Чтение онлайн

— Вас, большаков, всегда заботит только ваш желудок, — сказал Кимли. — Нельзя столько времени проводить за пищей и размышлениями о ней.

— А что всегда заботит вас, гномов? — язвительно парировал сэр Реджи. — Мысли о золоте и его поиски?

— Старый избитый стереотип, — сказал Кимли. — Моя семья владеет рудниками по добыче железной руды. Из нашей стали выкован тот меч, которым ты все время размахиваешь, при условии, конечно, что ты можешь позволить себе приличное оружие.

— Короткий рост, длинный язык, — сказал сэр Реджи.

— Большой рост, короткий ум, — парировал Кимли.

Я не беспокоился. Это было обычное дружеское подтрунивание, которому Ястреб и гном посвящали все свободное от прочих занятий время.

Но в отношении города сэр Реджи был прав.

Два-три каменных дома и горстка утопающих в грязи хижин, обнесенные крепостной стеной высотой с три человеческих роста. Так называемый город находился на самой границе Десятого Королевства, посему его попытались укрепить как следует, хоть у меня и возникали мысли о том, каким извращенцем надо быть, чтобы попытаться завоевать нечто подобное.

Ров, окружавший город и подходивший к стене вплотную, был завален нечистотами и отбросами, так что его запах, даже при полном отсутствии ветра, мы ощутили до того, как увидели сами стены.

Через ров была переброшена хлипкая деревянная конструкция, по недомыслию местных архитекторов названная мостом. Последняя секция, если привязанные к ней канаты еще были способны на предписанное им деяние, была подвесной и в случае опасности могла быть поднята, лишая облаченных в противогазы захватчиков доступа к основному источнику зловония.

Также имели место ворота, снабженные ржавой железной решеткой. Чтобы местные сборщики металлолома не сперли решетку, ее охраняли двое стражников.

Тонкий ручеек путников вливался в ворота. Через мост переползали две телеги.

— Базарный день, — сказал сэр Реджи. — То, что нам нужно, чтобы остаться незамеченными.

Тут он, конечно, переборщил. На мой взгляд, в подобном захолустье будет замечен любой незнакомец, а уж четверка путников самого воинственного вида, один из которых маг, другой — гном, третий — просто очень крупный человек, а четвертый — Парящий Ястреб Кантарда, не имеет никаких шансов на невнимание.

Тем не менее Керторию надо было посетить. Для уроков фехтования, которые собирался преподать мне сэр Реджи, нужен был нормальный меч. А Керторию настолько редко посещают путники из других провинций, что новости о нашем прохождении распространятся еще очень и очень нескоро. Так сказал Морган, когда сэр Реджи вынудил его сделать этот крюк.

Зажимая носы, мы приближались к городу.

— В принципе, — сказал Кимли, — я все могу понять. Наш поход просто должен быть трудным и опасным, полным лишений, голода и прочих страданий. Я даже готов мириться с вашим обществом на протяжении нескольких месяцев. Но посещать ваши города — это уж чересчур. Такого в моем контракте не было.

— Трудности закаляют характер, — сказал сэр Реджи.

— Мой характер уже достаточно закален, — ответствовал гном. — Никак не возьму в толк, зачем все это. Ты постоянно таскаешь с собой целую оружейную лавку, так почему же, клянусь бородавкой на носу Витара, ты не можешь научить досточтимого сэра Геныча фехтовать тем, что у тебя уже есть? В конце концов, меч, он меч и есть. Ты держишь его за один конец, другим рубишь, обычно тот, которым рубишь, острый. А балансы-шмалансы, это все дело привычки.

— Вот именно, дело привычки, а привычка — это такое дело, которое вырабатывается годами, — сказал сэр Реджи. — Теми самыми годами, которых у нас нет. Кимли, ты же вроде специалист по применению холодного оружия или я не прав?

— Специалист? — переспросил гном. — Клянусь рогом Хеймдалля, я не просто специалист. Я — виртуоз.

— И со скольких лет ты начал занятия?

— С двенадцати.

— А сколько тебе сейчас?

— Сто семьдесят пять, — сказал гном. — Или сто семьдесят шесть. После ста пятидесяти я сбился со счета.

— Понимаешь теперь, что я хочу сказать?

— Нет. Мне предначертано было стать Стражником еще до моего рождения, и я всю жизнь был Стражником, и никем другим. И владению оружием меня обучали с детства.

— Тогда я постараюсь тебе объяснить, — сказал сэр Реджи. — Возьмем, к примеру, музыкантов. Настоящих музыкантов. Кто такой музыкант? Это не просто человек, который дергает струны в определенной последовательности или дует в трубу, импровизируя с напором воздуха. Музыкант — это человек, который чувствует внутреннюю гармонию и воплощает ее в гармонию внешнюю посредством своего инструмента.

— Забубенно звучит, — сказал Кимли. — А при чем тут оружие?

— Не торопись, скоро будет и про оружие, — сказал сэр Реджи. — Случается так, что настоящий музыкант берет в руки инструмент, которого он раньше и в глаза не видел. Но, поскольку он настоящий музыкант, он чувствует гармонию этого инструмента, приводит ее в соответствие со своей внутренней гармонией, и вскоре в атмосферу уже льются чарующие звуки музыки.

— Меня сейчас стошнит, — сказал Кимли. — Только не знаю от чего. То ли от этой вони, то ли от твоих речей.

— Тебе просто незнакомо чувство прекрасного, — сказал сэр Реджи. — И, если бы ты меня не перебивал, я бы уже давно закончил. Я вел к тому, что опытный воин подобен музыканту. Я могу взять в руки твой боевой молот…

— Только попробуй, — сказал Кимли.

— Теоретически, — успокоил его сэр Реджи. — И уже через пятнадцать минут тренировки или через пять минут настоящего боя, если в эти пять минут никому не посчастливится меня убить, я буду размахивать им не хуже тебя.

— Сомневаюсь.

— Не сомневайся, — заверил сэр Реджи. — Сомнения губительны для разума и ведут к поражению в бою. Однако я должен признать, что подобная степень мастерства в любой профессии, будь ты музыкант или воин, достигается путем длительного и постоянного совершенствования. Редко кто рождается с подобным талантом, таких по пальцам можно пересчитать. Причем хватит пальцев одной руки.

— Ну? — сказал гном. — Дальше что?

— Времени на подобное совершенствование у нас нет, — сказал сэр Реджи. — Чтобы сэр Геныч достиг такого уровня мастерства, тренируясь с тем оружием, что у меня есть, нам потребуются десятилетия. А у нас есть пара месяцев и меч, конкретный меч, которым ему придется драться. И, если посвятить все оставшееся у нас время тому, чтобы научить сэра Геныча пользоваться именно этим мечом, у нас может что-то получится.