Пораженные
Шрифт:
Мэтт притягивает меня ближе и гладит по волосам.
— Прости.
— Это не твоя вина, — я шмыгаю носом, пытаясь снова не расплакаться.
Я не знаю, что еще сказать. Я больше не хочу так жить, но я и не хочу умирать. Я хочу какого-то обещания, что моя жизнь может стать нормальной, что в конце этого залитого кровью туннеля есть какой-то свет, но я его не вижу. Я не могу думать об этом слишком много, потому что это угнетает.
Мэтт все еще смотрит на меня с беспокойством и безнадежностью. Я быстро поднимаюсь на ноги, вырывая свою руку из его.
— Мне просто нужно в туалет, — говорю я и направляюсь к двери, где рыжеволосая вампирша все еще разговаривает с охранниками.
Когда я подхожу, они все оборачиваются и смотрят на меня.
— Мне нужно в туалет.
Они нетерпеливо провожают меня до двери, и я выхожу на залитую светом территорию. С темного неба падает легкая морось, и я бреду по влажной дорожке к туалетному блоку.
— Ты в порядке? — голос из тени здания пугает меня, и я отступаю на несколько шагов.
Сайлас выходит на свет, проводя рукой по волосам под усиливающимся дождем.
— Ты в порядке? — он спрашивает снова. — Я не хотел тебя напугать.
Я качаю головой.
— Я в порядке. Не знаю. Я больше ничего не чувствую.
Сайлас морщится, потирая затылок.
— Мне очень жаль.
— Ты стрелял в людей, — говорю я, и мой голос звучит так глухо, что почти отдается собственным эхом, когда я смотрю на страдальческое выражение лица Сайласа. — Ты застрелил их прямо у нас на глазах. Ты казнил их.
— Джульетта…
— И знаешь, что хуже всего? — кажется, я улыбаюсь. — Я на самом деле подумала про себя, что ты оказываешь им услугу. Что ты был добр. Потому что они все равно умрут, верно?
Сайлас делает шаг ко мне, его глаза цвета ржавчины загораются в резком свете прожекторов.
— Мы должны защитить вас всех.
— Вы все продолжаете это повторять… — теперь у меня стучат зубы. — Ты повторяешь это снова и снова.
— Я знаю, что это слабое утешение.
— Да, ты можешь сказать это снова. — Я поднимаю голову навстречу дождю, капли падают на мои ресницы. — Как ты называешь это чувство? Когда ты хочешь жить, но не делаешь этого, и ты не хочешь умирать, но ты больше не хочешь жить? — Почти истерический смешок срывается с моих губ, когда я встречаюсь взглядом с Сайласом. — Как мне это назвать?
Я икаю, всхлипывая от смеха.
— Я не хочу так жить, но думать, что я собираюсь… я собираюсь у-у-умереть… к-к-как…
Я замолкаю, потому что в груди начинает гореть.
Сайлас хмурит брови и подходит ближе ко мне, кладя руки мне на плечи.
— Джульетта, мне нужно, чтобы ты дышала, или ты потеряешь сознание.
— Может быть, я хочу потерять сознание. — Я прижимаю руку к горлу, которое, кажется, сжимается. — Может быть, я хочу…
Сайлас поднимает меня с земли и заключает в объятия, прежде чем я успеваю запротестовать, прежде чем я даже успеваю осознать, что происходит. Потом я оказываюсь в душевой кабине под струей теплой воды.
Я обхватываю себя руками, пытаясь отдышаться. Сайлас стоит рядом, не прикасаясь ко мне, и его рука опирается на стенку душа, когда он хмурится. Какое-то время мы просто смотрим друг на друга, пока оба окунаемся в теплую воду. Капли стекают с его волос по лицу. Он просто стоит там, глядя на меня. Через некоторое время он слегка улыбается мне.
— Все в порядке?
Я киваю, вода набирается мне в рот, когда я делаю судорожные вдохи.
— Может быть? Я не знаю.
— Ну, по крайней мере, тебе теперь тепло. — Он поднимает руку. — Я сейчас вернусь. Принесу тебе чистую одежду и полотенце.
— Почему тебя это волнует? — Мой голос срывается от усталости.
Сайлас хмуро смотрит на меня.
— Почему? — я требую ответа. — Почему тебя это так чертовски волнует? Но больше никого не волнует.
Он открывает рот. Поджимает губы, и его глаза обшаривают пол, затем снова поднимаются на меня.
— Я просто делаю, хорошо? Ты заслуживаешь лучшего, чем все это.
Я хочу рассмеяться ему в лицо, я хочу глумиться над ним. Я хочу верить, что он лжет. Может быть, я даже хочу верить, что он делает это только потому, что видит во мне не более чем кусок мяса. Верить, что он действительно заботится обо мне, слишком больно. То, как он смотрит на меня, эти глаза цвета ржавчины, наполненные состраданием и заботой, это уже слишком. Это слишком, когда кто-то вроде него смотрит на меня так, как никто никогда в жизни на меня не смотрел.
— Ты обнимешь меня? — шепчу я, и он заметно вздрагивает.
— Что ты сказала? — спрашивает он, придвигаясь ближе ко мне.
— Я… Я… Неважно. — Я закрываю лицо руками, дрожа, несмотря на теплую воду.
Я даже не знаю, почему я попросила его об этом.
Я задыхаюсь, когда его руки обвиваются вокруг меня. Я не смотрю на него, просто прижимаюсь к нему, дрожа.
— Все в порядке, Джулс, — бормочет он. — Я держу тебя, хорошо? Все в порядке.
Джулс. Он назвал меня Джулс. Уже много лет никто не называл меня Джулс.
— Что здесь происходит?
Женский голос доносится из ванной, и я в панике вздрагиваю, пряча лицо у него на груди. Сайлас продолжает обнимать меня.
— Она потеряла сознание, — говорит он командным голосом. — Мне нужно было согреть ее, я боялся, что у нее будет шок.
Женщина издает звук, полный презрения.
— Похоже, это нечто большее, чем лечение от шока, Кинг.
— Я могу отпустить ее, если ты хочешь, чтобы она ударилась головой, Симпсон, — то, как он подчеркивает имя другого вампира, подобно властному удару кнута, и шаги быстро удаляются.
Сайлас берет меня пальцами за подбородок и запрокидывает мою голову, чтобы я посмотрела на него. Он улыбается мне.
— Ну же, давай вытрем тебя и согреем, ладно? Тебе нужно поспать.
Он ведет меня в раздевалку, и как только он протягивает мне полотенце, входит Мэтт. Он в замешательстве оглядывает нас с ног до головы и качает головой.
— Что, черт возьми, здесь происходит? — спрашивает он, подходя ко мне и обнимая меня. — Ты в порядке, детка?
— Я в порядке, просто… я чуть не упала, и Сайлас подхватил меня.
Мэтт пристально смотрит на Сайласа, который выдерживает его взгляд. Это как оказаться зажатым между двумя бульдогами, которые хотят разорвать друг друга на части из-за меня. Мэтт притягивает меня чуть ближе к себе, и взгляд Сайласа на мгновение опускается на меня.
— Ее нужно держать в тепле, — говорит он, оглядываясь на Мэтта. — Чистая одежда и теплая постель.
— Я знаю, как ее согреть, не волнуйся, — огрызается Мэтт.
Сайлас приподнимает бровь и засовывает руки в карманы.