Чтение онлайн

С этим было сложно не согласиться, и я кивнула. Кивнула, вздохнула, а потом, словно озарение, пришло следующее:

— Вы ведь из Тёмного пантеона, а душа Даниэлы запятнана тьмой. Может, подскажете, что с ней стало и…

Я осеклась, заметив, как Эсфа становится прозрачной, а спустя мгновение её и вовсе не стало. Только приятный, глубокий голос с томными нотками продолжал звучать в глубинах храма:

— На сегодня достаточно, ваше величество. Увидимся через две недели на празднике. Сосредоточься на побеге, побольше думай о своей душе и не забивай себе голову мыслями о чужой.

Общение с Эсфой оказалось плодотворным и дало мне пищу для размышлений, а подумать тут было о чём. Быть или не быть? Сбежать или остаться? В общем, сложную мне предстояло решить задачку.

Даже если сумею исчезнуть из Хельвивы и добраться до Срединных земель, существовала загвоздка, о которой я узнала из книг, что передала мне Эдара. Территорию Диких охраняла так называемая завеса, не впускавшая чужаков. Опытные маги при должном умении и старании могли пробиться через завесу, но при этом теряли много сил и какой-то там жизненной энергии. А я в принципе магом не являлась. Пусть и застряла в теле чародейки, но с силой её подружиться так пока и не сумела.

— Мне вот не понятно, если Срединные земли так хорошо охраняются, как же феи и лягушата… я хотела сказать, накшерры, становятся рабами? Ведь не по своей же воле к людям в руки попадают.

Прошло три дня с моего посещения храма. Три дня, на протяжении которых я прилежно занималась, пробуя себя в роли губки, старательно впитывающей новые знания.

— Нет, в гости они к нам точно не рвутся, — усмехнулась Саранна, последние пару минут занимавшаяся тем, что зажигала в спальне свечи.

Сегодняшний вечер был особенно тёмным, а в воздухе ощутимо пахло грозой. На неё намекал и сильный ветер, с яростью набрасывавшийся на деревья (представляю, во что превратится парк, если он не угомонится), и далёкие раскаты грома. Пока ещё редкие, приглушённые, но уже было ясно: не пройдёт и часа, как небо над столицей разразится ливнем.

— Но иногда магам удаётся проникнуть за завесу, а порой кто-нибудь из презренных сам за неё выходит и попадает в расставленные ловушки. Мелкие народцы, особенно феи, очень беспечны, что, в моём представлении, равносильно глупости. — Служанка презрительно поморщилась.

Хотела было задёрнуть шторы, но я попросила этого не делать. Было приятно сидеть возле окна с бокалом горячего пряного вина, Миуром под боком и раскрытой книгой на коленях. Сидеть и вслушиваться в приглушаемые толстыми стенами завывания ветра.

— Не удивительно, что Дикие вас недолюбливают.

— Недолюбливают? — хмыкнув, переспросила девушка, а потом с жаром ответила: — Да они нас ненавидят! И мы отвечаем им взаимностью. Сколько они попили крови из бедных крестьян, живущих в Пограничье! То скот крадут, то травят своей дрянной магией урожаи. А в последнее время представляете, что стали вытворять? — Саранна понизила голос до заговорщицкого шёпота и, подойдя ко мне, возбуждённо продолжила: — Ходят слухи, что вместо скота они теперь взялись людей красть. Юных девушек! Как вам такое, а? Крадут и вытворяют с ними всякие непотребства.

Я крепче сжала в руке бокал и нервно уточнила:

— Что за непотребства?

— Самые разные, — сверкнула глазами служанка. — А потом выбрасывают их мёртвые тела за завесу. Звери они! Самые настоящие звери! Все Дикие. Даже мелкие народцы вроде накшерров. Это после метки они превращаются в послушные марионетки, а так их всех следует опасаться. А вы что удумали? Дружбу с феями водить. Так вы нас всех выдадите и погубите!

Саранна любила поворчать, к этой особенности её характера я уже привыкла, поэтому сейчас пропустила упрёки мимо ушей и продолжила думать о сказочных созданиях.

Сделав небольшой глоток, поинтересовалась:

— Зачем людям рабы из Срединных земель? Экзотики не хватает?

Служанка переместилась в другой конец спальни, к кровати, чтобы стянуть парчовое покрывало и убрать лишние подушки да валики.

— Накшерры паталогически верны своим хозяевам. Им можно доверить любую, даже самую страшную тайну — не выдадут. Хоть под страхом смерти, хоть под самыми жестокими пытками. Ну а феи… Они трудолюбивы и очень полезны нашим леди.

— Что значит полезны?

— Помогают долгое время оставаться красивыми и молодыми. Феи в Треалесе на вес золота.

— И тем не менее вы обращаетесь с ними, как с насекомыми.

Саранна пожала плечами и, взбив подушки, сказала:

— Обращаемся так, как они того заслуживают. Прошу, ваше величество, постель готова.

— Я здесь ещё немного посижу, почитаю и дождусь грозы.

Служанка негромко хмыкнула, как будто хотела сказать: «странная вы», но делиться мнением на этот раз не стала. Спросив, нужно ли мне ещё что, и получив в ответ:

— Можешь быть свободна, — присела в коротком реверансе и вышла из спальни.

А я погладила перевёртыша, тихонько пробормотав:

— Дикие жестоки к людям, люди к Диким. Мне даже представить страшно, как меня встретят в Срединных землях. Но об этом я подумаю после. Сначала надо придумать, как пройти сквозь завесу. Вот что, малыш, нам с тобой делать?

Как это водится, малыш не ответил. Отставив бокал, я переложила Миура к себе на колени и погрузилась в чтение.

Всю ночь ветер завывал и бился в окна, дождь хлестал по стеклу, а от громовых раскатов, пугающе сильных, яростных, казалось, дворец рухнет в любую секунду подобно карточному домику. Падёт башня за башней, обвалятся террасы, и меня погребёт под его обломками.

Я долго читала, сначала возле окна, потом в кровати, пока сморённая усталостью наконец не уснула. Утром, не успев открыть глаза, почему-то прежде всего подумала о муже. Нет, я вовсе по нему не соскучилась, боже упаси! И продолжаю наслаждаться его отсутствием, даже несмотря на хлопоты, связанные с должностью государыни. Наверное, всё дело в ночном ненастье. Это оно натолкнуло меня на мысли о Галеано.

Надеюсь, дождь не застал его где-нибудь в дороге. И молнии… От них всю ночь небо так и сверкало. А впрочем, мне-то какое дело? Да пусть хоть тысячу раз промокнет и заболеет — пофиг! Вот честно!

И тем не менее я почему-то продолжала о нём думать. Не хотела, но всё равно это делала.

Скверно, очень скверно.

Феи, как обычно, явились все вместе и, как всегда, сияли жизнерадостными улыбками. Поначалу они меня немного побаивались, но видя, что я не собираюсь на них рычать, как Саранна, оставили страхи и теперь с явным удовольствием прилетали ко мне. А может, так рвались к Миуру. От моего питомца малышки были в восторге, и он отвечал им взаимностью.

— Доброе утро, ваше величество!