Чтение онлайн

Издатели генерируют этот бред, потому что мы по нему кликаем. Мы можем льстить себе, думая, что нам важнее качественные источники информации, предлагающие глубокий анализ. Но обычно, когда перед нами возникает соблазн щелкнуть по информационному эквиваленту пустых калорий, ментальный фастфуд выигрывает.

Вы могли обратить внимание, как этот тренд проявляется в заголовках. Именно они привлекают наше внимание. В социальных медиа, где многие пользователи никогда не идут дальше заголовка, это важнейший источник информации. Один сатирический сайт опубликовал статью под названием «70 % пользователей Facebook читают только заголовки, прежде чем комментировать». Сама статья начиналась с того, что большинство людей не изучают статьи, прежде чем поделиться ими в социальных сетях. После пары предложений был вставлен стандартный шаблон Lorem ipsum dolor… (это текст, которым обычно заполняют макеты интернет-страниц). В социальных сетях статьей поделились десятки тысяч раз, и мы не знаем, сколько людей из тех, кто это сделал, оценили юмор ситуации.

Заголовки, которые пишут редакторы, а не журналисты, нередко не вполне согласуются с содержанием статей. Но, например, в пределах одного выпуска The New York Times статьи не соревнуются друг с другом за ваше внимание. Газета пытается сформировать набор историй так, чтобы они все вместе были как можно более ценными. Медиа, зависящие от кликов, с другой стороны, устраивают гонку заголовков. На сайтах социальных медиа и в новостных лентах соседствуют заголовки конкурирующих изданий. Читатели редко читают всё, что видят, ведь доступной информации просто слишком много. Они выбирают самую заманчивую или дразнящую формулировку.

Как победить в гонке кричащих заголовков? С помощью сенсационности. Таблоиды давно используют сенсационные заголовки, чтобы привлекать внимание к газетам, стоящим на полке киоска, но солидные подписные издания, как правило, избегали этой практики. Однако сенсационность не единственный способ. Предприниматель Стив Райсон изучил 100 миллионов статей, опубликованных в 2017 году, чтобы выяснить, какие фразы чаще всего встречались в самых популярных из них. Вы удивитесь! Если, конечно, в последние года два не провели в интернете хотя бы пару минут.

Исследование показало, что самые успешные заголовки не излагают факты, а сулят эмоциональный опыт. Самая распространенная конструкция в кликабельных заголовках Facebook, которая встречается почти в два раза чаще второй по популярности, – это «нечто… вызовет у вас такую-то реакцию». Например: «Это разобьет вам сердце», «Вы влюбитесь», «Вы не сможете оторваться» или «Это заставит вас ахнуть от изумления». Подобная конструкция также крайне востребована и в Twitter. В список самых популярных выражений также вошли: «заставит расплакаться», «побегут мурашки» и «растопит ваше сердце». Никакой интеллектуальный опыт не может с этим соперничать. Остановимся на секунду и подумаем о том, какой серьезный сдвиг произошел. Можете ли вы вообразить, чтобы The New York Times или ваша местная газета взывала к тому, как вы будете себя чувствовать после каждой истории, а не к тому, о чем на самом деле написано в статьях?

Когда-то целью заголовка было кратко передать суть истории. «Снайпер убил Кеннеди, когда тот проезжал по Далласу на машине». «Джонсон принес присягу в самолете». «Человек ступил на Луну. Астронавты сели на лунную поверхность, собрали камни и установили флаг». «Восточная Германия открывает границы, позволяя гражданам свободно выезжать на Запад».

В случае с рекламой, зависящей от кликов, если заголовок расскажет слишком много, у человека вообще не будет причин переходить по ссылке. Сегодня заголовки бьются в конвульсиях, лишь бы не выдать вам суть истории. Обычно те из них, что одновременно представляют собой ссылки, используются интернет-медиа, но и традиционные медиа также вступают в игру. «Каждый пятый представитель этой профессии имеет серьезные проблемы с алкоголем», – заявляет The Washington Post. «Как избежать ведущей причины смертности в Соединенных Штатах», – обещает рассказать CNN. «Когда-то туры в Исландию были самым горячим направлением. Что произошло?» – задается вопросом USA Today. (Чтобы вас не мучила неизвестность, подскажем ответы: юристы; не попадайте в автомобильные аварии; этого никто не знает.)

Заголовки также заманивают нас, делая вид, что история нас касается. В мире социальных медиа новости – это двусторонняя дорога, на которой все одновременно и производители, и потребители. Пока мы писали этот раздел, в новостных лентах проскочили следующие заголовки:

• «Люди в шоке от фотографии, которая доказывает, что Амелия Эрхарт пережила крушение самолета» (Buzzfeed);

• «“Это настоящая бомба”, – пишут в Twitter об арестах ФБР в NCAA» (IndyStar);

• «McDonald’s изобрел “картошковилки”, и в интернете все только их и обсуждают» (HuffPost).

То, что мы говорим, становится интереснее происходящего. Но вся эта милота и блестки не просто делают общественный диалог глупее. Они прокладывают дорогу чуши. Неприкрашенная правда стала недостаточно хороша. Правдивая информация неконкурентоспособна на этом новом рынке.

Так же как изобретение печатного станка дало нам более богатый выбор книг, появление кабельного телевидения позволило людям выбирать те каналы информации, которые были ближе их взглядам. До 1987 года «Доктрина справедливости» Федеральной комиссии связи США (FCC) требовала соблюдать баланс в освещении противоречивых тем в программах новостей. Но она была отменена при президенте Рональде Рейгане. Подстегиваемые зарождением 24-часового новостного цикла, кабельные новостные телеканалы начали процветать и специализироваться на определенных политических пристрастиях. Последние двадцать лет ведущие новостные медиа в США двигались ко все более одностороннему изложению фактов. На графике ниже можно увидеть, как разошлись идеологические позиции трех ведущих кабельных новостных каналов, судя по записям их программ.

В онлайн-режиме всё еще хуже. Даже ведущие новостные издания подают информацию не беспристрастно. Мы попадаем в изолированные эхокамеры. А такие издатели, как Breitbart News Network или The Other 98 %, заходят еще дальше, публикуя новости, которые можно назвать суперпристрастными. Их истории могут основываться и на фактах, но они настолько тщательно пропущены сквозь идеологическое сито, что часто включают существенные элементы неправды.

Издатели выдают на поток односторонние и сверхпристрастные статьи, потому что они окупаются. Социальные медиа предпочитают идеологизированные публикации. Ими делятся чаще, чем нейтральными новостями, а еще люди чаще переходят по таким ссылкам. Обострение политических противоречий превратилось в прибыльный бизнес.

Профессор Массачусетского технологического института Джуди Донат заметила, что, когда люди говорят о других вещах, они часто говорят о себе. Например, я захожу на Facebook и делюсь лживой – и даже абсурдной – теорией, согласно которой инверсионные следы самолетов – это потоки химических веществ, нарушающих работу желез внутренней секреции. Их разбрызгивают коварные либералы, чтобы снизить уровень тестостерона у американской молодежи. Я не столько заинтересован в том, чтобы вы поверили моему мнению, сколько желаю продемонстрировать мои политические убеждения. Поделившись такой статьей, я подаю знак, что принадлежу к тем, кто верит конспирологическим теориям и не доверяет «либеральной повестке» в Америке. И если моя цель в этом, то мне не важно, правдива или лжива история. Возможно, я ее и не читал, и для меня не имеет значения, читаете ли ее вы, но я хочу, чтобы вы знали: я состою в братстве любителей шапочек из фольги.

Сигнал и есть сообщение. Если я поделюсь историей о том, что налоговые органы расследуют сделки Дональда Трампа, совершенные до выборов 2016 года, то мои политические пристрастия будут неясны. Но если я выберу текст о том, как тот продал памятник Вашингтону русским олигархам, сразу станет ясно, что я ненавижу Трампа. И что я настолько лоялен к своей группе, что способен подавить подозрительность, читая истории о его злодеяниях.

Вывод профессора Донат следует из более общей области знаний, которую изучает теория коммуникации. Мы часто думаем о коммуникации лишь как о передаче информации от отправителя получателю. Но при этом мы игнорируем ее второй, более широкий, аспект, который раскрывает смысл латинского глагола communicare – «делать общим, совместным».

Коммуникация – то, как мы создаем, укрепляем и поощряем наш общий способ описания мира. Вообразите церковную службу или структурированную, заранее продуманную последовательность вечерних новостей. Коммуникации в социальных сетях очень похожи: они формируют и структурируют социальные группы. Отправляя твит, публикуя пост в Facebook, загружая фото в Instagram [28] , мы подтверждаем нашу приверженность ценностям и убеждениям определенного онлайн-сообщества. Сообщество реагирует, и эти общие ценности еще раз укрепляются с помощью лайков, репостов, комментариев и ретвитов.