Попытка номер три
Шрифт:
Наталья засобиралась в магазин, надо прикупить чего-нибудь из продуктов.
– Не сиди возле меня с таким лицом, – ворчал на Надежду Михаил Никифорович, – сходи, прогуляйся, цветы у матери полей, а то засохнет вся ее экзотика, пока она там на солнышке свои бока греет. Иди, иди и позови ко мне Егора, нам поговорить надо.
Надя послушно начала собираться. Когда муж вызывает своего телохранителя и водителя Егора Сытина, ей лучше не присутствовать при этих разговорах, тем более, сейчас. Муж, скорее всего, попросит начальника охраны и его ребят провести параллельное расследование, их водитель когда-то служил в органах, но его выперли за избиение подозреваемого. Его и еще парочку оперов, с которыми он работал. Теперь каждый из них подряжался на ниве охраны у разных богатеньких буратин и выполнял за дополнительные деньги различные мелкие и крупные поручения своих хозяев.
Она вышла из дома и пошла к гаражу – если Егор занят приватными беседами с боссом, значит можно беспрепятственно воспользоваться машиной. Конечно, по своим делам не покатаешься – сказано – к маме, цветы поливать, значит именно так и предстоит сделать – машина оснащена системой слежения, объясняй потом мужу, где шлялась. Впрочем, ни в какое другое место она и не собиралась. Мать Надежды жила в пригороде Междугорска в трехкомнатной «хрущевке», превращенной ею в настоящую оранжерею. Цветы и деревца не были какими-то слишком экзотическими и редкими, но буйно росли и цвели и требовали внимания и ухода. Сама Татьяна Петровна с удовольствием занималась своими детками, как любя называла их, и возилась с листочками, горшочками и землей дни напролет.
«Мамочка, ты у меня просто чудо, – с какой-то потаенной нежностью рассуждала Надя, сидя за рулем огромного мужниного „Ниссана“, – всегда выслушаешь, поймешь, пойдешь навстречу, дашь дельный совет. Ну почему ты тогда не остановила меня и позволила влезть в эту золотую клетку? Почему не подсказала, как выбраться из нее потом, когда у меня появился Артем? Кто знает, может быть, если бы ты почаще вмешивалась в мои дела и направляла на путь истинный, то не случилось бы всего того, что происходит сейчас»…
С тех пор, как она узнала подробности своего второго замужества, ее частенько захлестывала волна неприязни к мужу. Деньги, эти его проклятые деньги, его торгашеская привычка все покупать, даже ее он фактически купил, совершил одну из своих спекулятивных сделок и приобрел себе подругу жизни, мать для своего ребенка и няньку по совместительству.
Тот день она запомнила очень хорошо. В гости приехал Сереженька, он позвонил, сказал, что остановился как обычно у Татьяны Петровны и спросил, хочет ли она повидаться. Конечно, она очень хотела этого! Сын рос вдалеке от дома, от матери, воспитывался в суворовском училище, где, по словам Михаила Никифоровича, из него должны были слепить настоящего мужика. А она частенько выла ночами в подушку, кляня себя за то, что не настояла на своем, оторвала ребенка от своего сердца и выставила его за порог. Что у них места мало что ли? И вот ребенок приезжает и словно чужой звонит и спрашивает, хочет ли она его видеть. Надежда помчалась в дом матери и во дворе неожиданно наткнулась на бывшего мужа. Вопреки обыкновению, Димка был трезв, чист и даже приветлив.
– Какие люди! Что за ветер занес такую даму в наши края? – насмешливо заговорил он, загораживая ей путь.
– Здравствуй, Дима, и дай, пожалуйста, пройти, я спешу к маме.
– А, на свидание с Серегой, – снова усмехнулся бывший, – а муженек-то дозволил или осмелилась ослушаться?
– Не твое дело, – попыталась она пресечь дальнейшие разговоры.
– Удели-ка мне три минуты, дорогая, – вдруг вполне спокойно сказал Дима. – Я тоже только что побывал в доме тещи, пообщался с сыном и скажу тебе, что парень растет правильный, спасибо за это Никифоровичу, вот если бы он еще по-честному все это провернул…
– А в чем по отношению к тебе нечестность? – Надежда была возмущена. – Ты помнишь о том, что похитил моего сына? Да я чуть с ума не сошла тогда! Правильно он решил убрать ребенка подальше от тебя, от твоих заскоков! Да, я очень скучаю по Сереже, зато уверена теперь, что он будет жив и здоров!
– Значит, ты до сих пор ничего не знаешь? – Дима реально был удивлен, – я-то думал, что бабье Толстиковское тебе давно все донесло и по полочкам разложило, а, оказывается, твоя душа все еще невинно-чиста! Ну-ну! Так ты спроси у своего благоверного поподробнее про это похищение! Каюсь, повелся я на его уговоры, но у нас уже все равно к тому времени все разладилось, я не собирался клеить то, чего нет, вот и купился.
И тут Надежда с ужасом узнала, что весь сыр-бор с похищением Сереженьки организовал сам его «освободитель». За крупную сумму денег Дима должен был навсегда отступиться от бывшей семьи и сделать так, что бы он, добрый дяденька Левкин, стал героем в глазах Надежды. Тогда ей легче будет решиться стать женой пожилого и далеко не атлетичного мужика. И бывший муж дал добро.
– Так ты стала результатом взаимовыгодной сделки, – подвел итог Дмитрий. – и не смотри на меня, как на врага, ты ничего не потеряла, я тоже, Никифорович тем паче, никто внакладе не остался.
Конец ознакомительного фрагмента.