Чтение онлайн

Потрясающе.

Других слов для описания нет. Даже несмотря на мелкий дождь и клубящиеся серые облака в небе, вид абсолютно великолепный. Вокруг частая поросль деревьев, покрытых мелким пушистым слоем мха. Деревья разные: высокие и тонкие, короткие и ветвистые. Воздух наполняет щебет птиц и жужжание пчел. Я чувствую смесь запахов хвои, соли и чистого свежего воздуха. Я вздрагиваю и обхватываю себя руками, делая шаг вперед. Хочу увидеть больше.

Я иду мимо деревьев и смотрю на корабль, увязший в песке. Он выглядит брошенным и забытым. Глядя на него, я понимаю, насколько он прекрасен. Я думала, что судно старое и потрепанное. Это не так. Корабль - настоящее произведение искусства. Такой массивный, а темное дерево, из которого он построен, придает ему нечто особенное, некий прекрасный аккорд, так же как и белые флаги, и изысканные детали из дерева, а русалка на носу венчает все это. Божественно. Я потираю руки и оглядываю пляж. Трудно рассмотреть что-либо из-за внушительного слоя тумана, покрывающего воду, но я уже знаю, что вода будет голубой и кристально чистой.

Какое-то время я вожу пальцами по сырому песку, затем поворачиваюсь и возвращаюсь под деревья. Когда направляюсь на звук текущей воды, боль в ноге возвращается, но это меня не останавливает. Любопытство сейчас перевешивает боль. Ориентируясь на журчание, я прохожу мимо деревьев. Отмахиваюсь от комаров и каких-то мошек и пробираюсь все дальше. Я приближаюсь к воде, и когда, наконец, вижу кристально чистое озеро, увенчанное водопадом, забываю, как дышать.

О.

Боже.

Я не понимала до этого, насколько тесно мне было на корабле. Внезапное желание сорвать с себя одежду достаточно сильное, чтобы я невольно начала оглядываться на деревья, чтобы убедиться, что вокруг никого нет, а потом схватить полу рубашки и потянуть ее вверх. Я снимаю ее и роняю на землю, отбрасываю джинсы. Я колеблюсь насчет лифчика и трусиков и решаю оставить их. Не стоит рисковать, если кто-то решит спуститься сюда. Я нахожу местечко, где можно зайти, и медленно погружаюсь в прохладную живительную воду.

О, небо.

Я окунаюсь, позволяя прохладной воде успокоить слегка пульсирующую в голове боль. Я бреду к водопаду и когда подхожу ближе, мне на лицо брызжут капельки воды и тумана. Я перелезаю через несколько валунов, несколько раз оскальзываясь, пока, наконец, не становлюсь под поток. Струи, бьющие по моему телу, словно массаж для всего тела. Я стону и закрываю глаза, откидывая голову назад и позволяя воде омывать меня. Это почти эротично, не хватает только прижавшегося тела, чтобы сделать это чувство абсолютно реальным.

Я думаю о Хендриксе и о том, как прошлой ночью он трахал меня пальцами. Дерьмо, если он так хорошо делал это пальцами, то не могу дождаться, чтобы узнать, что он делает своим членом. Я содрогаюсь от этой мысли и понимаю, что пальцами поглаживаю свои соски. Они твердые, и по всему телу распространяется покалывание, когда я сжимаю их. Короткий стон выскальзывает из моих губ, а между бедер нарастает боль. Боже, я так давно не занималась сексом. По крайней мере, год. Мое тело отчаянно нуждается в этом.

– Тебе лучше убрать руки от этих симпатичных сосков, прежде чем я сделаю то, о чем пожалею.

Хриплый голос заставляет меня с визгом отпрыгнуть назад. Я скольжу по камню и чувствую, как падаю, но вокруг меня оборачивается пара крепких рук и тянет обратно. Я знаю, что это Хендрикс, но чего я не знаю, так это: как, черт возьми, ему удалось подкрасться. Я открываю глаза и смотрю на него. Он мокрый, волосы темной массой прилипли к его лицу. Черт бы его побрал! Он высовывает язык и слизывает с губ капельку воды, и меня внезапно озаряет: я касалась его, а он даже не пытался меня поцеловать.

Ни разу.

– Я знаю, что ты делаешь, - бормочет он, прижимая руку к моей пояснице и притягивая меня к себе.

– Что?
– шепчу я.

– Ты пытаешься соблазнить меня.

Я замираю. Дерьмо. Он знает? Я пристально всматриваюсь в его лицо:

– Не льсти себе, может, я правда хочу этого.

Он усмехается и зарывается рукой в мои волосы.

– Я обычно не падок на это дерьмо, но, черт возьми, знаешь, ты меня зацепила.

О. Да.

– Я тебя ни на что не подталкиваю, - бормочу я, уставившись на его губы.

– Ты здесь, полуобнаженная, играешь со своими сосками и выглядишь до боли ох*ительно. И будешь говорить, что ты не заигрываешь со мной?

– Вот именно, - говорю я, встречая его взгляд.
– Я не знала, что ты здесь, и я… ласкала себя только потому, что было приятно чувствовать на теле воду.

– Ты возбуждена, маленькая inocencia?
– мурлычет он.

Я на минуту задумываюсь об ответе. Он либо продвинет нас дальше или, наоборот, все остановит. Хендрикс только что признался, что я подобралась к нему, а значит, есть нечто, что может стать моим шансом на свободу. Я не собираюсь профукать его, скрываясь от желаний своего тела. Я наклоняюсь к нему ближе и шепчу:

– Я не трахалась больше года, так что да, пират, я возбуждена.

Он шипит и тянет меня за волосы.

– Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, inocencia?

– А ты хочешь трахнуть меня, пират?

– Ты, черт возьми, прекрасно знаешь об этом. Но есть несколько условий…

Я хмурюсь.

– И что за они?
– говорю я, наклонившись так, чтобы наши губы почти соприкасались.

Кажется, что воздух между нами накаляется, и все мое тело оживает. Хендрикс тянет меня за волосы и отодвигает мои губы от своего рта.

– Во-первых, никаких поцелуев.

Я смущенно встряхиваю головой.

– Что?

– Я не целуюсь. Это личное, я не делаю этого, если только я с кем-нибудь не ради обычной похоти.

Ой.

– Ну и отлично, - удается выдавить мне.

– Второе, мы трахнемся сегодня и только сегодня. Я не буду играть в твои игры и точно знаю, что ты пытаешься сделать. Хотелось бы сопротивляться, но я, бл*дь, не могу. Мне нужно попробовать тебя. Только в этот гребаный день. Ты не моя, чтобы предъявлять на тебя права, и у меня все еще есть долг, который нужно оплатить.

Дважды ой.

– Так зачем беспокоиться?
– шиплю я.
– Не утруждайся трахать меня, раз уж это не больше, чем быстрый сброс напряжения.

– Ты хочешь сказать мне, что твое тело не кричит об этом гребаном освобождении?
– рычит он.

Черт бы его побрал! Он прав. Я так хочу, что меня, действительно, не заботит, что он предлагает себя только на раз. Я ожила из-за него, все мое тело покалывает от этой нужды. Кроме того, если этот единственный раз будет жарким, он просто может передумать продавать меня.