Полнолуние
Шрифт:
Так вот, скоро произойдёт нечто, что заставит тебя принять окончательное решение: ты с нами или с ними. Ещё несколько недель назад, перед тем как прибыть в лес до нас дошли слухи о масштабном конфликте, который предположительно произойдёт именно здесь.
Я хочу знать, когда это случится, будешь ли ты с нами?
От этого зависит твоё будущее и будущее всех людей. У нас, наконец, появиться шанс разобраться с ними, не со всеми, конечно. Но это, по крайней мере, избавит землю от вероятности, что оборотни замка вдруг решат выбраться на свободу.
Будишь ли ты снами?
С этими словами Агнус развернул свиток перед Моной и вытащил оттуда стрелу с обсидиановым наконечником. Её гладкая чёрная поверхность была исполосована светлыми вкраплениями. Обсидиановое оружие легко легло в ладонь Моны.
— Хорошо, — произнесла в ответ она.
Агнус так и не понял, какие на сомом деле ею руководили мотивы в ту минуту.
С момента заключения предателя в замке прошла преисполненная мрачной торжественности неделя. Замку оборотней Северных лесов был подарен образ главного врага, с уничтожением которого все несчастья обещали испариться сами собой. Поэтому дня казни ждали с особым благоговением.
Но вот что откладывало это знаменательное событие изо дня в день на протяжении прошедшей недели: предатель всё не желал открывать глаза. Некоторые поначалу думали, что тот просто притворяется, не желая умирать, но никакие попытки разбудить его, включая и то, что его несколько раз поколотили, не привели к желаемому результату. А не допросить этого негодяя было бы непростительной ошибкой. Никто, конечно, не сомневался, что это именно он во всём виноват. Но ведь у предателя могли быть и помощники.
И только сегодня, к великой радости всех жителей замка, предатель очнулся от своего странного оцепенения. Допрос ни дал никаких результатов. В замке только стало известно, что он попытался сочинить какую-то гнусную сказку, чтобы оправдать себя и подставить того, кто спас их всех, рыжеволосую колдунью.
Вследствие этого, казнь была назначена на полдень. Она должна была быть проведена в одной из нежилых комнат, специально предназначенных для этого. Правда, подобное в последний раз проводилось около ста лет назад…
Илона была в своей комнате, где она в последнее время предпочитала проводить дни, когда вновь кто-то постучал в дверь. А она-то думала, что предупредила всех от нежелательных визитов.
— Не могли бы вы… — не очень дружелюбно начала она.
— Ну, думаю, для меня ты всё же сделаешь исключение, — с этими словами Себастьян вошёл в комнату сестры. Он улыбнулся как раньше: нежно и ласково.
— Я зашёл сказать, что сегодня он очнулся, — мягко произнёс Себастьян.
Илона резко подскочила на ноги. Но, сдержавшись, равнодушно посмотрела на брата.
— И что? — спросила она, выдавая себя голосом.
— Ты считала его своим другом.
— И что же ты хочешь этим сказать? — поинтересовалась Илона.
— Ты знаешь, о чём я, — вновь сказал Себастьян. И то, как он это произнёс, и как посмотрел на неё, заставило Илону приподнять завесу защиты.
— Теперь это не имеет значения, — сказала она и, подойдя к креслу, опустилась в него.
— Думаешь? — Себастьян подошёл к ней и, присев на корточки, взял руку сестры в свои руки. — Когда-то ты хотела поговорить со мной, выслушать и понять, что со мной происходит. Теперь, кажется, пришла моя очередь. Я молчал, замкнулся в себе и вот теперь ты следуешь по тому же пути. Если бы я тогда поговорил с отцом, теперь, конечно же, уже поздно. Хочешь, чтобы с тобой произошло нечто подобное?
— Это совершенно другая ситуация, — протестуя, возразила Илона.
— Но они очень похожи, правда? — Сказал Себастьян. — Томиться перед неведомым намного мучительнее, чем перенести жестокую правду.
— Я не хочу видеть его.
— Но ты хочешь знать.
— Из-за него погибла Вероника и все те люди, неужели ты пытаешься его оправдать? Неужели веришь в его невиновность? — с вызовом произнесла Илона.
— Не верю, но я хочу, чтобы, когда всё окончиться, тебе не пришлось жалеть об этом каждый день. Я не хочу, чтобы, вставая по утрам, твоей первой мыслью было: "А как бы всё сложилось, если б…"
— Что он сказал? — спросила Илона.
— Мне это неизвестно, но я знаю, что ничего особенного от него так и не добились.
— И когда?..
— В полдень.
— Какие у тебя горячие руки, — вдруг вымолвила Илона.
Себастьян вновь улыбнулся ей, но на этот раз в улыбке сквозила жёсткость.
— Неведение, Илона, — повторил Себастьян, — убивает. Оно сводит с ума. Это происходит не сразу, а тянется день ото дня, не оставляя в тебе места ни на что другое.
— Похоже на то, — горько заметила Илона, — Встретиться с тем, кому ты доверял и кто предал тебя.
— Я знаю.
Илона скрестила руки на груди.
— Вижу я не в состоянии убедить тебя, — выпрямляясь, сказал Себастьян.
— В чём? — сверкая глазами, Илона тоже встала. — Ты хотел, чтобы я спустилась туда? Чтобы увидела его? Услышать очередную ложь? Смотря мне в глаза, он лгал и делал это с потрясающей лёгкостью. В отличие от меня, он ничего не чувствовал. Со мною играли! Как я могу простить это? — Вдруг в ней что-то переломилось. — Хорошо. — И Илона направилась к двери. — Я пойду к Миранде, ты со мной?
Себастьян кивнул сестре.
Они вышли в коридор и Илона по старой привычке, взяла брата под руку.
На полпути к комнате младшей сестры они столкнулись с Мирандой, которая бодро вышагивала по коридору. На её щеках даже играл румянец.
Поравнявшись с сестрой и братом, Миранда ободряющее улыбнулась им.
— И куда это вы направляетесь? — Поинтересовалась она. — Ещё и без меня.
— Как раз к тебе мы и направлялись, — ответила Илона.
— А я к вам, — обрадованная Миранда выглядела вполне счастливой. — Сколько же, в конце концов, можно сидеть в одной комнате. Это я про себя. — Добавила младшая леди Грэйтон. — Надоело. Тем более за мной следили каждую секунду, как будто я собиралась убежать. — Пожаловалась Миранда.
— А ты не собиралась? — подозрительно спросил Себастьян.
— Ну… — протянула в ответ Миранда. — Может, я конечно и собиралась. Этого существа в живых больше нет, опасаться нечего. Почему тогда нельзя погулять по замку? Ах да, если тебе посчастливиться встретить свою подругу, передавай ей от меня привет. Не каждый ведь день тебе спасают жизнь.
— Вряд ли я её увижу, — отозвалась Илона, задумчиво смотря на Миранду.
— А вдруг, — настаивала Миранда. — Представляешь, сидишь себе один в комнате после завтрака и предаёшься несбыточным мечтам и в следующую секунду всё. Одна темнота, ничего не видишь, не слышишь и уж тем более не можешь говорить. А когда приходишь в себя — над тобой лицо отца. Я ведь даже не помню, когда существо напало нам меня. Я не чувствовала, как меня перетащили в зеркальную комнату. А ладно, это всё прошло. Теперь не только я в безопасности, но и весь замок. — И ещё. — Немного помедлив, выговорила Миранда. — Я хотела сказать тебе, что мне так жаль, что ты, то есть он… ну ты понимаешь. — Попыталась изъясниться леди Грэйтон.