Чтение онлайн

«Привет, Вить. Спасибо, что написал. Я, конечно, встречусь с тобой. Не хочу расставаться врагами».

«Сегодня в семь удобно?»

Моё подсознание начинает по-детски протестовать. А как же встреча с Рафаэлем? Приходится его по-взрослому осечь, напомнив, что прежде чем вступать в новые отношения, правильно будет закончить старые.

«Хорошо. Я позвоню, как буду выезжать».

Решив, что предупрежу Рафаэля о необходимости перенести встречу, я наконец-то погружаюсь в работу. Моя давняя заказчица провела месяц на Бали, где по-модному преисполнилась: занялась йогой, отказалась от мяса, закрыла прибыльный стрип-бар, которым владела без малого десять лет, и стала развивать сеть сыроедческих кафе, назначив меня бренд-дизайнером.

– Ох, бляха-мляха…

Громкий возглас Леры заставляет меня поднять голову и воззриться на неё с порицанием.

– А я так радовалась, что ты молчишь.

– Бляха-мляха, – повторяет она, ошарашенно глядя на меня. – Вы чё, блин, реально свингеры?

Я хмурюсь.

– Ты о чём?

Изумление в глазах Леры сменяется сочувствием. Торжественно поднявшись, она подходит к моему столу и кладёт на него телефон. Всё ещё ничего не понимая, я опускаю взгляд в экран и вижу заплаканную Лиану. В правом нижнем углу горит надпись: «Прямой эфир».

Обуреваемая хреновым предчувствием, я прибавляю звук.

– Я не буду называть имён, – разносится по кабинету дрожащий голос Лианы, – но сейчас мне очень больно. Думаю, вы понимаете… Узнать, что твой жених изменял тебе с лучшей подругой – это самый сильный удар по доверию и самооценке…

Я растерянно хлопаю глазами. Жених – это Рафаэль? А лучшая подруга – это я?

Лиана прикладывает свой идеальный френч к глазам, промакивая слёзы.

– Не знаю, сколько времени это продолжалось… Просто не хочу об этом думать…

– А ты, мать, сильна, – доносится сквозь гул в ушах восхищённый голос Леры. – Самой королеве красоты раздолбала самооценку. Может, и не зря говорят, что внешка – дело второстепенное.

Вот так, столь прекрасно начавшийся день, большой зловонной фекалией летит в канализацию. Пусть Лиана благородно не назвала имен, но её преданным и деятельным подписчикам не составило труда за считаные минуты установить личность той самой вероломной подруги, чье лицо когда-то примелькалось в сторис их небожительницы. После этого мой директ и каждая имеющаяся соцсеть взорвались шквалом отборного дерьма.

«Сразу видно – шлюха. Ни одна нормальная женщина не позволит себе такое декольте», – такая надпись появилась под моей фотографией в летнем топе.

Серьезно? Последние полгода Лиана рекламирует купальники и крем от целлюлита на заднице. А я шлюха, потому что в плюс тридцать одела майку?

Раздраженно вздохнув, отправляю ханжу в блок, удаляю сообщение и листаю дальше.

«Не удивляйся потом, когда в сорок у тебя обнаружат рак матки. За грехи нужно отвечать».

Обожаю набожных людей. Их любовь ко всему сущему сродни Холокосту. Надеюсь, когда-то появится статья за оскорбление чувств неверующих, а то верующие становятся слишком опасными.

Эту тоже отправляю в бан. Кто дальше?

«За то, что ты сделала, желаю тебе сгнить в нищете и одиночестве, уродливая корова!»

Чтобы понять, откуда у незнакомой женщины может быть столько ненависти в мой адрес, открываю её профиль. С фотографий на меня смотрит румяная миловидная пампушка в окружении троих карапузов. Шапка профиля гласит: Счастливая жена и мама!

«Видимо, не такая уж и счастливая», – бормочу я, блокируя и её.

С каждой секундой нелестных комментариев становится всё больше. Поняв, что не сдюжу против толпы разъярённых и явно скучающих женщин – ибо какому по-настоящему занятому человеку захочется тратить время писать гадости незнакомцам? – я делаю профиль приватным и откладываю телефон. Убеждаю себя, что эти люди и их мнение ничего не значат, но пальцы всё равно мелко дрожат. Я ещё никогда не подвергалась интернет-травле и не знаю правил ведения боя.

– Не переживай, – сочувственно говорит Лера. – Они пару дней побыкуют, а потом переключатся на кого-нибудь другого. У звёзд каждый день мужиков уводят, и они всегда об этом рассказывают.

– Это что, мода такая? – глухо спрашиваю я.

Лера с энтузиазмом кивает.

– Конечно. Люди любят копаться в чужом грязном белье. Так своё кажется чище.

– Да, я видела. Там прямо святоши с топорами наперевес.

– А знаешь, что ты можешь сделать? – глаза Леры начинают возбуждённо блестеть. – Выкатить пару обвинительных постов в ответ. Короче, начать с ней сраться. Люди это обожают даже больше, чем писать гадости. Сколько у тебя сейчас подписчиков? Штук триста? А сразу прибудет тысяч десять, прикинь? Когда всё уляжется, будешь им услуги дизайнера продавать.

Если бы у меня под рукой была святая вода, я бы окропила ей Леру. А если бы под столом завалялся осиновый кол, наверняка попыталась бы её им ткнуть. Ибо только одержимый демонами может всерьёз предлагать такое. Я же не эксцентричная дочь мэра северной столицы и не пьющий фронтмен скандальной рок-группы, чтобы публично лить друг на друга помои.

– Обойдусь без твоих советов, – отрезаю я. – Иди работай. А продолжишь и дальше торчать в телефоне – уволю.

– Я бы на твоём месте сейчас не раскидывалась друзьями, – бойко возражает Лера. – У тебя на счету каждый соратник.

– Пну под зад без зазрений совести. Как ты сама сказала, через пару дней всё обо всём забудут, а ты так и будешь шарахаться по собеседованиям, потому что мало кто готов терпеть сотрудника с веником вместо языка и к тому же регулярно опаздывающего. Кивни, если поняла.

Поджав губы, Лера послушно кивает и прячется за монитором.

Но эта маленькая победа не приносит мне утешения. Особенно с учётом того, что мой телефон вспыхивает фотографией Вити.

Предчувствуя беду, я прикладываю динамик к уху и осторожно «аллокаю». Презрев разговорный этикет, Витя сходу переходит в наступление:

– То есть причина всё это время была в Рафе?! Вот это тебя не устраивало в наших отношениях? То, что в нашей кровати нет его?!

– Ты тоже посмотрел эфир Лианы? – зачем-то уточняю я.

– Да его, блядь, кто только не посмотрел! А я как дебил ещё спрашивал, что могу исправить! Искал проблему в себе! А вы просто на отдыхе замутили… Пиздец, блин… В жизни бы не подумал, что ты такая… Без совести…

Поймав катящийся карандаш, я крепко сжимаю его в ладони.

– Дело не только в Рафаэле. Проблема в нас. Вернее, в том, что меня долгое время не устраивало твоё отношение… Но я так привыкла с этим мириться, что научилась относиться к этому как к чему-то само собой разумеющемуся… А только оказавшись вдали от тебя, поняла, насколько мне это в тягость.

– Поняла, трахнувшись с ним?!

– Нет. Поняла тогда, когда он спал в кресле, – чеканю я. – Я хочу быть женщиной, о которой заботятся. С тобой я об этом забыла.

– В каком, на хрен, кресле? Вы что, в одной комнате жили?!

– А ты целовался с Лианой, – выпаливаю я перед тем, как повесить трубку.

Повесить трубку – лучшее, что я сейчас могу сделать. Этот разговор вымотает нас обоих, но ни к чему не приведёт. Я хочу забрать свои вещи и переехать. Какая теперь разница, кто с кем целовался и кто в каком номере спал?