Чтение онлайн

— Интересно, что они там жгут?

— Может сдуру тростник подожгли. — Высказал предположение Флиган. — По запаху очень похоже.

Они прошли еще немного, миновали небольшую рощицу, и оттуда с пригорка открылся вид на пляж, где они оставили свое судно. Теперь стало ясно, что горел не только тростник. Вместо корабля стоял обгорелый каркас, а рядом валялись тела.

— Они что перепились и сожгли корабль? — Ошарашенно спросил неизвестно кого Андрей.

Флиган с жалостью посмотрел на парня.

— Боюсь, все намного хуже.

Дальше они практически бежали и чем ближе подходили, тем ужаснее картина разворачивалась перед ними. Корабль сгорел почти весь, остался только обгорелый киль и нижняя часть шпангоутов. Вокруг валялись изуродованные тела. Оторванные конечности, распоротые животы, повсюду кровь и внутренности.

— Кто же такое мог сотворить? — Андрей вывернуло наизнанку.

Флиган переходил от трупа к трупу, рассматривая раны.

— Точно не человек. Зверь, очень крупный зверь. — Старик поднял с земли человеческую руку. — Бьюсь об заклад — она откушена.

— Что за зверь может такое. — Парень отвернулся, его опять мучили рвотные спазмы.

Тайя молча осматривала побоище, она все больше и больше подозревала одно существо, но точного ответа, как он мог такое сделать, у нее не было.

Флиган, отошедший довольно далеко, позвал их.

— Сюда. Один, по-моему, живой.

Тайя и Андрей бросились к нему. В тростниках лежал Варлан. Видок у него был неважный. Левая рука, скорее всего, сломана, вместо лица один сплошной кровоподтек и следы когтей через всю грудь. Но гребец дышал и в руках Флигана начал приходить в себя.

— Кто это сделал? — Тайя смотрела в мутные открывшиеся глаза Варлана.

— Демон. — Прохрипел он в ответ.

После того как Тайя с Флиганом перевязали раны Варлана и сделали ему подобие шины на сломанную руку, он смог рассказать о событиях прошлой ночи. По его словам выходило, что под утро на них действительно напал демон ночи. Огромный, свирепый с головой то ли льва, то ли змеи. Варлан дежурил в этот момент, это его и спасло. Вылетевший неизвестно откуда получеловек-полузверь смел его как пушинку и ударом лапы отбросил в сторону. Упав в тростник, он потерял сознание и пролежал там до их прихода. Флиган скептически сдвинул брови. Рассказ о получеловеке с головой зверя не вызывал у него доверия. Осмотрев раны у трупов и следы на песке, он скорее склонен был поверить в гигантского льва — людоеда. У Тайи же в голове стоял совсем другой образ, а Андрею вообще было не до чего. Все трое окружили раненного раба, не зная как поступить. Андрей, выблевав все содержимое своего желудка, хоть и почувствовал себя немного лучше, все равно не мог ни о чем думать. Он старался не смотреть ни в окровавленное лицо Варлана, ни на разбросанные по пляжу куски человеческий плоти. Голова у него плохо варила и хотелось только одного, свалить отсюда как можно быстрей. Флиган, словно почувствовав эту насущную потребность Андрея, наклонился к Варлану.

— Ты идти можешь? — Спросил он почти шепотом, поскольку любые звуки отражались болью в разбитой голове бывшего гребца.

— Попробую. — Варлан потихоньку поднялся с помощью старика и Андрея.

— Надо убираться отсюда, пока кто-нибудь не появился, и нас не привязали к этому делу. — Флиган закрутил головой, озираясь. — Помню, мы проходили небольшую рощицу, надо хотя бы до туда доползти, а там посмотрим.

Как только они поднялись, раздался радостный лай. Сухарик, который чувствовал себя на пляже не в своей тарелке и бродил за Тайей, рыча и вздыбив шерсть, первым потрусил прочь с пропитанного смертью места.

Маленькими шажками потихоньку они за час доползли до рощи и спрятались в тени деревьев. Совершенно обессиленного Варлана положили на траву под раскидистым дубом и, тяжело дыша, повалились вокруг. Мысль у всех крутилась одна, как им быть с этим бородатым гигантом? В город идти небезопасно, на воротах возникнет много вопросов, а вопросы им в их состоянии были нужны меньше всего.

Пока Андрей выдавал одну неисполнимую теорию за другой, Тайю вдруг посетила одна четко сформировавшаяся мысль. Он убьет и меня, и бабулю, когда все закончится. Такие сомнения посещали ее и раньше, но она отгоняла их, стараясь не думать о будущем. Но сегодня после того, что она увидела на пляже, стало абсолютно ясно. Алазар свидетелей не оставит. Ее прошила эта мысль, как озарение. Я и все мы живы, пока идем к цели, как только достигнем ее, независимо от результата, он нас уничтожит. А это значит, мы либо вообще не должны никогда дойти, либо, как минимум, не торопиться. Остался последний вопрос, а куда мы собственно идем. Неизвестно. Пока он гонит нас в столицу. Скорее всего, цель там, и он раскроет ее нам в последний момент. Почему? Она опасна для него, вот почему. И это может нам помочь. Жизненно важно выяснить, чего же он так вожделенно жаждет.

— Эй! — Тайя увидела перед носом щелкающие пальцы. — Заснула ты что ли?

Флиган с Андреем нагнулись над ней.

— Ты то, что думаешь?

Девушка оторвалась от своих мыслей и взглянула на лежащего в забытьи раба. Часть ее, не задумываясь, выдала вердикт — не жилец, надо добить, чтобы не мучился, да и не сболтнул лишнего. В принципе мысль была вполне реальная, но взглянув на пришельца, она подумала о том, сколько будет криков и согласилась выслушать вторую половину. Та начала быстро и неразборчиво тараторить, боясь, что ее прервут и остановят. Зачем так радикально, может мужик поживет еще. Пусть старик сходит за повозкой, а вы тут посидите, не привыкать. Может пригодиться еще громила, вон лапа-то у него какая огромная, больше твоей головы.

Андрей, уставший ждать ответа, сказал Флигану.

— Сходи за повозкой, а на воротах скажем, лев порвал раба в поле, никто смотреть не будет.

— Я схожу, но сегодня вернуться уже не успею, только завтра. — Слуга ответил на автомате, продолжая всматриваться в лицо девушки.

Тайя услышала лишь последнее предложение и повторила вслух свою мысль.

— Нам не привыкать.

— Ну, слава богу, вернулась. — Съязвил Андрей. — Что с тобой сегодня?

Флиган еще раз взглянул на них, девушка сильно изменилась после возвращения, и он не мог понять в какую сторону.

— Хорошо, я пойду, а вы найдите корзины, что мы бросили на пляже, и если что, говорите, что заблудились. — С этими словами старик двинулся в сторону города, оставив раненого на их попечение.

К вечеру Варлану стало заметно лучше, и хотя лицо его по-прежнему напоминало кусок сырого мяса, жар спал, и он уже мог внятно говорить. Ничего удивительного, если человек выжил, прикованный к веслу на галере, то у него должен быть железный иммунитет, подумал Андрей, глядя на жутковатую улыбку бывшего гребца. Они развели костер, и бородач лежал на подстилке из веток у самого огня, а парень сидел, облокотившись спиной на дерево, и лениво думал о еде. Андрей не ел с самого утра, и теперь желудок мстительно напоминал ему об этом своим недовольным ворчанием. Все надежды были на Тайю, которая ушла в рыбацкую деревню еще засветло, надеясь купить там какой-нибудь еды.

Солнце висело над самой водой, обещая еще часа два светлого времени, поэтому Тайя не торопилась. Она прошла через задний двор крайнего домика и вышла на улицу то, что она увидела, заставило ее пригнуться и спрятаться за плетень. На пыльной дороге было пусто, как всегда, но зато весь берег в этот раз был усеян народом. Пришли рыбаки с моря, и все женское и детское население с радостным гомоном помогало своим мужьям и отцам выгружать улов. Но совсем не эти люди испугали девушку. С краю от женщин и детей стояло два десятка всадников на низкорослых степных лошадках, а впереди них, покручивая ус, сидел человек, которого Тайя меньше всего хотела бы сейчас встретить.

— Субудей? Что он тут делает? — Девушка задала этот вопрос вслух.

— Дак, это посольские. Что, пацан, не слыхал про посольство? — Старый дед распахнул дверь дома за спиной у девушки.

Тайя оглянулась на голос и увидела бородатого старика, вышедшего на крыльцо.

— Да ты не боись, пацан, степняки ныне мирные. Не тронут.

— Посольство? — Девушка недоверчиво переспросила.

Дед утвердительно кивнул.

— Великий хан шлет к Императору. Говорят, на днях подойдут к Бельдеруну, а эти то, передовые, впереди шныряют, кабы чего не вышло плохого. Тоже видать рыбку-то любят, вот прислали своих.