,То внук мой некогда сей тенью насладится, И это для меня уж плод.Да можно ль и за то ручаться наперед, Кто здесь из нас кого переживет? Смерть смотрит ли на молодость, на силу, Или на прелесть лиц?Ах, в старости моей прекраснейших девицИ крепких юношей я провожал в могилу!Кто знает: может быть, что ваш и ближе час,И что сыра земля покроет прежде вас».Как им сказал Старик, так после то и было.Один из них в торги пошел на кораблях;Надеждой счастие сперва ему польстило;. Но бурею корабль разбило;Надежду и пловца – всё море поглотило. Другой в чужих землях, Предавшися порока власти. За роскошь, негу и за страстиЗдоровьем, а потом и жизнью заплатил,А третий – в жаркий день холодного испил И слег: его врачам искусным поручили, А те его до-смерти залечили. Узнавши о кончине их,Наш добрый Старичок оплакал всех троих.

Дерево

Увидя, что топор крестьянин нес,«Голубчик», Деревцо сказало молодое:«Пожалуй, выруби вокруг меня ты лес, Я не могу расти в покое: Ни солнца мне не виден свет, Ни для корней моих простору нет, Ни ветеркам вокруг меня свободы,Такие надо мной он сплесть изволил своды!Когда б не от него расти помеха мне,Я в год бы сделалось красою сей стране,И тенью бы моей покрылась вся долина;А ныне тонко я, почти как хворостина». Взялся крестьянин за топор, И Дереву, как другу, Он оказал услугу:Вкруг Деревца большой очистился простор; Но торжество его недолго было! То солнцем дерево печет, То градом, то дождем сечет,И ветром, наконец, то Деревцо сломило.«Безумное!» ему сказала тут змея: «Не от тебя ль беда твоя?Когда б, укрытое в лесу, ты возрастало,Тебе б вредить ни зной, ни ветры не могли,Тебя бы старые деревья берегли;А если б некогда деревьев тех не стало, И время их бы отошло:Тогда в свою чреду, ты столько б возросло, Усилилось и укрепилось,Что нынешней беды с тобой бы не случилось,И бурю, может быть, ты б выдержать могло!»

Гуси

Предлинной хворостиной Мужик Гусей гнал в город продавать; И, правду истинну сказать,Не очень вежливо честил свой гурт гусиной:На барыши спешил к базарному он дню (А где до прибыли коснется,Не только там гусям, и людям достается). Я мужика и не виню;Но Гуси иначе об этом толковали И, встретяся с прохожим на пути, Вот как на мужика пеняли:«Где можно нас, Гусей, несчастнее найти? Мужик так нами помыкает,И нас, как будто бы простых Гусей, гоняет; А этого не смыслит неуч сей, Что он обязан нам почтеньем;Что мы свой знатный род ведем от тех Гусей,Которым некогда был должен Рим спасеньем:Там даже праздники им в честь учреждены!» — «А вы хотите быть за что отличены?»Спросил прохожий их. – «Да наши предки…» – «Знаю, И всё читал: но ведать я желаю, Вы сколько пользы принесли?» — «Да наши предки Рим спасли!» {Наши предки Рим спасли – по преданию, гуси своим криком предупредили римлян о приближении врагов (галлов) к Капитолию. Это выражение стало пословицей.} — «Всё так, да вы что сделали такое?» —«Мы? Ничего!» – «Так что ж и доброго в вас есть? Оставьте предков вы в покое: Им по-делом была и честь; А вы, друзья, лишь годны на жаркое». Баснь эту можно бы и боле пояснить — Да чтоб гусей не раздразнить.

Свинья

Свинья на барский двор когда-то затесалась;Вокруг конюшен там и кухонь наслонялась; В сору, в навозе извалялась;В помоях по-уши до-сыта накупалась: И из гостей домой Пришла свинья-свиньей.«Ну, что ж, Хавронья, там ты видела такого?» Свинью спросил пастух: «Ведь идет слух,Что всё у богачей лишь бисер да жемчуг;А в доме, так одно богатее другого?»Хавронья хрюкает: «Ну, право, порют вздор.Я не приметила богатства никакого: Всё только лишь навоз, да сор; А кажется, уж, не жалея рыла, Я там изрыла Весь задний двор». Не дай бог никого сравненьем мне обидеть!Но как же критика Хавроньей не назвать, Который, что ни станет разбирать, Имеет дар одно худое видеть?

Муха и дорожные

В Июле, в самый зной, в полуденную пору, Сыпучими песками, в гору, С поклажей и с семьей дворян, Четверкою рыдван Тащился.Кони измучились, и кучер как ни бился, Пришло хоть стать. Слезает с козел он И, лошадей мучитель,С лакеем в два кнута тиранит с двух сторон:А легче нет. Ползут из колымаги вонБоярин, барыня, их девка, сын, учитель. Но, знать, рыдван был плотно нагружен, Что лошади, хотя его тронули,Но в гору по песку едва-едва тянули.Случись тут Мухе быть. Как горю не помочь?Вступилась: ну жужжать во всю мушину мочь; Вокруг повозки суетится; То над носом юлит у коренной, То лоб укусит пристяжной,То вместо кучера на козлы вдруг садится, Или, оставя лошадей,И вдоль и поперек шныряет меж людей;Ну, словно откупщик на ярмарке, хлопочет, И только плачется на то, Что ей ни в чем, никто Никак помочь не хочет.Гуторя слуги вздор, плетутся вслед шажком;Учитель с барыней шушукают тишком;Сам барин, позабыв, как он к порядку нужен,Ушел с служанкой в бор искать грибов на ужин;И Муха всем жужжит, что только лишь она О всем заботится одна.Меж тем лошадушки, шаг за шаг, понемногу Втащилися на ровную дорогу.«Ну», Муха говорит: «теперя слава богу!Садитесь по местам, и добрый всем вам путь; А мне уж дайте отдохнуть: Меня насилу крылья носят». Куда людей на свете много есть,Которые везде хотят себя приплестьИ любят хлопотать, где их совсем не просят.

Орел и паук

За облака Орел На верх Кавказских гор поднялся; На кедре там столетнем селИ зримым под собой пространством любовался.Казалось, что оттоль он видел край земли:Там реки по степям излучисто текли; Здесь рощи и луга цвели Во всем весеннем их уборе; А там сердитое Каспийско Море,Как ворона крыло, чернелося вдали.«Хвала тебе, Зевес, что, управляя светом,Ты рассудил меня снабдить таким полетом,Что неприступной я не знаю высоты», Орел к Юпитеру взывает:«И что смотрю оттоль на мира красоты, Куда никто не залетает».— «Какой же ты хвастун, как погляжу!» Паук ему тут с ветки отвечает:«Да ниже ль я тебя, товарищ, здесь сижу?» Орел глядит: и подлинно, Паук, Над самым им раскинув сеть вокруг, На веточке хлопочетИ, кажется, Орлу заткать он солнце хочет. «Ты как на этой высоте?» Спросил Орел: «и те,Которые полет отважнейший имеют, Не все сюда пускаться смеют;А ты без крыл и слаб; неужли ты дополз?» — «Нет, я б на это не решился».— «Да как же здесь ты очутился?» — «Да я к тебе, же прицепился,И снизу на хвосте ты сам меня занес:Но здесь и без тебя умею я держаться;И так передо мной прошу не величаться;И знай, что я…» Тут вихрь, отколе ни возьмись,И сдунул Паука опять на самый низ. Как вам, а мне так кажутся похожи. На этаких нередко ПауковТе, кои без ума и даже без трудов, Тащатся вверх, держась за хвост вельможи; А надувают грудь,Как будто б силою их бог снабдил орлиной: Хоть стоит ветру лишь пахнуть, Чтоб их унесть и с паутиной.

Лань и дервиш

Младая Лань, своих лишась любезных чад,Еще сосцы млеком имея отягченны, Нашла в лесу двух малых волченятИ стала выполнять долг матери священный, Своим питая их млеком. В лесу живущий с ней одном, Дервиш, ее поступком изумленный,«О, безрассудная!» сказал: «к кому любовь, Кому свое млеко ты расточаешь?Иль благодарности от их ты роду чаешь?Быть может, некогда (иль злости их не знаешь?) Они прольют твою же кровь».— «Быть может», Лань на это отвечала: «Но я о том не помышляла И не желаю помышлять:Мне чувство матери одно теперь лишь милоИ молоко мое меня бы тяготило, Когда б не стала я питать». Так, истинная благость Без всякой мзды добро творит: Кто добр, тому избытки в тягость, Коль он их с ближним не делит.

Собака

У барина была Собака шаловлива,Хоть нужды не было Собаке той ни в чем: Иная бы таким житьем Была довольна и счастлива И не подумала бы красть! Но уж у ней была такая страсть: Что из мясного ни достанет, В минуту стянет. Хозяин сладить с ней не мог, Как он ни бился, Пока его приятель не вступился И в том ему советом не помог.«Послушай», говорит: «хоть, кажется, ты строг, Но ты лишь красть Собаку приучаешь, Затем, что краденый кусок Всегда ей оставляешь. А ты вперед ее хоть меньше бей, Да кражу отнимай у ней». Едва лишь на себе Собака испытала Совет разумный сей,— Шалить Собака перестала.
1234567891011121314-97
Поделиться с друзьями:
© 2024 xBook

Почта для связи: xbook.shoplift810@passfwd.com