Чтение онлайн

— Не скучай, ладно? — сказал тихо и ушёл.

Я осталась одна в тишине кухни. Тарелки блестели, в очаге догорали угли, и только где-то под каменным полом гудел ветер.

Когда замок окончательно стих, я сидела у окна ещё долго. За стеклом темнело — безлунная ночь, густая, как чернила. Ветер шептал где-то внизу, но даже он звучал устало. Я надеялась, что Коул вернётся, но часы тянулись, и ожидание стало таким же вязким, как темнота за стенами. В конце концов я легла, натянула одеяло до подбородка и позволила глазам сомкнуться.

Заснула почти сразу, тело было уставшим после утренней тренировки и бесконечных мыслей. Но сон не принёс покоя.

Я проснулась резко, будто кто-то позвал. Не голосом, это скорее как ощущение чужого присутствия. Очень неприятно. Особенно, учитывая, что Коула в комнате так и не оказалось.

Новый, необычный запах ударил в нос — не привычная копоть или дым из очага, а что-то острое, горькое, чужое. Я села на кровати, пытаясь понять, что происходит. Тишина. Только где-то далеко, под потолком, что-то едва скрипнуло, будто кто-то прошёл мимо.

Я накинула рубашку Коула, висевшую на спинке кресла. Ткань была холодной, но в ней всё ещё оставался его запах — лёгкий, тёплый, немного пряный. Это немного успокоило. Совсем немного.

Немного подумав, я вышла в коридор. Шаги отдавались глухо, а тьма впереди будто становилась плотнее. Стены дрожали от слабого сквозняка, но свет, казалось, не мог пробиться и разогнать тьму.

Чем дальше я шла, тем отчётливее чувствовала, что не одна. Взглядом зацепила что-то — не движение, не силуэт, просто… присутствие. Будто кто-то стоял впереди, в нескольких шагах, но в полной тьме.

Мурашки пробежали по коже. Я сделала шаг назад, и в этот момент в глубине коридора мелькнуло — нечто бесформенное, темнее самой тьмы. Я не успела вдохнуть.

Тьма двинулась на меня.

Каменные стены начали темнеть, как будто в них просыпалось что-то живое. Мрамор будто тек, и из швов сочилась чернота — густая, как нефть. Тьма стекала по стенам и собиралась на полу, поднимаясь клубами, будто дышала.

Первый силуэт вырос прямо из этого дыма — высокий, с очертаниями человека, но без лица. За ним — второй, третий. Они не издавали ни звука, только двигались. Не шагали, а скользили, как капли по стеклу.

Я попятилась, но воздух стал вязким, как смола. Каждый вдох давался с трудом, каждое движение — будто сквозь воду. Как во сне. Может я сплю? Они приближались, вытягивая руки. Сердце билось в груди так сильно, что казалось — сейчас прорвется наружу, разорвав рубашку.

Я сделала ещё один шаг назад, споткнулась и ударилась о колонну. Тьма сомкнулась совсем близко. Странно, но от неё пахло пеплом и чем-то древним, тяжёлым, пугающим до дрожи.

Одна из теней вытянулась выше остальных и потянулась прямо к моему лицу. Холод ударил по коже, как пощечина. Я попыталась закричать, но воздух не слушался. Мир начал сминаться вокруг — и в тот миг все вспыхнуло.

Белый свет прорезал темноту, как клинок. Я зажмурилась от боли, а когда открыла глаза — передо мной стоял Айс.

Волосы его сверкали в этом свете, глаза горели, как два осколка льда. В руке он держал клинок — прозрачный, сотканный из инея и света. Он не сказал ни слова. Просто шагнул вперёд, закрывая меня собой.

Первый взмах — и ближайшая тень застыла, покрывшись хрупким льдом. Второй — и лёд разлетелся осколками, оставив после себя пепел. Каждое движение было точным, без суеты, как дыхание. Холод, исходящий от него, был живым, разумным — он подчинялся Айсу, огибал меня, будто защищал.

Но тьма не отступала. С каждым уничтоженным силуэтом появлялись новые. Они скользили по полу, лезли из щелей, из-под арок, из трещин в камне.

Айс отступил на шаг, поднял руку. Холод уплотнился в воздухе, и от его ладони рванул поток инея — резкий, как штормовой ветер. Тени завыли, но словно беззвучно, как это могла бы сделать я, например, я только видела, как их тела изгибаются, растворяясь в морозном вихре.

Свет от его клинка сверкал всё ярче. Он двигался с такой яростью, что ледяные узоры расцветали на полу, на стенах, даже на моих волосах. Каждое его движение было смертельно красивым.

И вдруг — один из силуэтов, будто понимая, что не успевает, рванулся в сторону. Не на меня — на него. Айс успел ударить, но чёрная масса ударила его в грудь, оставив на коже пятно, словно ожог. Он споткнулся, но устоял. Взмах — ещё один всполох света, и очередная тьма исчезла, как будто её смыло ветром.

Тьма не уходила. Она двигалась уже иначе — не просто хаотично, а целенаправленно. Будто знала, кого должна достать первым.

Айс поднял меч, но теперь каждый его взмах давался тяжелее. Белый свет вокруг него мерцал, будто свеча на ветру. Я видела, как одна из теней рванулась вбок, другая — снизу, а третья, самая быстрая, будто проскользнула между ними, как змея.

Он ударил — клинок рассёк воздух, но тьма не рассеялась. Напротив, сгустилась, облепила его руку и плечо, словно живая. Айс выругался сквозь зубы, дёрнулся, пытаясь стряхнуть её, но чёрная субстанция впитывалась в кожу, оставляя на ней прожилки, как от яда.

— Назад! — рявкнул он, но голос сорвался на хрип.

Я не послушала. Сделала шаг к нему — и холод вдруг ударил мне в спину. Нет, не холод… страх. Тот самый, что сжимает горло, когда понимаешь, что можешь умереть.

Айс стоял, едва удерживая меч обеими руками. Тени тянулись к нему, облепляя ноги, грудь, лицо. Он всё ещё отбивался, но каждый удар был медленнее, слабее.

Я вспомнила утро и его уроки. Интересно, знал ли он о том, что будет ночью?

Я вдохнула. Холод пошёл изнутри, словно я сама стала такой же холодной, как Айс. Пальцы защипало, будто их окунули в лёд.

Я подняла руки, как он показывал. Воздух дрожал. Тьма завыла и теперь я могла слышать ее крики. Я сделала выдох, и из ладоней вырвался серебристый пар.

Мир будто лопнул. Иней вспыхнул — не голубой, как у Айса, а серебряно-белый, как лунный свет. Он рванулся вперёд, мгновенно застилая всё вокруг — стены, пол, тени. Они застывали одна за другой, их крики растворялись в треске льда.

Я чувствовала, как дрожит тело, как каждое дыхание становится болью, но не могла остановиться. Пока Айс не упал.

Он рухнул на колени прямо передо мной, опираясь на меч. Кожа его была бледна до синевы, губы покрылись инеем, дыхание сбилось. Я подбежала, схватила его за плечи — ледяные, как мрамор.

Он поднял глаза — мутные, сине-серые, словно под ними тонкий слой льда. — Молодец… — выдохнул он. — Но ты… не должна была.

Я просто прижала ладони к его лицу, пытаясь согреть.