Чтение онлайн

Белый пес издох, положив голову на порог… В избе все раскидано, перерыто, перевернуто…

– Евдоки-им! Де-еда-а! Ургал! Янго! – стал кричать геолог во все стороны и тогда услышал из кустов тихий собачий скулеж.

Черный пес, прошитый многими пулями, лежал у самой воды с перебитым позвоночником. Он слабо лизнул Андрея в руку и снова жалобно заскулил.

– Ах, Ургал, Ургал, что они с тобой сделали, сволочи! – Андрей присел на корточки, набрал пригоршню воды и дал собаке напиться.

– Прости, Ургал! – И выстрелил псу в голову.

Но не успел геолог подняться к избе, как рыжим вихрем налетел Янго. Он выл, скулил, вскакивал лапами на грудь человеку, норовя лизнуть в лицо, отбегал и подбегал вновь.

И когда человек понял и побежал, пес огненным факелом помчался впереди.

Легкое тело Евдокима Андрей принес на плечах. Могилку выкопал на берегу Макаровой Рассохи, в оградке, рядом с могилой жены старого охотника.

«Прости меня, дедушка, виноват я перед тобой… пойдем, Янго, я думаю, они еще вернутся…»

Прибирая вечером в зимовье, Андрей нашел отброшенную в угол, раскрытую на Евангелии от Иоанна, Библию. Зажег керосиновую лампу и так и просидел над старой книгой до утра.

«Они» прилетели на следующий день. Андрей, хотя и ждал, едва успел вынуть стекло из окна пристройки и вставить обойму в карабин.

Почти беззвучно, как на санках, скатился вертолетик с холма, и оба вчерашних крутых мужика направились к избе.

«И где же в этой летающей жестянке бензобак?»

И двух шагов не отошли гангстеры от вертолетика, как ударил выстрел, в куски разлетелся плексиглас кабины, полыхнуло огнем и спины обоих «налетчиков» враз охватило горящим бензином.

Побросав оружие, они стали кататься по земле, срывая с себя одежду. Младший, которому досталось больше, с диким воплем прыгнул в ручей. Его изрубленная осколками плексигласа спина представляла собой сплошную рану. Пилот же, напротив, быстро пришел в себя и сразу потянулся к автомату.

Не надо! Вторая пуля шевельнула мох под самыми пальцами. Только тогда пилот встал с колен и медленно поднял вверх руки.

На лице нет страха. Лишь досада и злость. Не в силах смотреть на черное дуло в окне пристройки, он отвернул голову.

Мушка остановилась на измазанном сажей ухе.

«Сейчас нажму! Не думай с-скотина, что я тебя пожалею! Хватит мне возни и с тем, что сейчас барахтается в ручье, и кричит, словно женщина в родах».

Еще секунда. Уже видно, как внезапно выступивший пот протаял дорожку на грязной щеке. Но третьего выстрела все нет. И уже не будет.

В прорези прицела появляется вдруг печальный дед Евдоким. Тихо, очень тихо что-то он говорит… И сердце возвращается в грудь, и карабин медленно опускается вниз…

Далеко-далеко на севере течет одна из малых рек моей Родины.

Дикие гуси ее вброд, переходят.

Дикие олени вплавь пересекают.

Дикие утки жируют на плесах.

Древний оленный народ кочует на ее берегах.

Холодной ветреной зимой ее глубокий каньон – лишь морщинка на белом лице Тундры. Но приходит благословенный июнь, и поднимается паводок бешеный и веселый, как вены на руке рыбака вздуваются тундровые потоки, и становится Рассоха полноводной рекой, и плывут, и плывут на правый берег оленьи стада, и несут, и несут в своем извечном стремлении на Север целые леса тугих тяжелых пантов [5] , налитых хмельной горячей кровью, древней и неукротимой как весна.

А сойдут воды, и останутся на черном песке легкие теплые камешки, то ярко-желтые, как солнце над тундрой, то темно-красные, будто застывшая кровь живших до нас людей.

Инопланетный разум Игоря Мешкова

Иноземное вторжение путем замещения человеческого интеллекта иноземным разумом давно уже стало в фантастике общим местом. Некий пришелец нажимает некую кнопочку на неком приборчике – и бац! – в человеческом теле поселился нечеловеческий дух.

Я наблюдал подобное пришествие воочию. Причем дух этот двигался туда-сюда, в тело моего приятеля и обратно, с завидной периодичностью.

Приятеля моего звали Игорь Мешков. Но на самом деле в его жилистом теле жили два разных существа: Игорь Мешков Трезвый и Игорь Мешков Пьяный.

Игорь Мешков Трезвый был душевный парень, хороший товарищ, с доброй улыбкой, с мечтой восстановиться в МАИ после армии. Он был нежен с женщинами и корректен с мужчинами. Его можно было любить. С ним можно было дружить. На него можно было положиться.

Игорь Мешков Пьяный был злым и глупым существом. То есть не то что бы глупым… Просто с совершенно другим типом разума – настроенным на разрушение. Словно некий пришелец нажал некую кнопочку на жилистом теле Игоря – и бац! – обратил Игоря в монстра.

Трансформировался Игорь Мешков Трезвый в Игоря Мешкова Пьяного очень быстро, буквально после второй рюмки. А после третьей его уже просто нельзя было оставлять одного в незнакомой компании. Впрочем, знакомых он тоже не узнавал. Он почему-то видел во всех окружающих реальных врагов. И если бы только видел – он не мог спокойно пережить этот вызов, он сразу же бросался в бой со всей своей иноземной агрессивностью. Откуда только силы брались! Причем силы неимоверные, явно неземные, Мешкову Трезвому абсолютно неприсущие. Думаю, соотношение мощи Игоря Трезвого к мощи Игоря Пьяного было примерно как один к пяти. Поэтому оттаскивать Игоря от его жертвы приходилось как минимум впятером.