Чтение онлайн

Ничего не произошло.

Он нахмурился.

— Нужна печать, — сказала я.

— У меня нет печати, — сказал он. — Я снял перстень.

И вот тут мы втроём одновременно посмотрели… на Барсика.

Барсик медленно сел, как человек, который не хочет брать ответственность, но уже понимает, что придётся.

— Что? — спросил он.

— Ты кот, — сказала я. — Котам дозволено всё. Древний закон. Значит, твоя лапа — печать.

Барсик прищурился.

— Марина, ты сейчас серьёзно предлагаешь мне работать бесплатно?

— Я дам тебе мясо.

— Сколько?

— Много, — сказала я.

— Сколько — "много"? — уточнил кот.

— Барсик! — не выдержал Дейрон.

Кот поднял лапу.

— Ладно, — сказал он. — Но я фиксирую: вы мне должны. Оба.

Он торжественно приложил лапу к табличке.

И решётка щёлкнула. Медленно поднялась.

Я выдохнула.

— Работает…

Барсик гордо поднял подбородок.

— Конечно, работает. Это называется "управленческое вмешательство".

Мы шагнули внутрь.

Запретная зона встретила нас тишиной. Такой тишиной, когда ты слышишь собственное сердце и понимаешь, что оно сейчас запишет тебе все ошибки на внутренний диск.

— Дальше — без света, — тихо сказал Дейрон. — Любой огонь привлечёт…

Он не договорил.

Потому что где-то в глубине, в темноте, что-то шевельнулось.

И раздалось очень знакомое: сухой, лёгкий шорох лапок.

Барсик замер.

Я замерла.

Дейрон замер так, будто его выключили.

— Пауки, — прошептал Барсик.

Дейрон очень медленно повернул голову к коту.

— Барсик.

— Я просто называю факт, — прошептал кот. — Не отрицай реальность. Это не помогает.

Из темноты показались тонкие силуэты. Много. Слишком много.

И один — крупнее остальных.

Дыхание перехватило.

— Это… тот самый? — прошептала я.

— Нет, — сказал Барсик. — Этот больше.

Дейрон сделал шаг вперёд. И я увидела, как у него дрогнула рука.

Он не двигался дальше.

Я тихо взяла его за запястье.

— Сэр Дейрон, — прошептала я. — Дышите.

Он посмотрел на мою руку. Потом на меня.

И очень тихо сказал:

— Я не могу.

У меня внутри что-то щёлкнуло.

Вот и выбор. Пугающий. Настоящий.

Я могла сказать: "Тогда возвращаемся. Я сама."

Могла сказать: "Не рискуйте. Я не стою."

А могла… сделать шаг вместе с ним.

Я сжала его запястье чуть крепче.

— Можете, — сказала я. — Просто… идём. Я рядом.

И в этот момент большой силуэт в темноте двинулся к нам быстрее.

Барсик пискнул. Реально пискнул. И тут же сделал вид, что не он.

— Так, — прошептал он. — План меняется. Марина, готовься к тапкам… ой, тапок нет. Готовься к носку. Как бы дико это ни звучало.

Я нащупала в кармане носок.

— Что я должна сделать?!

Барсик вдохнул.

— Импровизировать. Как всегда.

Большая тень стала ближе.

И вдруг из темноты донёсся женский голос — спокойный и довольный:

— Ну что, Марина… ищешь свои вещи?

Эйлин.

Глава 21

Запретная зона пахла холодом, плесенью и чужими решениями, принятыми без согласования.

То есть — как архив в бухгалтерии, только здесь архив ещё и шевелится.

Я сделала шаг внутрь и сразу поняла: зря я вчера мечтала о Мальдивах.

На Мальдивах максимум — краб. Тут — паук с карьерными амбициями.

Осталось 9 дней до Мальдив.

Девять.

И я сейчас стою в темноте, с носком в кармане и помадой в руке, как женщина, которая слишком далеко зашла в попытке "просто вернуться домой".

— Ну что, Марина… ищешь свои вещи? — прозвучал из темноты голос Эйлин.

Я дёрнулась.

— Ты! — выдохнула я. — Верни тапки!

Барсик мгновенно встал передо мной, хвост трубой, взгляд "я сейчас проведу переговоры на уровне совета директоров".

— Леди Эйлин, — сказал он сладко, — суть? Где активы проекта?

— Барсик, — голос Эйлин звучал спокойно, почти лениво, — ты слишком много на себя берёшь.

— Я беру столько, сколько нужно, — отрезал кот. — А ты, как я вижу, берёшь чужие тапки.

Я прищурилась и попыталась рассмотреть её силуэт.

Но в темноте было странно: будто голос есть, а человека нет.

Дейрон стоял рядом и молчал.

И молчание у него было не "мне нечего сказать", а "я сейчас либо возьму себя в руки, либо развалюсь".

— Дейрон, — протянула Эйлин. — Ты правда пришёл сюда ради неё?

Дейрон не ответил.

Барсик вздохнул, как руководитель, которому опять тащить конфликт на себе.

— Не отвлекайся, Эйлин. Вопрос простой. Тапки где?

— Ищите, — сказала Эйлин.

И… голос исчез.

Словно кто-то выключил колонку.

Я замерла.

— Она ушла?

Барсик принюхался.

— Она не приходила, — сказал он неприятно спокойно. — Это была иллюзия. Психологическое давление. Классика. Как начальник, который пишет "зайди ко мне", а сам не на месте.

Горло сжалось.

— То есть она… нас слышит?

— Почти наверняка, — кивнул Барсик. — И ждёт, когда ты облажаешься. Не подводи. Я на тебя ставку сделал. Репутационную.

Я повернулась к Дейрону:

— Вы в порядке?

Он сжал челюсть.

— Да.

Барсик фыркнул:

— "Да". Конечно. У нас всё "да". Марина, не теряй время. Двигаемся.

Мы пошли вперёд.

Проход сужался, стены становились влажнее, а пол — скользким, как корпоративная переписка после скандала.

Я старалась смотреть под ноги, но всё равно ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому шороху.

Потому что шорох в запретной зоне — это либо паук, либо ещё один запрет.