Чтение онлайн

— Ну, вообще-то, да. Я как-то не подумала об этом.

Они всё ещё ехали по улицам. И хоть это были уже улицы предместья Глазго, а не самого города, ощущения, что они выехали из него, не возникло — придорожные дома с их магазинами, кафешками и различными мастерскими настолько плотной шеренгой выстроились вдоль дороги, что рассмотреть за ними масштабы поселений не представлялось возможным. Да и самих гор ещё не было видно, хоть и каким-то неуловимым образом чувствовалось, что природа здесь, с этой «шотландской» стороны Глазго уже довольно сильно отличается от той, южной, «английской».

Такая картинка тянулась до самого Национального парка Loch Lomond и одноимённого с ним озера, вокруг которого этот самый парк и организовали. Жаклин спросила Александр, когда в последний раз он был в горах именно на отдыхе, и, пока он рассказывал, как они с парнями в прошлую зиму отправились в Cairngorms кататься на лыжах, за окном Q7 уже мелькали улицы городка Alexandria — последнего населённого пункта перед въездом в сам парк.

Александр сбросил скорость.

— Мне нужно заправиться, — пояснил он, не отрывая левую руку от руля, а направив её указательный палец на показавшиеся вдали над дорогой вывески АЗС с расценками. — На территории парка заправки запрещены, в горах их тоже не сказать чтобы много, да и горючее там дороже. — Он улыбнулся и кратко взглянул на Жаклин. — К тому же, здесь рядом есть неплохое кафе, а я, признаться, жутко хочу есть.

И вот тут Жаклин прыснула со смеху, опять-таки спрятавшись носом в своих орхидеях. Александр включил поворотник и, ухмыльнувшись, кратко взглянул на девушку.

— Что? Что-то не так?

— Знаешь, есть такой диснеевский мультик «Том и Джерри».

— Знаю, — кивнул парень, поворачивая на заправку, — и что?

— Там в одной из серий к Джерри в гости прислали его родственника — крошечного мышонка. При нём было письмо со словами: «Он постоянно голоден». — Александр заулыбался. — Я знаю, с какой надписью закажу тебе футболку на следующее Рождество.

Тот, кто постоянно голоден, подъехал к колонке, остановил машину и развернулся корпусом к своей будущей поставщице футболок с креативными надписями.

— Это будет надпись на спине, — ткнул он указательным пальцем в девушку. — А впереди пусть напишут: «Во всех смыслах». — И пока Жаклин рассматривала в его глазах бесенят в футболках, которые, кто как мог, крутились друг перед другом, хвастаясь принтами картинок из «Камасутры» и споря, у кого поза круче, их хозяин, нащупав сзади себя ручку дверцы и нажав на неё, резко развернувшись, вышел из машины, оставив свою пассажирку в гордом одиночестве перебирать в уме варианты тех самых… смыслов.

Даже вкусные запахи поджаренных сосисок и ветчины в кафе не разожгли у Жаклин аппетита. Его не было. Она, в принципе, не сильно переживала, надеясь благополучно доехать до места в горах, потому как вообще по жизни не боялась чувства голода и даже научилась его игнорировать, пока позволяло здоровье.

Так было всегда. Но только до тех пор, пока в её жизни не появился Алекс. Который сидел сейчас напротив в этом мохеровом свитере стального цвета исландского производства, являя собой ходячий ад для кинестетика — Жаклин всё время хотелось его потрогать, помять эту «исландскую сталь» на нём, ощутить мягкость, почувствовать нежную ворсистость мохера поверх твёрдого, стройного молодого тела.

— Мне только чашку кофе, — сказала девушка официанту — мужчине тридцати-тридцати пяти лет (что было весьма почтенным возрастом для этой профессии), у которого на груди, справа, красовался бейдж с именем «Дерек», и который, невзирая на свои столь «почтенные» годы и это сонное раннее утро, смотрел на девушку весьма живо и с огоньком в глазах, улыбаясь явно сверх меры и профессиональной необходимости.

«Да твою жеж мать!» — выругался про себя МакЛарен.

— То есть как это «чашку кофе»? — проговорил он вслух и вперился взглядом в свою девушку. — Ты хорошо позавтракала сегодня утром?

— Я завтракала, — заёрзала Жаклин на стуле. — Но у меня что-то нет аппетита.

— Значит, будешь есть без аппетита.

— Алекс…

— Тебе сконы с ветчиной или пай с телятиной и грибами? — назвал он типично шотландское и типично английские блюда.

— Сконы, — смирилась девушка.

— Отличный выбор, леди! — юноша даже не посмотрел на неё, а сразу обратился к любвеобильному официанту Дереку: — Девушке две красные колбаски на гриле, порцию сконов с беконом и кофе, а мне, — заглянул он опять в меню, — пюше по-шотландски, жареные креветки, оладьи с копченостями и тибетский чай, — он захлопнул папку. — И рассчитайте нас сразу, — бросил он Дереку, не глядя. — Вот так. А что делать — ты мне, вообще-то, живая нужна, — развёл он руки в стороны после того, как влюбчивый официант отошел.

— Рада это слышать, — недовольно проворчала Жаклин и отвернулась к окну, — а то у меня уже такое ощущение, что ты откармливаешь меня на убой.

Александр смеялся долго и с удовольствием.

— Всегда хотел себе в подруги девушку, которая может меня рассмешить, — врал и не краснел плейбой.

— Угу, — всё также недовольно угукнула подруга — комплимент её не тронул. — И которой, судя по всему, вместо дверей нужны гаражные ворота, — вспомнила она цитату из какого-то фильма, где говорилось о тучной женщине. Девушка скосила глаза на двух весьма упитанных мужчин за столиком по соседству, на поверхности которого от выставленных блюд яблоку негде было упасть. Судя по всему, эти двое являлись водителями того большегруза, который стоял сейчас на стоянке для дальнобойщиков возле заправки. Даже если бы её наградили, Жаклин бы со стопроцентной уверенностью не смогла бы определить, кто из этих двоих толще.

Александр рассмеялся ещё громче.

— Ну, не-е-е-ет, это уж слишком, — он замолчал и прищурился. А потом добавил с нажимом в голосе, как бы призывая девушку придать особое значение этим его словам. — Но тебя не мешало бы подкормить.

Жак с брошюркой кафе о блюдах на вынос в руках, которую намеревалась просмотреть, буквально застыла от своей догадки.

— Подожди-ка, меня осенило — тебе что, нравятся толстые девушки? — спросила она и тут же по новой замерла от тех метаморфоз, которые произошли в следующую же секунду с её визави: он обмяк, как-то так весь сомлел, видимо, от намеченной ею перспективы, и довольно заулыбался. Но молчал. — Тебе… нравятся… толстые…девушки? — она смотрела на Алекса так, будто он объявил ей, что связал этот свой «мохеровый ад для кинестетика» своими руками.

— Во-первых, мне нравишься ты, — он со стуком опустил два пальца левой руки: указательный и средний, на край стола. — Но-о… скажем так, — смутившийся Александр был настолько необычен, — я люблю, чтобы было за что ущипнуть, да! — потом воспользовался оцепеневшим видом Жаклин и добавил: — Или ещё лучше — укусить.

И поскольку от последнего его уточнения девушка потеряла дар речи окончательно, то подошедшего Дерека они встретили в полном молчании.

Проводили тоже плохо — в столь же полной, но только ещё и очень тяжелой, гнетущей тишине, не считая шума проезжающих за окном автомобилей и работы челюстей двух мужчин за столиком по соседству. Александр же в это время, спокойно, со знанием дела, сверлил глазами дырку у официанта прямо по центру виска. Потом, посмотрев счет, он вынул две пятидесятифунтовые купюры и пристукнул ими поверх счета, как бы давая понять, что на этом у него на сегодня всё — влюбчивый официант свой лимит исчерпал, его ресурс выработан, и видеть его ещё раз в планы МакЛарена не входит. — Сдачи не надо, — кратко подтвердил юноша свой жест словами и вздохнул с облегчением, простившись с влюбчивым работником общепита по имени Дерек.

Но как оказалось, весьма преждевременно.

— Это даме от нашего заведения. Просто так. Для настроения, — появившись опять, так сказать, по собственной инициативе, поставил официант перед Жаклин тарелочку со швейцарской шоколадкой, по центру стола — блюдечко со сдачей, а настроению Александра — шах и мат. И получив от дамы излишне показную улыбку и: — «Большое спасибо. Мне очень приятно», — победитель удалился.

Из кафе Жаклин вышла с красными колбасками в руках, которые завернула в салфетки — путешествуя с тем, кто постоянно голоден, пусть и в каких-то там особых смыслах, без средств первой необходимости и экстренной помощи можно было найти на свою голову очень большие приключения. Очень. Доказано влюбчивыми официантами — Александр вышел из кафе без сдачи.