Чтение онлайн

— Спасибо большое, ты очень любезен.

Упырь появился в столовой бесшумно. Льняная рубашка плотно облегает мускулистое тело, светлые, чуть влажные волосы небрежной волной разбросаны по плечам. Кажется, он протрезвел. Хорошо, что догадался переодеться в чистое.

Глаза мужчины переливаются алым, кончики клыков чуть торчат из-под губы, грудь вздымается под влажной тканью просторной рубашки. Журнальная картинка, фотомодель, красавец. Неужели он решил меня соблазнить? Ну-ну! Уверена, у Оскара есть десяток любовниц, и я точно не хочу пополнить этот список. Не стоит оно того. Посмотреть можно, на большее я не решусь. Меня дома ждет мой родной человек. Да, мы поссорились, но это не повод совершать глупости.

Оскар придирчиво осмотрел гостиную, принюхался даже, после чего занял место во главе стола.

— Приятного всем аппетита, — произнес он и потянулся было за вилкой.

— Госпожа сама готовила, — встрепенулся Анджел чисто воробушек. Даже нахохлился точно так же.

— Я чую это, — произнес Оскар чуть не по слогам, — Ешь и зови эту женщину матерью.

— Можно просто по имени — Светлана. Так, наверное, будет лучше.

— Отец решает все в нашем доме.

Мальчишка тут же принялся резать мясо на своей тарелке. Аккуратно, сосредоточенно, под немигающим взглядом отца. Оскар отрезал небольшой кусочек отбивной, принюхался к нему, медленно положил в рот. Фух! Ест. И не меня. Второй пункт особенно радует.

Я с жадностью накинулась на содержимое своей тарелки. Так вкусно! Жаль, домой ничего не получится взять. Может, всё-таки стащить кусочек буженинки из кладовой? Аня порадуется, да и Ваню нужно кормить, раз уж он опять отдал все свои деньги в долг другу. Тот опять ничего не вернет.

И как нам жить на мою зарплату? Хотя до нее еще нужно как-то дотянуть! Интересно, банка тушенки еще стоит? Вот бы ее разделить на два дня, получится или нет? Это раньше я любила готовить, а теперь нет. Все, что ни сделаю, все хуже, чем у свекрови. И лук-то я жарю не так, и макароны перевариваю слишком сильно.

— Благодарю вас за ужин. Он выше всяких похвал.

Оскар отложил в сторону вилку и нож. Его тарелка пуста. Ну надо же, мне удалось угодить упырю. Вот уж не ожидала. На душе стало тепло и приятно.

— Мне не сложно.

— Полагаю, нам нужно обсудить наш с вами брак. Лучше сделать это наверху, в нашей спальне.

— Что?!

Я покраснела до корней волос, просто выскочила из-за стола. Анджел испуганно на меня посмотрел. Оскар медленно встал. Огромный, не мужчина, а просто скала, один клык кокетливо торчит над губой. Что он вообще собирается со мной сделать? Стало вдруг так страшно, просто до смерти. И тут этот гад двинулся на меня. Головой качает, взглядом тяжёлым буравит. Не мужчина, а разъярённый бык.

— Не смейте, — шипит он.

Оскар

Сейчас, еще секунда и всё. Закончится мое бессмертие прямо на глазах у сына. Себя не жаль, жаль его. Ведьма уже занесла руку, на ладони набирает силу мотылек проклятия. Великие боги, как же мне страшно, зачем вы наделили эту женщину такой силой?

— Не смей! — шепчу я.

Только бы к Анджелу не прицепился этот пугающий мотылек. Поздно! Спорхнула с ладони, увеличился, растекся в пространстве, выпустил из себя свет, засиял. Крылья иллюзии достигли по высоте потолка, слились с ним.

И я застыл, приготовился к худшему. Ну же! Пусть все случится быстрей! Я подставил грудь под удар.

— Никакого кутежа, пьянства, никакого рукоприкладства в этом доме не будет! — взвыла ведьма.

Мотылек лопнул, разорвался на тысячи светящихся лучиков, они впитались всюду: в мебель, посуду, в стены, один осел у меня на ладони.

— Еще раз увижу хоть какое-то непотребство при ребёнке, придушу! Понял?

— Все в вашей милости, госпожа.

Я закашлялся, наверное, от того, что оказался полностью сбит с толку. На что ведьма вообще намекает? Она что, издевается надо мной? Решила попугать, а потом унизить при сыне? Вот же мерзавка.

*** Светлана Ивановна

Я не поняла, что произошло. Откуда взялся этот мотылек, почему вдребезги разбился. Скорей всего Анджел попытался пресечь нашу с его отцом ссору. Он же говорил, что маг, вот и создал что-то такое странное из света, чтоб взрослые отвлеклись. Бедный ребенок, опять его напугали. Сидит, брови к переносице сдвинул, нос сморщил, а спину держит все так же прямо, будто бы кол проглотил.

Оскар таращит на меня глаза, словно видит впервые. Покачнулся, бросил взгляд на стол, будто что-то прикинул. Нет уж, в спальню я себя увести точно не дам. А при сыне он не рискнёт ко мне приставать. Не муж, а какой-то маньяк!

— Предлагаю открыть портал. Мне нужно попасть домой.

— Да, конечно, — мужчина взлохматил свою шевелюру, — Могу я рассчитывать, что вы завтра вернётесь к нам с Анджелом?

— Разумеется.

— Что ж, я рад. Я знаю место, где ткань междумирья давно порвалась. Это совсем недалеко отсюда. Вы предпочтете прогуляться или мне стоит нанять экипаж?

— Прогуляться, — я чуть замешкалась.

Мне же с самого утра идти в школу! Нужно срочно переодеться во что-то из тех вещей, которые мне подарили. И туфли подобрать нормальные, чтобы хорошо сидели по ноге, но выглядели не слишком вульгарно.

— Анджел, солнышко, покажи, пожалуйста, где ты сложил мои вещи?

— В вашей спальне. Это на втором этаже, справа от лестницы.

— Спасибо, дорогой. Я сейчас же переоденусь и спущусь вниз.

С некоторой тоской я посмотрела на стол. Дома меня ждет голодная Анька, злой Ваня, и я просто не представляю, что буду врать. Но накормить обоих точно придется. Как бы так половчей утащить кусок буженины? Мальчишка сказал, что в погребе висит целый окорок. Я нервно сглотнула. Оскар выразительно приподнял бровь.

— Вы голодны?

— Из-за вас я останусь без обеда, — я пошла ва-банк. Грабить, так грабить. Я же не для себя стараюсь, верно?

— Почему?

— Я просто не успею ничего приготовить. И в магазин уже не зайти.

Стоит, смотрит, глазищами своими хлопает. Нет бы что предложить бедной женщине.

— Ваша кухарка удавилась из зависти к вашему таланту повара? — наконец выдавил из себя нахал, — Простите, но свою я вам не уступлю.

— Хам!

— Почему?

Я поднялась наверх, не стала продолжать пустой разговор. Ну и лестница в этом доме! Хотела бы я знать, эти ковры вообще кто-нибудь моет? Судя по пыли в углах — нет. Ковровую дорожку к каждой ступеньке прижимает длинная шпилька. Она лежит в основании ступеньки, продетая сквозь кольца. Под одним из таких колечек вырос кустик травы. Если не присматриваться, то его, конечно, не видно, но я-то заметила! Какая же жуткая пыль висит в этом доме. Бедный парень всем этим дышит, теперь становится ясно, почему он такой бледный.

— Я прибью ваших слуг, так им и передайте. Пусть ждут меня завтра, будем делать генеральную уборку.

— Вы уверены, что для успешной генеральной уборки человеческие жертвоприношения обязательны? — Оскар умеет шутить? Вот уж не ожидала.

— Абсолютно!

— Я вас понял, супруга. Уверяю, мы обязательно что-то решим.

Я вышла в холл и немного замешкалась. Это не холл, это спортзал нашей школы, если судить по размерам. Всюду вазы, в них засушенные букеты полевых трав. Выглядит, конечно, мило, но пыли-то сколько! А потолок? За чистотой в этом доме вообще хоть кто-то следит? Не потолочный карниз, а выставка-продажа паутины разных сортов.