Чтение онлайн

С. 194. …Иванов собирается немедленно записаться в Союз советских патриотов. Его отговаривает писательница Б. – Н.Н. Берберова.

С.196. «Распад атома» любопытен, пожалуй, с точки зрения автобиографической. – 8 июня 1957 г. Одоевцева писала В.Ф. Маркову: «Для Г<еоргия> В<ладимировича> “Атом” и сейчас его любимейшее произведение. Писал он его с каким-то несвойственным ему вдохновенным упоением и прямо бредил им. Он и сейчас считает “Распад атома” ключом ко всем его стихам» (Собрание Жоржа Шерона. Лос-Анджелес).

«Люди спят; мой друг, пойдем в душистый сад…» – Неточная цитата из А. Фета. У Фета: «…в тенистый сад…».

С. 197. …нашего единственного (платонического) гитлеровца – Лазаря Кельберина… – Ср. в письме Адамовича Фельзену от 23 августа 1938 г.: «Интересно и то, что думают поклонники Гитлера, в частности наш друг Кельберин, “дрожавший” за него, как за рыцаря белой идеи. Это все такая мерзость, глупость и грязь, что мутит физически» (Цит. по: From the Other Shore: Russian Writers Abroad. Toronto. Vol. 3. Р. 53).

С. 204. …он ездил к Муссолини на поклон и получил аванс под биографию Данте… – Впервые Муссолини удостоил Мережковского личной аудиенции в декабре 1934 г., встречу помог устроить А.В. Амфитеатров (1862–1938) при посредстве своего сына Даниила (1901–1983), служившего в личной охране Муссолини (отряд «Мушкетеров вождя»). См. письмо Гиппиус В. Злобину от 5 декабря 1934 г. (Intellect and Ideas in Action: Selected Correspondence of Zinaida Hippius / Comp. by Temira Pachmuss. München: Wilhelm Fink Verlag, 1972. Р. 251, 320). После первой аудиенции с Муссолини Мережковский получил от итальянского правительства субсидию для работы над книгой о Данте, что позволило ему с Гиппиус два года прожить в Италии. По словам Мережковского, Муссолини предлагал ему навсегда остаться в Италии ( Мережковский Д. Маленькая Тереза. Ann Arbor, Mien.: Ardis. 1984. С. 153). Вторая встреча Мережковского и Муссолини состоялась 11 июня 1936 г. «Вторым свиданием Дм<итрий> остался необыкновенно доволен, даже пронзился благородной “добротой” М<уссоли>ни, который обещал ему пристанище и помощь (и не только обещал). На “вопросы” он ответил “молчанием”, но таким, что Дм<итрий> остался опять доволен» ( Гиппиус З. Дневники. М.: НПК «Интелвак», 1999. Т. 2. С. 391). Вскоре после приема у Муссолини синдикат фашистских писателей Италии устроил торжественный прием в честь Мережковского и Гиппиус. Фотография Мережковского и Гиппиус на торжественном приеме в их честь была воспроизведена в журнале «Иллюстрированная Россия» (1937. 13 февраля. № 8. С. 3). В Италии Мережковские прожили до конца 1936 г., но еще одного свидания с Муссолини устроить не удалось. 9 ноября 1936 г. Гиппиус записала в дневнике: «Обещания М<уссоли>ни повисли в воздухе. Свидания с ним не добиться, оказывается (все “неполитические” будто бы отменены), никаких здесь перспектив больше нет» (Гиппиус З. Дневники. М.: НПК «Интелвак», 1999. Т. 2. С. 393). Надеясь получить все же новую аудиенцию у Муссолини, Мережковский еще раз приехал в Италию в 1937 г., прожил там с июня по октябрь, но безрезультатно.

Кюфферле Ринальдо (1903–1955) – итальянский писатель, поэт, переводчик; родился в России. О его контактах с русскими эмигрантами см.: Кюфферле Ринальдо. Персоны и персонажи. Очерки о русской эмиграции / Публикация, перевод и комментарии М.Г. Талалая // Диаспора: Новые материалы. Вып. IX. СПб.; Париж: Athenaeum – Феникс, 2007. С. 430–451.

Мережковский сравнивал Данте с Муссолини и даже в пользу последнего… – Скорее всего Яновский имеет в виду статью Мережковского «Встреча с Муссолини: Из книги о Данте» (Иллюстрированная Россия. 1937. 13 февраля. № 8. С. 3–6). Свой рассказ о двух встречах с Муссолини Мережковский намеревался включить в предисловие книги о Данте. Итальянский перевод книги ( Merezkovski D. Dante / Trad. di Rinaldo Kufferle. Bologna, 1938) вышел в свет с посвящением Муссолини: “А Benito Mussolini. Realizzatore della profecia questo su Dante profero” (Бенито Муссолини. Исполнителю пророчества эта книга о Данте-пророке). Вскоре Мережковский успел разочароваться в Муссолини, вследствие чего в русском издании (Брюссель: Петрополис, 1939) посвящение и первые страницы предисловия, где упоминался дуче, были сняты. Об итальянском эпизоде в жизни Мережковского подробнее см.: Письма Д.С. Мережковского А.В. Амфитеатрову / Публ. М. Толмачева и Ж. Шерона // Звезда. 1995. № 7. С. 158–169.

С. 206. …на большом, сводном собрании, где выступал Мережковский вместе с Андре Жидом… – Вечер под названием «Андре Жид и СССР», организованный «Числами», состоялся 28 марта 1933 г. (5, rue Las-Cases). Согласно отчету, помещенному в «Числах», «после вступительного слова Г. Адамовича, пытавшегося уяснить психологические причины эволюции Андре Жида, Д.С. Мережковский красноречиво охарактеризовал советский строй как неслыханное рабство, уничтожающее и умертвляющее не только тело, но и дух. После выступлений А. Даманской и Г. Федотова слово было дано Вайяну-Кутюрье, выступившему с крикливой апологией советского строя и коммунизма. Вайяну-Кутюрье чрезвычайно убедительно возразил М. Слоним, подчеркнувший, что он говорит от лица соц<иал>-революционеров и критикует утверждения Вайяна-Кутюрье не справа, а слева, и, перефразировав слова самого А. Жида, заявил, что “коммунизм есть плохо играемая пьеса”.

Речь Слонима вызвала шумное одобрение большинства и не менее шумные протесты многочисленных коммунистов, присутствующих в зале.

После вторичного, демагогического выступления В.-Кутюрье Н. Оцуп закончил прения, вновь их переведя в область литературно-психологическую» (Числа. 1933. № 9. С. 199).

Ю. Терапиано в своих воспоминаниях описывает атмосферу диспута более напряженной: «Вечер был устроен на французском языке, и вот – под предводительством тогдашнего коммунистического лидера Вайяна-Кутюрье – коммунисты заполнили зал. Пользуясь своей многочисленностью, они устраивали обструкции всем “буржуазным ораторам”, от докладчика Георгия Адамовича до Мережковского и Федотова, пытавшихся спасти вечер, который был все-таки сорван коммунистами» ( Терапиано Ю. Литературная жизнь русского Парижа за полвека (1924–1974). Париж; Нью-Йорк, 1987. С. 127–128). См. также газетный отчет под названием «Диспут об Андре Жиде» (Последние новости. 1933. 30 марта. № 4390. С. 3).

С.207. «И я, такая добрая, / Влюблюсь – так присосусь…» — из стихотворения Гиппиус «Боль» (1906).

С. 208… на большом собрании Иванович-Талин громил зарубежную литературу… имел в виду только двух: Бунина и Алданова… – «Ст. Иванович» и «В.П. Талин» – псевдонимы Семена Осиповича Португейса (1880–1944), журналиста, сотрудника «Последних новостей», регулярно публиковавшего в «Современных записках» статьи на политические темы. Вероятно, имеется в виду его выступление в прениях на собрании «Зеленой лампы» 25 марта 1929 г., посвященном собеседованию на тему «Спор Белинского с Гоголем». Ср. рассказ Адамовича об этом эпизоде: «Зеленая лампа».

«На эстраде Талин-Иванович, публицист, красноречиво, страстно – хотя и грубовато – упрекает эмигрантскую литературу в косности, в отсталости и прочих грехах.

– Чем заняты два наших крупнейших писателя? Один воспевает исчезнувшие дворянские гнезда, описывает природу, рассказывает о своих любовных приключениях, а другой ушел с головой в историю, в далекое прошлое, оторвался от действительности…

Мережковский, сидя в рядах, пожимает плечами, кряхтит, вздыхает, наконец просит слова.

– Да, так оказывается, два наших крупнейших писателя занимаются пустяками? Бунин воспевает дворянские гнезда, а я ушел в историю, оторвался от действительности! А известно господину Талину…

Талин с места кричит:

– Почему это вы решили, что я о вас говорил? Я имел в виду Алданова.

Мережковский растерялся. На него жалко было смотреть. Но он стоял на эстраде и должен был, значит, смущение свое скрыть. Несколько минут он что-то мямлил, почти совсем бессвязно, пока овладел собой» ( Адамович Г. Table talk // Новый журнал. 1961. № 64. С. 106).

С. 213… стихи Бунина вызывали улыбку даже в среде редакторов «Современных записок». Он их, кажется, не печатал больше и не писал до Второй Отечественной войны… – В тридцатые годы Бунин обращался к стихам реже, но вовсе писать их не бросил. Помимо отдельного издания «Избранные стихотворения: 1900–1925» (Париж: Современные записки, 1929), он включал стихи почти во все тома своего собрания сочинений, а также во многие сборники рассказов. В «Современных записках» после 1924 г. стихи Бунина и впрямь не появлялись, но в «Звене», «Иллюстрированной России» и некоторых других изданиях время от времени он стихи печатал, преимущественно, правда, написанные ранее. О взаимоотношениях его с редакторами журнала см. в публикации огромного (290 писем) корпуса переписки («Если хотите меня печатать, терпите»): И.А. Бунин / Публ. и примеч. О.А. Коростелева и М. Шрубы; вступ. ст. О.А. Коростелева // «Современные записки» (Париж, 1920–1940): Из архива редакции: В 4 т. / Под ред. О.А. Коростелева и М. Шрубы. М.: Новое литературное обозрение, 2011. С. 697–932.

С. 215. …поэма Бунина «Лес, точно терем расписной…» была посвящена в первом издании Максиму Горькому. – Поэма Бунина «Листопад» (Лес, точно терем расписной…) (1900) была впервые опубликована с посвящением М. Горькому и подзаголовком «Осенняя поэма» в десятом номере журнала «Жизнь» за 1900 г.

…о. НН… – постригся в монахи и вскоре стал выдающимся иереем… – Яновский имеет в виду князя Дмитрия Алексеевича Шаховского (1902–1988), находившегося в эмиграции с 1920 г. Будучи студентом Лувенского университета, издавал журнал «Благонамеренный» (Брюссель, 1926). Постригся в монахи на Афоне (1926), рукоположен в священники (1927). С января 1946 г. – в США, архиепископ Иоанн Сан-Францисский и Западно-Американский (с 1961 г.). Летом 1923 г., когда Бунин писал «Митину любовь», Д.А. Шаховской гостил у него в Грассе, и, по словам В.Н. Муромцевой-Буниной, «Иван Алексеевич представил, что такого барчука сбивает староста, чтобы получить бутылку водки и еще что-нибудь» (Новый мир. 1969. № 3. С. 215).