Чтение онлайн

— Как ты посмела? — прорычал мужчина, резко поднявшись на ноги, и шпилька в его руках рассыпалась пылью.

— Она недостойна тебя!

— А кто сказал, что ты достойна? Уйди, меня тошнит от одного твоего вида.

— Лоренсо, не прогоняй меня, я люблю…

— Трон, а также богатство и власть, которые он дает, — закончил фразу оборотницы первый принц и магией остановил кровь, льющуюся из раны.

— Но ты тоже любишь меня, я знаю! Ты бы не поддался моим чарам, если бы не чувствовал ко мне совсем ничего!

— Я и не поддался. Как видишь, твоя затея провалилась.

— Но ты сам обнял меня!

— Потому что я давно не был с женщиной. Мне нужно было только снять напряжение, но, как видишь, не вышло. Хоть я и представлял на твоем месте другую, ты все равно не она. А теперь, будь любезна, пойди прочь, пока я еще держу себя в руках. Не искушай меня.

— Лоренсо, не прогоняй меня! Из твоих рук я приму все. Накажи меня! Я вымолю твое прощение любым способом, какой укажешь. Я откажусь от титула и имени, если хочешь, даже стану твоей рабыней…

— Ты не поняла, — произнес Лоренсо, и я поежилась от ледяного тона первого принца. — Я просто не хочу слушать выговор от матушки за то, что заставил ее наперсницу вымаливать прощение в зверином обличье.

— Ты… Да как ты… — от возмущения оборотница потеряла дар речи, хватая воздух ртом.

— Еще как смею. Что, уже не хочешь быть рабыней? — недобро усмехнулся барс. — Тот благородный идиот, которого тебе удавалось водить за нос, давно мертв. Я больше не оставляю врагов за спиной, и меня ничуть не трогает, что ты женщина. Если возникнет необходимость, я убью тебя одним движением и даже не моргну. Ни меч мой, ни клыки не дрогнут над твоей шеей, потому что смерть для себя ты уже заслужила.

— Ваше Высочество, пощадите! — Оборотница рухнула на колени, опустила глаза и часто задышала, демонстрируя вздымающуюся в волнении грудь. Первый принц скривился, словно съел лимон, глядя на эту картину.

— Вон отсюда! Не стоит надеяться на красоту, если уже показала, насколько прогнила твоя жалкая душонка! — разъяренно прорычал Лоренсо, и оборотница размытым силуэтом метнулась к двери, едва не сбив меня по дороге, а в закрывшуюся за ней дверь тут же разбился ни в чем не повинный графин.

Лоренсо

Я расхаживал по кабинету, словно тигр в клетке. На обед даже не взглянул, негодование клокотало в моей крови, и аппетита как не бывало. Женщины… жадные, алчные, мстительные создания, они готовы ради своих целей на все! Отравить, подкупить, приворожить или проклясть.

Все из-за этой фейской моли!

Как же я разозлился, когда понял, что ее поцелуй заставил меня утратить контроль. Когда она отчаянно коснулась меня своими нежными губами, в моей крови зажегся мучительный пожар. Работа не помогла отвлечься. Казалось, стоило мне продолжить разбор документов, мое желание только выросло.

Зверь бился внутри и требовал единения с парой. А я разрывался меж двумя желаниями: то ли придушить Азалию за все муки, то ли взвалить на плечо, телепортироваться с ней в спальню, чтобы сделать своей.

В гневе и отчаянии я решил, что "удачно" подвернувшаяся Нерия Кастай сойдет за фею, если закрыть глаза и заклинанием отключить себе нюх. Но когда шпилька с рубином, явно изготовленная в королевстве демонов, выпала из моего плеча, я понял, что возбуждение моментально прошло, сменившись прежним томлением по фее. Я больше не испытывал ни малейшего влечения к вероломной оборотнице. Зато гнетущее, почти болезненное желание разыскать Азалию усилилось.

Бездна, нужно спуститься в подземелье и окунуться в холодную воду озера Икатава! Иначе я сойду с ума, разрываясь меж гневом, желанием и гордостью. Что со мной случилось? Проклятье феи заставляло меня десятки раз желать разных женщин, испытывать немыслимо мучительную тягу к фальшивым истинным. Но сегодня я словно впервые ощутил действие проклятия, все так ярко, мучительно, сладостно и больно. Будто все мое желание и томление по фальшивым истинным, что было раньше, лишь смутная тень тех чувств, что я ощутил сейчас к своей проклинательнице.

Как Санкристэль смеется надо мной! Еще недавно я с гордым пренебрежением думал, что стоит мне захотеть — и Нерия Кастай будет ползти ко мне в истинном обличье, и вот, теперь я на ее месте. Я готов обратиться в кота и ползти к ногам бескрылой, вздорной, лживой, злобной феи. Готов на все ради улыбки, прикосновения… Как я ненавижу эту ведьму! Свернуть бы ей шею, чтобы утих мой голод по ее губам! Но я не могу… Даже просто мысль о ее смерти кажется мне ужасной. Мое сердце замирает от ужаса, стоит представить, что с ней может что-то случиться… Бездна, я окончательно пропал!

Ступени все быстрее мелькали под ногами. В подземелье нельзя телепортироваться, и потому я быстро бежал вниз, мечтая скорее погрузиться в темные воды подземного озера. Минута, проведенная в его ледяной недружелюбной воде настолько охлаждает сердце, что лишаешься эмоций на несколько часов. Никаких сожалений, ревности, тоски, ненависти, желания — ничего! Мне это так необходимо!

Надо еще набрать фляжку этой воды с собой. Проведу несколько тестов в лаборатории. Думаю, ее и пить можно, если пропустить сквозь пятиступенчатый магический фильтр.

Я бежал, но казалось, что перемещаюсь слишком медленно. Шептал заклинание левитации и летел над лестницей, спускаясь все глубже под землю. Кристаллы розового кварца постепенно сменяли сияющие льдом и инеем стены. В абсолютно белой пещере, где царствует зима и три больших магических светильника заменяют солнце, я увидел идеально круглое озеро, полное темной воды, что так манило своим покоем и глубиной.

Я нетерпеливо сбросил одежду и одним прыжком, без всплеска влетел в ледяную воду. Дыхание перехватило от холода, мучительно хотелось вдохнуть, но я удерживал себя от этого, ощущая, что любовная горячка, вызванная фейскими чарами, медленно отступает. Всплыл и, наконец насытившись воздухом, понял, что с губ сорвался стон облегчения оттого, что сердце полно безразличия и холода.

— Я вижу, у тебя сегодня тяжелый день? — раздался откуда-то позади напряженный и весьма недовольный голос королевы.

Однако, прежде чем я успел открыть рот, Нерия Кастай, сопровождавшая матушку в числе еще примерно десятка придворных дам, схватила мою рубашку и, потрясая ей, громко заявила:

— Видите? Первый принц пытается уничтожить все следы, но одежду от моего запаха почистить еще не успел. Он обесчестил меня в своем кабинете! О, позор! Что я скажу своему отцу? — картинно прорыдала оборотница, удерживая руками расползающийся порванный лиф платья.