Чтение онлайн

Напротив, на противоположной стороне улицы, сидел биомеханический инвалид. Это бесполое существо копошилось в куче коробок, разгребая их заклинившими руками-протезами на литиевых элементах питания. Ника вспомнила о разрекламированной программе льготной замены устаревшей медицинской биомеханики… о которой он и не смеет мечтать.

Дождавшись шипения встроенного модема начала века, оповещавшего, что звонок оплачен, Ника поднесла тяжёлую трубку к уху. Девушка нажимала на кнопки, с трудом вспоминая номер, когда-то записанный на брошюре с обзорами охранных сканеров, — их всегда было полно у него в рюкзаке…

Когда Мэйз поднял трубку, Ника поняла, что лучше было бы услышать глупую шутку автоответчика — хоть взбодрилась бы.

— Привет… да, это я, — замешкавшись, отозвалась она на сонное приветствие. — Я хотела узнать, где Ара, — Ника прислонилась к стенке, повернувшись, чтоб хотя бы не видеть калеку. А он, казалось, впился в девушку взглядом.

— Не думаю, что это хорошая идея… Это того не стоит… просто скажи, что постараешься её найти.

Девушка помолчала несколько мгновений, глядя на мокрый след собачьего носа на оргстекле с другой стороны, и добавила:

— У тебя еда для собак есть?

Теперь она знала, куда идти.

Её преследовали — сначала в реальности, потом в мыслях — гудение шестерён механических рук и туберкулёзный кашель…

…— Кофе хочешь? — спросил Мэйз, уже нажав кнопку нагревателя.

— Нет, — из чистого упрямства ответила Ника.

— Поздно. Уже греется. — Мэйз отодвинул коричневую картонную коробку и прислонился спиной к стене. — Рад, что ты ещё жива. Теперь только об убийствах и передают.

Он мигом стал серьёзным.

— Постой, а ты никого не убила? Если так, то мне с тобой о пас… — и запнулся, когда Ника стукнула его ложкой по руке. Улыбнулся.

Девушка с ногами забралась на диван в форме бумеранга, словно распухший от жары и пропитавшийся запахом кофе. Пальцы потёрли кожаную обивку с глубокими прожилками. Ника знала, что от рук сейчас пахнет привычной смесью терпкого дезодоранта и молотым кофе — настоящим, какой можно найти только по знакомству и за наличные.

Мэйз поставил тяжёлую кружку на стол и сел напротив.

— Не надо мне было приходить… — девушка глядела на чашку. Японские символы на боку засветились красным. Ника отдёрнула руку.

— Боги механики, как ты отстала от мира! — Мэйз наполнил кружку до края и завинтил кран кофеварки. — Все красные, видишь? Они показывают, что он горячий, там нет сахара и он с кофеином. Стильно, правда?

— Ага.

Махнув рукой, Мэйз отхлебнул.

— Энтузиазма ни на грош. Это же потомок того древнего кувшина, который показывал, прокисшее молоко или нет. Там на дисплее в случае чего ещё выскакивали шутки типа «а мне уже неделя — рискнёшь здоровьем?»

Не дождавшись ответа, парень сел напротив.

— Хочешь, скажу новость? Хорошую, — он глядел на Нику, замечая, как неуверенно она открывает контейнер с цветным сахаром.

— Давай.

— Хотел бы, но хороших новостей нет. Сегодня утром объявили об Ограничении. Теперь с вами… с носителями аномалии… прости, но так вас теперь называют… теперь любые контакты с вами незаконны.

Кубик синего сахара, распадаясь на крупицы, утонул в кружке. Средний иероглиф стал жёлтым.

— Думаю, это из-за эпидемии. Говорят, первые заражённые — это одни из…

— Из нас, — закончила Ника, избегая извинений в его взгляде. — И они думают, что так смогут избежать паники? Как же глупо…

— Тебе нужно спрятаться где-нибудь, пока не станет безопасно.

— Думаешь, я доживу до этого момента?

Щипцами девушка достала второй, зелёный, кусок сахара.

— Ника, я могу найти место, где ты сможешь переждать. Хозяин обещал придержать квартиру на неделю. Сегодня ещё не поздно.

— На неделю?! Мэйз… ты знал! Ты знал, что мистера Калеба арестуют. Почему ты ничего не сделал?

Парень отвернулся, выплёскивая недопитый кофе в умывальник. И долго расставлял тарелки в машине, выравнивая их по размеру. Наконец задвинул лотки и обернулся.

— Если бы не он, пострадали бы другие. На его месте могла оказаться ты. Я этого не позволю, чего бы оно ни стоило.

Глоток кофе обжёг горло, на миг отвлекая от ядовитой догадки. Догадки — одной из тех, которые переворачивают всё и одним махом. Ника отхлебнула ещё, не замечая, что пьёт сплошную горечь, напрочь забыв про сахар.

Мэйз, подойдя к подоконнику, забрался на него. Прямо за левым плечом Ники.

— За информацию о носителях аномалии объявили награду. Две сотни дитов.

Ника вскочила.

— Тогда, может, не стоит с тобой разговаривать? А то либо заразишься, либо продашь меня!

— Подождёшь здесь, пока я звоню полиции? — спросил Мэйз, спрыгивая с окна.

Девушка молча села. Подцепила пальцами коричневую коробку. Открыв её, осмелилась взглянуть на Мэйза. Тот, не дожидаясь вопроса, заговорил:

— Это материнская плата для моего модуля. Помнишь, я хотел показать тебе голограмму? — он замолчал. — Ты уверена, что не хочешь остаться? Я готов рискнуть…

Ника покачала головой.

— Спасибо, не надо. Не хочу смотреть, как ты становишься голограммным наркоманом.

— Тогда, может, тебе будет интересно, где я это взял?

— Вообще-то не очень.

— Ты не сможешь остаться в Секторах, ты же понимаешь? — он вздохнул. — Тебе нужно найти аукцион во внесектороной системе. Может, там что-то получится с работой или жильём.

Резко закрыв коробку, Ника отодвинула её от себя.

— Тебе пригодятся там наличные. Используешь имплант— и твоя песенка спета, — объяснил Мэйз, доставая из кармана джинсов деньги, скреплённые именным зажимом.

Ника нехотя взяла их.

— Спасибо, — проговорила она так тихо, что не знала, услышал ли её Мэйз.

— Не за что. Ценитель хорошего кофе для меня — почти семья.

Девушка усмехнулась.

— Спасибо, что рискуешь, — она поднялась и направилась к выходу. — Но мне пора… понимаешь?