Чтение онлайн

Дальнейшие поиски велись без моего участия. Меня лишь попросили уточнить номер тайной комнаты, и сделали узником наших апартаментов. Навсегда, или нет, не знаю, но с тех пор я не покидал сих пределов.

Отец вернулся далеко за полночь, слышал, как сработала входная дверь. Не спалось. Какой там к черту сон, сами понимаете. Отстегнувшись от постели, я поплыл в прихожею. Отца застал зависшим над шкафчиком с "водой". Он "пил". Услышанное от него далее, повергло меня в шок.

– Он улетел, - сказал отец, не оборачиваясь, почувствовав моё приближение.
– Угнал танкер и улетел.

"Полетишь со мной?"

– Ка-ак...
– Только и смог выдавить я.

Митя все рассчитал, продумал план побега, а "клетку" открыл я. Пока механики, во главе моего отца, переворачивали Корабль с ног на голову, Капитан собрал абсолютно всех пилотов на мостике. Полагаю, причину объяснять не нужно. Таким образом, челночный отсек остался без присмотра. Чем и воспользовался Митя. В чем и заключалась главная идея его плана. Каким-то макаром он проник в заблокированный ангар, переправил все запасы кислорода и еды, а также атомные стержни, с двух шаттлов в один (причем самый важный), и был таков.

Сын пилота, чего вы хотите.

– На Землю?
– Ошарашенно, еще до конца не веря в произошедшее, спросил я, как отец закончил рассказ.

– Нет.
– Отрезал он.
– Ложись спать. Завтра нам предстоит тяжёлый разговор.

Без пререканий я вернулся в кровать.

Уснуть так и не смог.

"Прощай".

По идеи, я уже должен быть первоклассным механиком, перенявшим опыт отца. Но я по-прежнему просто мальчишка, который много слышал и ничего из того, что слышал, не понимает. Только мне не верят и не перестают считать опасным для общества. И я согласен с ними. Я заложник собственных идеологических убеждений. Из людей вижу отца, да заходит Капитан, иногда. Для остальных я смертельно болен. Заразен!

Все это время я пытался забыть Митю, стереть из памяти все связывающие нас, перекрыть доступ к этой информации. Я очень хочу вернуть доверие Старших. Как видите - получается не очень. Два года - не девять лет.

Я зачитал до дыр Устав Нового Поколения. Могу рассказать наизусть любую, наугад выбранную страницу, с любой строчки. Так же можете проверить меня на знание пособия по эксплуатации Корабля. Я пересмотрел кучу обучающих видеофайлов, на всевозможные темы, решил кучу учебников по физике, математике, геометрии и астрономии, даже пробовал написать что-то похожее на диссертацию.

"Зачем тебе руки?".

Не дописал.

Иногда отец приносит домой неисправную технику, и мы на пару ремонтируем её. В общем, я стараюсь всегда занять себя, чем ни будь, надеясь, что это поможет однажды забыть образ отделяющегося от Космической станции шаттла - танкера. Я хочу перестать винить себя за это, но пока тщетно.

Отец назвал Митин побег самым безрассудным поступком человека и всего человечества. "Во-первых, - говорил он, - кислорода у него максимум на год, а еды и того меньше. Во-вторых, четырёх атомных стержня хватит ему на советующие число лет, без возможности подзарядки (танкер не оборудован радиационными накопителями). Такое нелепое распределение средств явно говорит о безрассудном поведение твоего друга. И в-третьих, он совершенно равнодушно отнесся к судьбе всего экипажа Корабля, думая только о своей бестолковой, неоправданной ничем авантюре".

Из тяжелого разговора, на утро после угона шаттла, я так и не узнал значения слов, изменивших мою жизнь. Папа мимоходом бросил, что любить - это как убить, только в сто раз хуже, и мы больше никогда не возвращались к этой теме.

"Я люблю тебя = я убью тебя?".

Но зато он мне рассказал, что один пилот, и правда, был пособником побега. Этот человек, в своё время, заставил меня проронить тонну горючих слёз.

"Почему ты плакал?".

Да, все верно, это отец Мити. На сей факт пролили свет данные флешки. Этой информацией я был поражен ровно, как и бегством лучшего друга. Подумать немыслимо: отец и сын, лучшие друзья нашей семьи, и такое.

"Зачем тебе сердце?"

Сильнейшая мигрень, словно тисками, сдавила мне тогда голову.

"Клянись!"

Я принял эту боль за наказание, и сознательно отказался принимать лекарства. Я думал, что если смогу перебороть её, то вместе с ней уйдёт и чувство вины. Со временем боль отступила, но почему-то она не захотела забрать с собой сестрицу. И вместе с ней я начал упрекать себя за наивность. Неужели я и правда, мог поверить в причастность всех! пилотов.

"С миру по нитке".

Дурак! Наивный дурак! Но тут надо отдать дань дерзости плану Мити. Ведь не мог же он знать наверняка, что на обманку попадется сам Капитан, созвав всех пилотов. Не мог.

Отец говорит, что я зря гоню напраслину, обвиняя во всем лишь себя. Что я, как и Капитан, как пилоты, как и он сам, были частью хитроумного замысла Мити. Да, безусловно, отец прав. Но! Но его не было там... В тайной комнате. Ему не сняться голубые глаза, не терзают сознание незнакомые слова и непонятные мысли. И он не мог остановить Митю, а я - мог... Мог... Поэтому, если и обвинять кого в самом безрассудном человеческом поступке, то только меня. Друг же, лучший друг, сделал, я думаю, свой самый взвешенный и рассудительный выбор. Он выбрал неизвестность.

"Прокладывали путь по звёздам".

И ещё: почему виновных так много, а наказание несу я один?

Этот вопрос, и многие другие, появлялись, и появляются, селятся и живут у меня в голове со дня угона танкера, а ответы, что приходят порой, кажутся настолько абсурдными, что рождают собой ещё больше вопросов. Они - моя новая мигрень. Второй круг ада.

Но больше всего меня тревожат не головные боли в строго ограниченной среде обитания, и даже не наши шансы на спасение.

"Круговая диаграмма".

С недавних пор меня мучают кошмары. Точнее один кошмар, повторяющийся каждую ночь. До него мне тоже постоянно снился один и тот же сон, но он не вызывал никаких эмоций, был просто очень странным, как и все сны. Ведь так?

Я вижу (сначала со стороны), как с серых облаков на землю обрушивается град человеческих тел, скрученных, все как один, в позу эмбриона. Потом я становлюсь частью этого невероятного многоголосого потока, стремительно приближающегося к зелёному ковру. Бум! Взрыв всеобщего смеха раскалывает вселенную надвое, а тела, как мячи, отскакивают от земли в разные стороны. Я тоже отскакиваю и превращаюсь в звезду на небе. Одинокую, как и все.

Папа как-то сказал, что наши сны - это отголоски прошлого. И до недавнего времени я был вполне удовлетворен этим ненавязчивым объяснением. До недавнего. Не назову точной даты, но могу точно описать ночь, после которой я начал сомневаться в отцовской интерпретации сна.

Эта была ночь предполетной подготовки шаттлов к вылету. И в эту ночь, впервые, не произошло отключения освещения, скачка напряжения, ничего, что обычно свидетельствует об остановке ядерного двигателя Корабля.