Чтение онлайн

— Чиу-ми! — уверенно откликнулся Черныш и лапкой подпихнул ко мне пряник.

— Нет, это к ужину, — отказалась я. — И вообще, надо спрятать всё в шкаф. Не хотелось бы, чтобы госпожа Торн ругалась.

Однако даже убранный пряник распространял пусть тонкий, но такой вкусный аромат, что я морально смирилась с грядущей выволочкой. Однако, когда смурная лекарь вошла в палату перед ужином, она никак не прокомментировала нарушение правил.

— Арс, к вам посетители — официальным тоном сообщила госпожа Торн.

После чего обернулась и громко позвала:

— Господа, можете войти.

Напряжённая до последней жилки, я уставилась на дверь.

— Добрый вечер, Арс, — вошедший ректор был сумрачен.

— Здравствуйте, Улия.

А вот Редвир явно старался меня не пугать, но на фоне Нортона эффекта от этого было маловато.

— Здравствуйте.

Я выпрямилась из полусидячего положения, готовясь к худшему, и лекарь, окинув нас хмурым взглядом, обратилась к мужчинам:

— Постарайтесь не задерживаться.

С этими словами она вышла, так и не поставив на тумбочку песочные часы, отчего плохое предчувствие стало ещё острее.

— Арс, — начал ректор, не делая даже попытки сесть на гостевой стул, — госпожа Торн уже делилась с вами прогнозом на сроки вашего окончательного выздоровления?

У меня пересохло во рту.

— Она упоминала, что на это может потребоваться год.

— Это очень пессимистичный прогноз, — мягко заметил Редвир. — Мы рассчитываем, что процесс займёт не более девяти месяцев.

Девять месяцев! Но ведь это тоже много, особенно если учесть, что всё обучение в Академии длится четыре года!

— Однако вы не можете не понимать, — тем же тоном продолжил Нортон, — что для учёбы подобный перерыв в практике никак не годится.

Я кивнула и дрогнувшим голосом спросила:

— Вы меня отчисляете?

— К сожалению, — у ректора был вид, словно он разжевал кислющий лимон. — На этом настаивает попечительский комитет. И несмотря на то что причиной случившегося с вами стал родственник одного из членов комитета, — ладонь Нортона на мгновение сжалась в кулак, — это не является веской причиной оставить вас в Академии.

Всё.

Я ждала этого, но в горле всё равно встал ком. Почувствовавший мои эмоции Черныш сердито зашипел на ректора, и у того на лице как будто мелькнула тень виноватости.

— Вы останетесь в лечебнице до тех пор, пока ваше состояние не будет признано удовлетворительным, — произнёс он. — Госпожа Торн даст вам все необходимые лечебные рекомендации. А после того как вы полностью восстановитесь, Академия с радостью примет вас обратно. Без каких-либо вступительных испытаний.

— Кроме оракула, — вновь подал голос Редвир, в чьём взгляде на меня читалось неподдельное сочувствие. — Возможно, баланс стихий в вас снова претерпит изменения, и мнение оракула будет необходимо, чтобы вы попали на подходящий факультет.

Я потерянно кивнула и выдавила из себя:

— Спасибо. Я… я очень ценю вашу доброту, господин Нортон.

Ректор едва заметно поморщился и проронил:

— Это меньшее, что можно сделать. А теперь отдыхайте, Арс.

И он вышел из палаты.

— До свиданья, — пробормотала я ему вслед и перевела потерянный взгляд на оставшегося в комнате Редвира.

— Как вы, Ульяна? — он опустился на край моей койки.

— Н-нормально, — я не хотела плакать, но ответ всё равно получился со всхлипом.

— Не огорчайтесь. — Редвир ласково взял меня за руку, а Черныш подлез под локоть и утешающе заурчал. — Вот увидите, время пролетит незаметно, тем более у вас теперь есть чем заняться.

Я шмыгнула носом.

— Вы о состоянии Арсов?

Редвир кивнул:

— По моему опыту, восемь-девять месяцев как раз тот срок, за который можно вникнуть в дела и наладить всё так, чтобы в дальнейшем требовалось лишь точечное вмешательство.

— Да, — я стёрла ладонью предательскую влагу с ресниц. — Господин Спарро говорил, что у вас есть прекрасный управляющий и его можно попросить о помощи на первое время.

— Верно, — улыбнулся Редвир, — и я уже обсудил с ним ситуацию. Джисс готов этим заняться, поэтому ждём только вашей выписки.

— Спасибо! — я благодарно сплела наши пальцы, но сразу же погрустнела от новой мысли.

— Что, Ульяна? — проницательно спросил Редвир, и я не могла не сказать правду.

— Мне не хочется расставаться с вами. В Академии мы бы виделись каждый день, а так я буду в столице, вы здесь… Нет, магополитен — это, конечно, неплохо, но…

— Не переживайте, — успокоил меня Редвир. — Так уж получилось, что я вернусь в Ферсон вместе с вами.

— Как? — ошеломлённо уставилась я на него. — Почему?

Редвир слегка повёл плечами, словно речь шла о сущем пустяке.

— Я допустил, что адепт смог пробраться в лабораторию и активировать тренировочную колонну. В результате вы повторно получили магическое истощение первой степени, из-за чего вынуждены оставить занятия. Поэтому я больше не имею права занимать должность преподавателя.

— Но ведь виноват Лир! — возмутилась я. — А вас даже на территории Академии не было!

— Это неважно, — мягко объяснил Редвир. — Ответственность за происходящее в кабинете магии разрушений всегда лежит на преподавателе. А я к тому же ваш куратор.

— Несправедливо! — резко сказала я. — Увижу господина ректора, так ему и скажу! Это несправедливо, вы вообще никаким боком здесь не замешаны!

— Не надо, Ульяна, — Редвир накрыл наши сплетённые пальцы ладонью другой руки. — Я и впрямь расслабился и поставил на кабинет слишком простое запирающее заклятье. Нет смысла спорить об этом с кем бы то ни было.

К глазам подступили слёзы. Дура, дура, всё из-за меня! Почему не догадалась, что с запиской не всё чисто?

— П-простите!

— Это мне надо просить прощения, — Ревир придвинулся ближе и ласково меня обнял. — Если бы не моя халатность, Лир не сумел открыть лабораторию, и вы бы не пострадали. Так что всё справедливо, Ульяна.

Не доверяя голосу, я глотала слёзы, а Редвир после короткой паузы мягко заметил:

— Посмотрите на случившееся с другой стороны. Теперь нам нет нужды скрываться от всех. Более того, мы можем в любой момент поехать в Главный храм, чтобы сменить обручальные метки на символы благословлённого стихиями брака.