Чтение онлайн

А Готфриду Герейну теперь мало того что с племянником и прочими королевскими прознатчиками разбираться, так еще и нелюдь самому в узде держать! Или, если не удержит, избавляться, зачищать, как положено, упаси Старуха! Для того ли прикармливали. Да только вспомнить, чего стоило Суришу заклясть тварей на повиновение хозяину! Впрочем, все же меньше, чем самому Герейну – найти зерно смысла в древней семейной легенде, свести концы с концами в неясных слухах, отыскать старые хроники, надежно запертые в пыльном архиве родового замка. Обычно об избранниках в роду помнят крепко и гордятся ими непомерно, но у кого нынче хватит дерзости похвастать избранником Старухи в предках? Тем более таким, который, может статься, до сих пор где-то летает, кровь из добрых людей пьет. Боги не любят ослушников. Дурак был пра-пра-какой-то-дед, барон Зигмонд Герейн, ох и дурак. Такой бы случай Готфриду, уж он бы своего счастья не упустил. Но его боги не отметили, ему пришлось покупать то, что предку на дармовщинку предлагали. Деньгами, кровью, смертью… Деньги были свои, кровь и смерти – чужие, однако достались не дешевле, Суриш свидетель.

Вспомнив, сколько тайных трудов брал на себя маг, Герейн заскрипел зубами. Храбрости ему не занимать, но Хозяйку тьмы улещивать – одной храбрости мало. Суриш не таился от господина, все тонкости кровавых ритуалов Герейн видел своими глазами, и не раз, но одно дело видеть, а другое – самому… Все же спокойней, когда между тобой и темной богиней хоть какой, да посредник.

Но и терять послушную своей воле стаю кровососов барон Готфрид Герейн не хотел. Это ж какая силища! Какой способ людишек в кулаке зажать, да так, чтоб никто сторонний не подкопался! Основа нынешнего благополучия, и ладно бы только нынешнего – будущего! Главный, пока что тайный козырь в той большой игре, где ставкой – трон его всем надоевшего величества Гаутзельма. Сейчас нелюдь держат суришевы чары. Пока держат; надолго ли хватит – одной Старухе ведомо. Проклятый щенок, и тут подгадил! Суриш мертв, другого умелого мага не вот так сразу отыщешь, да еще не сказать, что получится привязать к себе, молчание и верность обеспечить. Нет, на магов надежды мало, придется теперь самому нелюдь держать. Благо, что на кровь Герейнов заклята. В ближайший же храмовый день Старухе поклониться, испросить благословения, жертву пообещать… Нет, жертву придется сразу! Он не маг, у него нет должной силы, великая богиня не снизойдет к просьбе, подкрепленной лишь обещанием будущей платы, словно от какого-то торгаша. Сразу. Со всем почтением. Боги, страшно-то как. Бесов Суриш, нашел время помереть! Кретин.

– Ты мне ответишь, – цедил сквозь зубы Герейн, сам того не замечая, – ты мне за все ответишь. За все заплатишь, щ-щенок…

 Анегард глядел на спящего Игмарта и отчаянно боролся с назойливым, слегка досадливым восхищением. Наглец, неприятный тип, королевский соглядатай, было бы кем восхищаться! Ну да, любой другой несколько дней пластом бы валялся, горячий бульончик из чужих рук хлебал, а этот на своих ногах из города выбрался, до лагеря дошел, и только потом свалился. Ну так королевский пес – это и не «любой», а «лучший».

– Сильный парень, и не трус, – эхом от его собственных мыслей сказал Рихар.

– Сам-то как? – спросил Анегард. – Устал?

– Устал, – с легким удивлением признался мальчишка. – Раньше такое легче давалось.

Помолчал, добавил задумчиво:

– Наверное, это хорошо. Я себя человеком ощущаю.

– Тогда точно хорошо, – согласился Анегард. – Отдыхай.

Рихар расстелил попону, лег, укрылся и, кажется, через мгновение уже спал. Свернулся в клубок, натянув одеяло на макушку – не то по-звериному, не то по-детски. Анегард чувствовал его усталость, обычную, человеческую, ничуть не похожую на отупевшее равнодушие нелюди. Наверное, не стоит мальчишке часто прибегать к нелюдским способностям. Пусть привыкает снова жить человеком.

Анегард прошелся по временному лагерю, проверяя, все ли в должном порядке. Хорошо, деревня далеко, за лесом, а в лес поселянам ходить не сезон. Отозвал Мано в сторону, сказал:

– Как Рихар с Игмартом отдохнут, сразу выступаем. Не хочу под самым городом сидеть.

– На юг? – уточнил десятник.

Анегард подавил досадливый вздох:

– Куда ж еще. Герейн и герейнова нелюдь, чтоб их. Узнать бы, как там отец…

А лучше – управиться поскорее да вернуться. Но о такой удаче молодой барон не то что вслух сказать, даже думать себе не позволял. Нельзя искушать богов.

– И еще, Мано, деревни обходим.

Десятник подавил вздох. Кивнул:

– Понял.

– Скажи всем, чтоб не шумели.

Близкие стены города внушали тревогу. Много ли времени понадобится страже, чтобы обойти постоялые дворы и убедиться, что Игмарта там нет? День, от силы два. А потом? Хорошо, если решат, что фальшивый менестрель нашел пристанище у кого-то из горожан. Но все равно лучше поскорей убраться от Азельдора подальше.

Угадать бы, как поведет себя Герейн. Поспешит в Азельдор лично присмотреть за поисками заклятого врага или засядет в замке? Хотя в любом случае нужно двигаться к его землям. Найти ту загадочную нелюдь, которую королевские маги не обнаружили, или убедиться достоверно, что искать нечего.

Рихар проснулся первым. Перевернулся на спину, прищурился, глядя в хмурое небо. Потянул носом, довольно облизнулся, почуяв плывущий от костра запах гусиной похлебки. Вскочил, тряхнул за плечо Игмарта:

– Вставай, обед проспишь!

Марти сел, поморщившись, и видно было, что хоть как-то шевелиться он себя заставляет. Поднес к лицу опухшие, синюшные ладони, несколько раз сжал и разжал кулаки. И спросил совсем не то, чего ждал Анегард – есть ли снадобье какое подходящее, или далеко ли от города ушли, или какие дальше планы. Нет, королевский пес явно был из тех, кто не разменивается на мелочи, а сразу берет быка за ноздри.

– Лотар. Ты думал уже, как в замок Герейна попасть?

Анегард моргнул, справился с замешательством и ответил, пожав плечами:

– Никак. Тебе ведь туда лучше не соваться.

Королевский пес фыркнул, мотнув головой – не то смех сдерживал, не то презрительное «лопух». Потряс ладонями, поднялся на ноги, постоял, слегка пошатываясь. Сам подошел к костру поближе, уселся, пристроил на колени миску с горячим супом.

– А ты, выходит, думал? – уязвленно переспросил Анегард. – И придумал?

Игмарт кивнул:

– Все просто. Пообедаем и выезжаем, по дороге расскажу.

Ишь ты… Анегард привычно подавил раздражение. Вот уж в чем-чем, а в вопросе проникновения в замки, где тебе не рады, он готов отдать Игмарту первенство. Опыт не пропьешь.

Опыт… А еще не пропьешь нахальство и дурную голову!

Марти ел медленно, не обращая внимания ни на Анегарда, ни на остальных. Словно не заметил, что остальные покончили с едой и сворачивают лагерь, седлают коней, уничтожают следы короткой стоянки. Анегард его не дергал. О чем бы королевский пес ни задумался, пусть себе думает, незачем мешать.

Пропустили отряд вперед – только Рихар дурнячком пристроился рядом, ухмыльнулся навстречу взгляду Игмарта:

– Все равно ж без моей разведки не справитесь!

Марти помедлил пару мгновений, кивнул:

– От твоей разведки все зависеть будет. От того, в замке ли Герейн и сколько там его людей.

– Герейна и выманить можно, – беспечно предложил Рихар.

– Сам выйдет. К бесам, надоело мне в прятки с ним играть. Пора решить дело раз и навсегда.

Он за этим сюда и ехал, напомнил себе Анегард. Спросил как можно спокойнее:

– И как решать собрался?

– Нагло, – ответил Марти. – Заявить свои права и потребовать поединка.

– Под воротами замка? Хороший способ. Если хочешь превратиться в ежа, фаршированного стрелами.

– За дурачка меня не держи. В храмовый день, перед алтарями.

Вон оно как, по традиции, значит. Что ж, это сработает. Если повезет застать Герейна в храме и при свидетелях. Отказ от поединка перед богами равносилен признанию вины.