Чтение онлайн

Я протянула руку и легонько погладила летуна между крыльев.

— Ну Хаял, ну лапочка, не обижайся на меня. Я правда раскаиваюсь, что выгнала такого красивого, умного дракона, как ты! Прости меня, просто я расстроилась из-за своих крыльев. Ты вот летаешь, а я больше не смогу… — сделала на последней фразе грустный голос, и летун не выдержал.

Опустился мне на плечо, обнял шею крыльями, прислонился мордочкой к щеке и что-то тихо заворчал. Я пальцем погладила питомцу переносицу и снова протянула виноград, за который зверушка принялась с большим энтузиазмом. Ну и стерва же эта Азалия! Как можно обижать такую прелесть?

Дождавшись, пока Хаял насытится, я повернула назад. Дракончик парил над моим левым плечом, выделывая в воздухе всевозможные пируэты.

— О, вижу, вы помирились, — улыбнулась Зефира, завидев нас с Хаялом, и сделала изящный жест в сторону единорога. — Это Сарвинен, он повезет тебя.

— Красивое имя, — заметила я, борясь с собой, чтобы не пялиться на единорога. На его спине зеленело дамское седло из больших плотных листьев неизвестного мне растения.

Дивный зверь опустился передо мной на колени, чтобы я могла взобраться ему на спину. Когда единорог поднялся, я инстинктивно ухватилась за его гриву, чтобы не упасть, поскольку ни узды, ни поводьев на моем транспорте не было и в помине.

— Я так привыкла летать, что давно позабыла, как добраться до дома Селии по земле, так что показывай дорогу, — произнесла я.

— Обязательно покажу, — улыбнулась Зефира, и мне почудилось, в ее взгляде мелькнуло торжество. Любопытно, по какому это поводу? Так рада, что прекратила добровольное затворничество подруги?

Я проехала сквозь цветочную арку, заменяющую ворота. По ту сторону был только тропический лес, без какого-либо намека на дорогу.

Сначала я боялась соскользнуть с единорога и смотрела только на свои руки, сжимающие мягкую гриву. Но мой скакун шел ровной рысью, и вскоре я расслабилась настолько, что принялась смотреть по сторонам.

А посмотреть было на что: мне только казалось, что мы движемся медленно и размеренно. На самом же деле единорог бежал настолько быстро, что картины вокруг менялись с головокружительной скоростью. Я едва успевала разглядеть пролетающие мимо деревья и редкие дома других фей, весьма похожие на мое жилище.

Вдруг единорог резко остановился, заржал и встал на дыбы так, что я чудом удержалась в седле, вцепившись в шею своего скакуна. Копыта ударили о землю, вспышка, и впереди появилось овальное окно портала, в которое Сарвинен сиганул быстрым прыжком.

Остановить единорога я не пыталась, более всего сосредоточившись на том, чтобы не вылететь из седла. Особенно меня пугала перспектива оказаться сброшенной в портальном коридоре. Память подсказала, что в этом случае меня может выбросить в любой точке мира. В такую рулетку мне играть совсем не хотелось.

Единорог вынырнул из пространственного перехода в красивом парке и понесся вперед так, словно за ним гнались. Наконец он резко остановился у небольшого круглого фонтана и, склонив голову, принялся пить воду. Только сейчас я заметила, что за деревьями виднеются бледно-розовые стены замка, а в плечо мне вцепился Хаял. Решил не бросать хозяйку. Похвальная верность.

Тем временем я соскользнула с гладкого бока Сарвинена и двинулась по дорожке к замку. Знакомые очертания подсказали, что это Замок Роз, одна из резиденций моей тетушки. Тут же вспомнилось, что королева Вивьен — единственная, кто может управлять единорогами настолько хорошо, что те беспрекословно повинуются ее мысленным приказам даже на больших расстояниях и строят стихийные порталы по ее приказу.

Сердце кольнула тревога. Зачем я могла понадобиться венценосной родственнице?

Из окна самой высокой башни вылетело большое облако розовых лепестков. Оно ринулось к земле, чтобы облететь вокруг меня, обдавая сладким ароматом, и упасть на землю, образуя дорожку, что вела к воротам замка.

Память подсказала, что это приглашение от королевы. Она срочно хотела меня видеть.

— Как думаешь, что это все значит, Хаял? — спросила я летуна, в ответ тот фыркнул дымком из маленьких точеных ноздрей, поднялся в воздух и демонстративно полетел к замку.

— Ты прав, не стоит заставлять ждать королеву, — согласилась я и зашагала по благоухающей дорожке из лепестков, которая, к моему изумлению, не кончилась порогом замка. Внутри мне тоже " подстелили цветочков", как бы намекая поспешить и не отклоняться от намеченного маршрута.

В замке царил переполох, да такой, что по коридорам гулял ветер от снующих туда-сюда фей.

Я кое-как увернулась от летящей корзины, которая выписывала в воздухе такие кренделя, словно ее нес пьяный невидимка. Приглядевшись, я увидела с десяток крошечных пикси, которые отчаянно мельтешили звенящими крылышками, чтобы удержать свою ношу на весу.

Дорожка из лепестков привела меня к инкрустированной золотом двустворчатой двери.

Я замерла в нерешительности, гадая, должна ли я постучать или сразу войти.

Этот вопрос неожиданно решил летун, постучав в дверь копьевидным кончиком хвоста.

Повелительница Хидденленда восседала перед зеркалом. Одна служанка расчесывала ее светлые волнистые волосы, вторая доводила до совершенства маникюр, а стайка пикси услаждала слух игрой на большой арфе.

Память подсказала приблизиться и сделать книксен.

— Ваше Величество, вы звали меня?

Страх сделать что-то не так сыграл свою роль, и я выдала далеко не идеальный поклон, но королева, казалось, этого не заметила.

— Да, я хотела тебя видеть. Проходи, дорогая. Как ты себя чувствуешь? — Вивьен жестом приказала всем удалиться, и покои моментально опустели — Я слышала, когда ты пришла в себя, три дня не выходила из дома. Я беспокоилась, что от горя ты наделаешь глупостей, и послала к тебе Зефиру.

— Значит, день рождения Селии?..

— Только предлог вытащить тебя из дома. Селия на это раз тебя не пригласила. Ну-ну, не хмурься так, прости свою старую тетушку за этот маленький обман.

— Что вы, тетушка, я бы не посмела. Кто я такая, чтобы осуждать королеву? — ответила, наблюдая, как Вивьен материализует в руке спелую сливу и протягивает Хаялу. Летун схватил угощение лапками, взлетел с ним на люстру и, устроившись там, принялся покачиваться, как ребенок на качелях, и с наслаждением поедать сочный плод.

— О, ты, кажется, взрослеешь, крошка Лия.