Чтение онлайн

– Так что же тебе давать описание прегрешений раба божьего Бунтеля?! Про этого грешника, я думаю, можно накопать очень много, только вряд ли ему понравятся твои публикации, – засмеялись на другом конце провода.

– Тебе смешно, Эллочка, а мне не до смеха. Болото какое-то непролазное, а не город. Хоть самой, как та Агата Кристи, лезть в горячую ванну, грызть яблоки и выдумывать сюжеты типа, «Тело любовницы в спальне градоначальника». Шутка… Эллочка, я тебя прошу, если у тебя, что интересненькое появится, звякни.

– Обещать не могу, но при возможности, сделаю обязательно.

– Заранее благодарна. Целую моя душка.

Не знали ни корреспондентка Капа Сорокина, ни её кураковская подруга, что этот разговор с помощью устройства «Рысь» прослушала и записала Цаца, которая затем, напялив наушники, целый час просидела за столом, прокручивая аудиозапись и упорно повторяя за Эллой: «Про этого грешника, я думаю, можно накопать очень много, только вряд ли ему понравятся твои публикации», и копируя характерный смешок кураковской журналистки.

Хомячков возвращался домой. Темнело. Светлячками обозначились на столбах уличные фонари. Стал накрапывать дождь. Тротуары были пустыми, только по дороге, разбрызгивая грязь из луж, проезжали редкие автомобили. В квартирах вспыхивали телевизионные экраны: отпахав своё на стройках, фабриках, объектах культурного значения и предприятиях обслуживания, любознательные мыши, а именно они составляют большинство населения Мышанска, хотели знать, что происходит в стране и в мире.

Добропорядочных мышей особенно интересовал вопрос, как в далёком южном городе Сарайске проходит операция по поимке улизнувшего из зоопарка удава, способного в один присест заглотить, не моргнув глазом, семь котов и закусить эту не самую диетическую пищу сотней другой мышей.

Константин Вадимович уже подходил к своему подъезду, когда сзади послышались торопливые шаги, кто-то быстро его догонял. Поспешно оглянувшись, директор увидел коренастого рыжего кота в панаме.

С виду солидный и уверенный в себе Хомячков, не совсем уютно чувствовал себя в соседстве с котами, поскольку, несмотря на серьёзную должность и солидный живот, был, тем не менее, хотя и упитанной, но в целом обыкновенной мышью.

На всякий случай директор ускорился.

– Извините, – послышалось позади, – я хочу вас спросить!

В ответ на это Хомячков зачастил лапками и уже почти бежал, когда кот нагнал его. Острые когти пронзили ткань плаща, и директор услышал сердитый кошачий голос.

– Куда же вы так торопитесь?

– Я очень спешу. Что вам угодно, господин кот?

– Я слышал, что вы недавно купили говорящего попугая, это правда?

«Он подослан Службой порядка, чтобы арестовать меня за махинацию с покупкой Григория», – решил Хомячков и, бросив на преследователя быстрый взгляд, пропищал:

– Да, я купил попугая за пятьсот хрустиков. А вам какое дело?! Что вы вмешиваетесь, господин кот?! – Константин Вадимович, полный решимости ни в коем случае не признавать свою вину, изобразил возмущение.

– Зря вы так… меня совсем не интересует, сколько уплачено за попугая… Я президент фонда «Коготь милосердия» Дорофей Мурлыга… Мой фонд создан для помощи мышам… по профессии я финансист, так уж жизнь сложилась, – кот с сожалением пожал плечами, – но по призванию – дрессировщик говорящих птиц… хобби у меня такое.

– Ну и что из того? – несколько успокоился директор.

– Ничего… просто хотел вам сказать… говорящие птицы – особы привередливые, с большим гонором, если появятся трудности во взаимоотношениях, ваш питомец, к примеру, откажется говорить, или, не дай бог, начнет заикаться, буду рад помочь, – кот достал из кармана визитную карточку и протянул директору.

На дорогой мелованной бумаге значилось: «Дорофей Мурлыга, президент фонда «Коготь милосердия», и был проставлен номер телефона.

В тот момент, когда Хомячков, сунув визитку в бумажник, вежливо, но прохладно поблагодарил рыжего кота, в редакции газеты «Мышанские зори» раздался звонок. Корреспондентка Сорокина взяла аппарат. Звонили с незнакомого номера.

– Капа, это я Элла, – услышала Капитолина голос своей приятельницы.

– На моей мобиле батарейка сдулась, так я с другого телефона. Тебе повезло. Есть новость. Неплохая. Волки, которые ограбили «Мышиный кредит», объявились у нас в Кураково! Слушай…

Окончив разговор, Сорокина уселась за компьютер и быстро набрала материал.

На следующее утро капитан Бульдогин вошёл в кабинет Гапкина со словами:

– По делу «Мышиного кредита» ничего значительного установить пока не удалось.

– Ничего значительного, хм… а незначительное… что новенького по обстановке в городе.

– Так, мелочёвка. В гостинице «Гусь лапчатый» новые постояльцы: кот Мурлыга – владелец фонда «Коготь милосердия», и как водится у богатых котов, певичка при нем на содержании.

– Что-то я про этого Билла Гейтса ничего не слышал.

– Ты же знаешь, Палыч, миллионеры в наше время плодятся, как кролики. Мурлыга прибыл по делам бизнеса.

В дверь постучали. Вошёл Петрухин.

– «Мышанские зори», товарищ майор. Там есть заметка… я её фломастером выделил… мы роем землю здесь, а Лёмпа с Бригадой оказывается уже в Кураково, – ефрейтор положил на стол газету и вышел.

Палыч снял очки, протёр салфеткой и вновь надел. В глаза бросился заголовок «Бандиты объявились в Кураково».

В статье корреспондентки Сорокиной говорилось, что на рынке города Кураково, видели трёх волков очень похожих на тех, которые ограбили отделение «Мышиного кредита». Они были пьяны, шумно разговаривали, разбрасывались хрустиками направо и налево.

Торговке заплатили за пять килограммов баранины, а когда неожиданно прибыл наряд Службы порядка, поспешно смылись, оставив купленный товар на прилавке.

– М-да, – Палыч поднял очки на лоб, поводил носом по газетной странице и шумно втянул ноздрями запах типографской краски, – чепуха… если это было так, нас бы обязательно поставили в известность… Чую, Кузьма, чую… печёнкой… всем нутром чую… не могли бандиты мимо нас проскочить… наверняка, в городе залегли и ждут, когда мы расслабимся. У меня интуиция… И разберись с Сорокиной. Выясни, откуда у этой лапши, что она в газете тиснула, ноги растут.