Чтение онлайн

Сейчас середина марта и всё еще скрыто снегом, а уеду я в первой декаде апреля, по-прежнему по снегу, но уже рыхлому.

Палата на втором этаже, их тут две, обе на четверых. Внизу пять палат на 6-10 человек, так что нам повезло. Туалеты не совсем удобные, кабинки, но с банальной дыркой в полу. Рядом душевые и раковины для умывания.

Сами помещения оштукатурены и покрашены синей страшной краской. Хорошо что в палатах светлые стены,это радует. Обстановка чистая, опрятная. Кровати хорошие, новые застеленные красивыми покрывалами.

Два гардероба для одежды, один на двоих и столик журнальный с четырьмя креслами, а также прикроватные тумбочки для личных вещей.

Вот и всё. Да ещё большой вишнёвого цвета палас.

Топится помещение слишком жарко, четыре радиатора . Нас пока двое, я и Валентина из Зеленограда.

По истечение некоторого времени, когда обустроились и разложили вещи, Валентина обратилась ко мне:- Тебе не кажется, что здесь как-то странно пахнет.-Да, пожалуй не пахнет, а довольно таки сильно воняет помойкой, надо бы проветрить.

Но это проблематично, так как окно и разделённая пополам балконная дверь, такую конструкцию я вижу впервые, забиты гвоздями соткой.

Находим горничную и просим её посодействовать открыть хотя бы какую-то часть окна.

Несколько погодя приходит мужичок с гвоздодёром и отрывает нам гвозди с нижней части балконной двери, как мы попросили. Хочется попользоваться балкончиком, хотя снег на нём лежит вровень с перилами, неужели такие снегопады были?

Открыв дверь для проветривания мы идём в столовую на обед, где за нами закрепляют стол. Питание великолепное, всё вкусное и очень приличное, дома такого давно не ели.

Много свежих овощей и фруктов. Я жалею, что дом далеко, а так детям отнесла бы. Ну квочка, чего говорить.

Рядом с нашими столами, столы инфарктников, тех которые уже ходят и гуляют.

Здесь мы узнаём что наш домок-теремок называют кошкиным домом. В ответ на удивление, объясняют, что основной контингент живущих в нём отдыхающих женщин-это местная "элита" нуждающаяся, как выражаются мужчины в кустотерапии.

С нами делятся охотно, так как считают, что мы того же поля ягоды, и тут же стремятся делать предложения и завести знакомство. Мы с Валей ровесницы, обе серьёзные дамы и крайне шокированы этими предложениями. Отказываемся, говорим, что москвички и от нас отвязываются, пока временно.

Возвратившись в номер мы закрываем окно, но через какое-то время обнаруживаем, что запах никуда не исчез. Решили заняться поиском его источника и нашли....

Уборка помещения производилась поверхностно, только на видных местах, а под кроватями обнаружились такие залежи объедков рыбы, сыра, яблок, зелёных цветущих колбас, обрывков бумаги, конфетных обёрток, и простите за подробности бабских кровяных затычек. Понятно откуда шло амбре помойки.

Помимо этого, Валюша, отлично зная женскую натуру, решила проверить кровати и под матрасами мы обнаружили интимные женские и мужские предметы нижнего туалета. В общем название себя оправдывало, здесь жили и гуляли до изнеможения.

Второй поход к горничной, но не с просьбой убрать, а с просьбой дать нам инвентарь для уборки и мешки для мусора. Она даёт почтовые бумажные мешки, швабры тряпки и веник, предлагает ещё и пылесос, а потом идёт вместе с нами. Представшая перед ней картина повергла её в шок.

Она объясняет, что сегодня вышла первый день из отпуска и значит её замена убиралась спустя рукава,а значит и ей нужно теперь грести всё. Но мы отказываемся от ее помощи, доказывая, что в четыре руки управимся, а она идёт проверять другие номера и в итоге работы и нам и ей хватило с головой.

Не успели мы начать работу, как подъехала третья отдыхающая, Марьям из Казани, тоже наша ровесница. Она прямо с ходу включилась в работу и втроём, набрав пять мешков мусора и основательно перемыв и почистив всё мы управились до ужина.

За ужином Марьям получила место в другом конце столовой, так как приехала позже. Место крепится на весь период пребывания.

После ужина мы немного прогулялись и пришли в свой номер, где обнаружили двух вальяжно развалившихся господ и бутылку с коробкой конфет на столе.

Мы все трое вежливо попросили незваных гостей освободить помещение дабы не доводить до скандала. Слава Богу, визитёры поняли и ушли, а мы решили теперь запирать помещение и на ночь в том числе. Вечер закончили чаёвничая за разговорами о семьях и о детях. У девочек по двое, у меня четверо, есть о ком поговорить.

На другой день мы получили каждая свои предписания и рекомендации у врача и началась наша санаторная жизнь, с назначенными процедурами, кислородными коктейлями, душем Шарко, лечебной физкультурой и прочими разными прелестями лечения.

На второй и третий день я разбирала балкон. Затею пользоваться им я не отторгала. Вся эта куча оказалась не снегом, а бутылками промёрзшими и спёкшимися в монолит. Внизу поставили контейнер и я сбрасывала эту прелесть туда. Потом на освобождённом балконе я с удовольствием отдыхала и курила, не уходя на улицу.

На третий день к нам заселилась учительница из Москвы предпенсионного возраста, поначалу охавшая и ахавшая от якобы бессилия и просившая постоянной помощи, а потом просто обнаглевшая злобная фурия, изводящая нас поучениями, нравоучениями, придирками и запретами.

Кончилось тем, что после душной бессонной ночи, когда она не дала нам ни проветривать ни открыть окно, у Марьям на физзанятиях случился сердечный приступ. Валентина свалилась с гипертонией, а я выйдя из столовой потеряла сознание и очнулась в кабинете врача. У меня никогда ранее не знавшей, что такое скачки давления, оказалась гипотония, давление упало 60x40, и стало естественно плохо.

Врач понявшая что без причины не может стать плохо сразу троим из одной палаты, выяснила, что произошло и пошла к главврачу. В тот же день нашу соседку отселили в девятиэтажку, в отдельный номер, как особу нуждающуюся в изоляции от людей, а мы до конца так и пробыли втроём без подселения.