Порочная красавица
Шрифт:
Мое лекарство.
Боже милостивый. Дарси только что привела el diablo прямо в самое личное пространство моего дома.
Я бегу в сторону кухни. Мои каблуки стучат по мрамору. Вся кровь отливает от моего лица. Я заворачиваю за угол и резко останавливаюсь, потому что вижу их.
Паркер сидит за моим столом для завтрака, в моем кресле, и пьет из бокала, в котором, как я знаю, мой самый дорогой виски, потому что хрустальный графин стоит на столе перед ним. Откинувшись на спинку кресла с довольной ухмылкой, как король горы, он смотрит на Дарси, которая стоит над ним, уперев руки в бока, с выражением материнской любви на улыбающемся лице.
Ее предательское лицо, наносящее удар в спину.
Какого черта она улыбается моему заклятому врагу?
— Что ж, здесь довольно уютно, — говорю я слишком громко и без капли тепла.
Они оба смотрят на меня. Улыбка Паркера гаснет. Его горящий взгляд скользит по мне. Он медленно ставит свой бокал с виски на стол.
Дарси радостно восклицает: — О, вот и ты! Я не думала, что ты будешь готова так скоро. Мы как раз обсуждали мой отзыв о ресторане Xengu. — Она смеется. — Я сказала Паркеру, что отзыв не будет опубликовано до понедельника, но он может быть спокоен, потому что, кроме трюфелей, он получит пятерку с плюсом.
Пятерку с плюсом. Она ставит человеку, который разрушил мою жизнь, гребаную пятерку с плюсом? Что здесь происходит? Ощетинившись, я делаю шаг вперед.
Баночка с моим лекарством стоит на вращающемся подносе в центре стола, всего в шести дюймах от руки Паркера, открытая и уязвимая для любых любопытных, назойливых глаз.
Моим голосом, холодным и контролируемым, я говорю: — Правда? Как интересно. Я не припоминаю, чтобы ты когда-либо давала какому-либо ресторану такую высокую оценку.
Ее глаза вспыхивают. Это предупреждение или какое-то послание, но я слишком занята своей яростью, чтобы пытаться расшифровать смысл.
Паркер встает. На нем темно-синяя рубашка без галстука, расстегнутая у горла, пара прекрасно скроенных темно-серых слаксов и массивные платиновые часы, в которых я узнаю Patek Philippe. Вероятно, они стоили более ста тысяч долларов. Элегантность его одежды контрастирует с его слегка взъерошенными волосами, как будто он провел по ним руками, и с медным блеском на подбородке. Он не брился.
Паркер похож на рекламу Ralph Lauren.
Ублюдок.
Хриплым голосом этот ублюдок произносит: — Виктория.
Больше ничего, только мое имя, но он произносит его так, словно только что швырнул меня лицом вниз через стол, задрал платье, сорвал трусики и погрузился в меня.
Вся кровь, отхлынувшая от моего лица, снова приливает к нему. В ушах пульсирует жар.
— Паркер, — говорю я сквозь стиснутые зубы.
Услышав мой тон, выражение лица Дарси становится самодовольным.
Заявляю официально: я собираюсь убить ее.
— Ну, мне пора! Рада снова увидеться, Паркер. И увидимся позже, девочка. — Дарси подходит ко мне и запечатлевает поцелуй на моей пылающей щеке. Когда она отстраняется, то подмигивает, оставляя меня в полном замешательстве, а затем уходит.
Дьявол стоит по другую сторону моего стола для завтрака и смотрит на меня так, словно все тайны Вселенной можно найти в моих глазах.
— Ты злишься.
Я отворачиваюсь, приглаживая рукой волосы. Когда он добавляет: — Дарси сказала, что ты будешь злиться, — я оборачиваюсь и пристально смотрю на него.
— Что?
Она рассказала ему о нашем плане?
Паркер медленно выходит из-за стола и приближается ко мне. Его взгляд не отрывается от моего. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, он останавливается. На его губах появляется дразнящая улыбка.
— Потому что я пришел раньше. Дарси сказала, что ты ненавидишь, когда люди приходят раньше, даже больше, чем когда они опаздывают; тебе не нравится, когда тебя застают врасплох. Она также сказала, что ты взбесишься из-за того, что я был у тебя на кухне, потому что ты никогда не приглашаешь мужчин на кухню, ведь это сердце дома, а значит, и твое сердце. Она сказала, что я ей нравлюсь и что ты тоже это чувствуешь, и что единственный способ для меня взобраться на эту башню из слоновой кости, которую ты построила, чтобы отгородиться от всего, что причиняет боль, – это помощь твоей лучшей подруги.
Тихий изумленный вздох слетает с моих губ.
Эта злая, блестящая ведьма! Она сыграла не только с ним, она сыграла с мной! Дарси сделала то, что вызвало у меня настоящую эмоцию, которая была бы гораздо убедительнее любого притворства, а затем сказала ему правду о том, почему я злюсь, и связала все это заранее спланированной ложью, о которой мы договорились. Я так рада, что у меня кружится голова.
Хотя я всё еще есть критикую ее по поводу той ерунды с пятеркой с плюсом.
Паркер говорит: — Твоя подруга также сказала, что я должен поцеловать тебя, как только смогу, — и подходит на шаг ближе.
Мое сердцебиение ускоряется. Я прочищаю горло.
— Ну. Она определенно много чего сказала, не так ли?
Паркер придвигается еще ближе. Когда я поднимаю на него взгляд, в его глазах горит огонь. Он шепчет: — Да, — протягивает руку и прикасается к моему лицу.
Я замираю. Как кролик, пойманный фарами, я неподвижно смотрю в лицо Паркера, когда оно приближается ко мне. Когда его губы касаются моего рта, я издаю тихий, бессловесный звук удовольствия.
Он обвивает рукой мою талию и притягивает к своему телу. Ладонь с моего лица перемещается к шее. Он запускает пальцы в мои волосы и медленно проводит губами по моей челюсти, касаясь кожи, а затем говорит мне на ухо: — Но я хочу, чтобы ты попросила меня об этом.
Я прижимаю ладони к его груди и чувствую, как бьется его сердце под рубашкой. Мое сердце бьется в такт ему, почти болезненно ударяясь о грудную клетку.
— И зачем, могу я спросить, мне это делать?
Паркер отводит носом мои волосы в сторону. Легко, зубами, дергает меня за мочку уха. Непроизвольная дрожь пробегает по мне.
— Потому что ты этого хочешь.
Я смеюсь, слегка задыхаясь.
— Нет, не хочу. Я злюсь, помнишь?
Он смотрит на меня сверху вниз. На его шее пульсирует вена.
— Тогда потому, что я этого хочу. Потому что в прошлую пятницу я не дал тебе возможности сказать «нет». Потому что я не хочу отпугнуть тебя, пока у меня еще есть шанс.
Его рот оказывается в нескольких дюймах от моего. Жар его тела согревает меня сквозь платье. Я чувствую себя наэлектризованной. Меня бьет током.