Чтение онлайн

Он машинально попытался отмыть руки от краски для татуировки. Безуспешно: краска въелась в кожу. Позапрошлой ночью он делал татуировку в виде волка на ноге босса Эли. Босс не имел представления, что Марат и Эля были женаты. Марат многое узнал о том, какая слава ходит о его жене в ее рабочем коллективе: она пытается каждого мужчину затащить в постель, рассказывает всем, что ее муж – ничтожество, которое просто сделало ей двух детей и сбежало. Были подозрения, что Эля принимала наркотики. Марат отбросил в сторону кусок мыла, поискал глазами полотенце, не нашел. Вытер руки о брюки и ещё раз посмотрел в зеркало.

“Твои глаза словно глубокое чёрное озеро”, – говорила ему всегда брюнетка, когда во время секса он был сверху.

Марат зажмурился крепко-крепко, словно пытался выдавить из мозга картинку тела женщины, которую так жестоко предал.

“Нужно бежать”, – открыл он глаза и быстро вышел из ванной.

Он давно читал в интернете красивые истории о путешествии. Страну для побега он выбрал. Это была Дания. Он помнил свою жизнь в Копенгагене. Марат считал эту землю домом древних духов и воинов.

Он всегда видел себя воином, сражающимся за свою семью. Но Эля видела в нем лишь лузера и ничтожество.

Семьи, за которую нужно было воевать, больше у него не было. Благодаря Эле, дочери считали его жалким посмешищем. В доме авторитетом стал новый любовник жены Марата.

Марат надел свитер, джинсы, поискал носки без дыр, но не нашел. Вся его одежда была старой, возможно, её носил ещё его отец. Очень много лет он не покупал себе одежду: у него просто не было денег. Все, что он зарабатывал, забирала Эля.

Марат наспех кинул в свой ранец самое необходимое, вышел из дома и отправился на трассу, чтобы поймать автомобиль. Путь в Копенгаген он давно выучил по картам наизусть.

Из дневника Марты

Таксист. Какой он странный был сегодня. Похож на инопланетянина. Хотя нет, очень земной. Он говорил о деньгах и ел чипсы. Ел их жёстко и хладнокровно. Ел не так, как будто был голоден, а так, словно выполнял чей-то приказ. Интересно, давно ли у него был секс. Он выглядит как человек, который вообще не способен испытывать эмоции. Наверное, слово «секс» ушло из его лексикона ещё несколько лет назад. Единственное, что вызывало у него искренний оргазм, было деньги.

История Нелюбви

Самой большой ошибкой в ее жизни было не отпустить его. Привязать к себе, прибить гвоздями обязательств, совести, страха одиночества, приколотить. “Ты любишь ее? – спрашивала она его, нервно нарезая морковь для будущего ужина. – Но мы же столько лет провели вместе. Мы созданы друг для друга, мы должны быть вместе”.

“Поверь, – продолжала она в ванной, закидывая грязное белье в стиральну машину, – это не любовь, это наваждение, страсть, что угодно, только не любовь. Твоя любовь – я”.

И она пронзительно посмотрела ему в глаза. “Хочешь, докажу тебе? – продолжала она, насыпая корм в миску собаке. – Пойдем к психологу, он вправит тебе мозги”.

Он пошел. Послушно, но с поникшей головой. Как дети, которые должны слушать родителей, вместо того, чтобы с радостью скакать по лужам.

У психолога он понял, что чувство совести не позволит ему оставить ту, которая смотрела на него влажными глазами; которая говорила: мои лучшие годы жизни я провела с тобой.

“Ты – моя единственная любовь”, – говорила она ему глазами.

Он смотрел в эти глаза и чувствовал, как приходит смирение. Чувствовал, как исчезают крылья за его спиной, как сердце наполняется тяжестью ее слез.

Он больше никогда не позвонил той, которая подарила ему крылья. Постепенно он стал забывать ее голос, глаза, дыхание, запах кожи. Ноги превратились в камни, в душе появилась зияющая пустота.

Потом у них родился ребенок. Та, которую он выбрал себе в жены (был ли это выбор?), стала ещё более далёкой. Он больше не смотрел в ее глаза. Он закрылся в своей комнате и работал. Иногда выходил погулять с собакой. Со временем его жизнь и жизнь его жены с ребенком стали параллелями.

Хотел ли он ещё влюбиться? Больше нет. Жизнь виделась ему пресной и глупой, в которой есть лишь обязательства.

Неважно, что происходит в мире: эпидемия, война, голод, – настенные календари с кошками и собаками на следующий год всегда будут продаваться в газетных киосках.

Марта стояла в очереди за сигаретами и разглядывала всех этих тщательно выкупанных, причесанных котов и псов.

Июнь. Первый нормальный июнь после 2020 года. Снова огромное количество туристов, все – без масок, как в старые добрые времена. Марта разглядывала расслабленные лица всех этих людей и радовалась за них.

«Да, все мы заслуживаем хороший отдых после того, что пережили», – подвела итог Марта.

И тут ее взгляд зацепился за одно лицо. Оно было каким-то родным, Марта была уверена, что знала этого мужчину всю свою жизнь. Но они не были знакомы ни минуты.

“Что вам?”, – обратился к Марте голос из киоска. Подошла ее очередь.

Марта повернулась к продавцу, за минуту купила сигареты и отбежала в сторону, принявшись искать то самое лицо, которое ее так интересовало. Но его уже поглотила толпа отдыхающих с неизменными полотенцами для пляжа, зонтиками от солнца, надувными утками, гусями, фламинго, водяными пистолетами для детей.

На душе Марты стало вдруг невыносимо тоскливо.

“Будто встретила что-то очень ценное и сразу потеряла”, – вздохнула она.

Марта открыла новую пачку сигарет, грустно закурила и слилась с толпой туристов в поисках какого-нибудь уютного и малолюдного пляжа. Хотя в это время года вторая опция была доступна разве что ночью.

Однажды у Марты спросили, почему для жизни она выбрала именно Черногорию. Она не смогла найти правильный ответ. Интуиция действует, не объясняет. Для Марты это оказалась единственная страна, к которой она на расстоянии и никогда не бывая там, ещё в Москве испытывала огромное доверие. Жизнь казалась полноценной лишь на фото в интернете с каменными домиками с черепичной крышей и морем. Рассматривать подолгу эти фото и представлять себя в них было личной медитацией Марты.

После переезда она с каждым днём жизни в микрогороде мечты понимала, что с выбором не ошиблась. Во время прогулок она смотрела в глаза каждому жителю этого города, вглядывалась в стены каждого дома и вспоминала. Вспоминала себя.

“Как после такого не верить в переселение душ?”, – восхищённо думала Марта.

Она родилась в маленьком российском городе. В Черногории его не знает никто. Тридцать с лишним лет прожила в России, сменила три города, но так не нашла свой дом на родине. Здесь же Марта почувствовала себя на своем месте с первого дня. Ей казалось, что в эту страну она попала с особым предназначением и что здесь не ждёт что-то судьбоносное.