Порочное место
Шрифт:
– Почему?
– Ну, из-за наркоты… Она сначала кокаином баловалась, а потом на героин подсела. Очень крепко подсела. Кому она такая нужна? Ей теперь только у дороги работать… Ирка сама понимала, что плохи ее дела. Надоело ей все, говорила. Уходить, сказала, нужно.
– Куда уходить?
– А туда! – Рита взглядом указала на небеса.
– Когда она это говорила?
– Да часто говорила… Прихода, говорит, нет, а хочется, может, дать пару кубов сразу, чтобы приход поймать? Я ей говорю, сдохнешь, а она – зато уйду, говорит, красиво, с кайфом. Ну и ушла…
– Сама себе укол сделала?
– Сама.
– А ты чего тогда сбежала?
– Ну, сказали…
– Кто сказал?
– Так это, Ирка сказала, если с ней вдруг что случится, то Машке этой позвони, скажи, говорит, что она сука.
– И ты позвонила?
– Ну, да… Нет, не для того, чтобы сукой назвать.
– А для чего?
– Ну, я не знала, что делать, – замялась Рита. – А у Ирки телефон под рукой лежит. Я взяла, смотрю, ей какая-то Маша звонила.
– Когда?
– Ну, это утром было, часов в шесть. А там написано было, что пять часов назад звонила. И абонент указан – «Маша». Ну, я и подумала, что это та самая Маша.
Шульгин уехал от Субботиной в четвертом часу утра и не помнил, чтобы та кому-нибудь звонила. Но Маша выходила в туалет, оттуда она и могла связаться с Ириной Вислогузовой. Туалетная комната у них там в доме большая, Дима пытался подслушать через дверь, но без толку.
– И позвонила ей, – подсказал он.
– Ну да, позвонила. Сказала, что Ирки больше нет.
– Значит, отчиталась о проделанной работе.
– О какой работе? – взвилась Рита. – Не было никакой работы!
– Зачем же ты Маше звонила?
– А если у меня шкурный интерес был?
– Это интересно.
– Может, я у этой Маши хотела работать? Ирку просила, чтобы она словечко за меня замолвила. А она сказала, что бесполезно.
– Почему?
– Сказала, что я рожей не вышла… Ну, не прямо так сказала, но намекнула… Ну да, Ирка красивая, не вопрос, – завистливо вздохнула Рита. И тут же проклюнулась постыдная радость. – Была.
– Она ушла, а ты осталась. И решила сама с Машей связаться, так?
– Ну, так. А что, права не имею?
– В милицию сначала надо было позвонить.
– Так я собиралась. А Машка эта отговорила. Ты, говорит, милицию не вызывай, а то, говорит, тебя во всем обвинят… Я спрашиваю, в чем во всем, а она говорит, что в убийстве. Я говорю, какое убийство, если она сама? А Маша эта сказала, что ментам за самоубийство премии не дают, поэтому они убийство раскрывать будут, и на меня все спишут. Я же проститутка, поэтому на все способна. Дескать, клиента с Иркой не поделила или еще что-то в этом роде… В общем, эта Машка сказала, чтобы я собирала вещи и уезжала далеко-далеко. А еще сказала, что меня к себе возьмет…
– А раньше ты на нее не работала?
– Нет, – мотнула головой Рита.
– А почему она тогда про тебя знает? Я говорил с Машей, спросил, где Иру найти, она мне адрес дала и еще сказала, что Ира с тобой живет.
– Я не понимаю, откуда она это знает, – мотнула головой девушка.
– Но ведь знает!
– И что, если знает?
– Значит, ты уже с ней договорилась, что у нее работать будешь. Убьешь Иру и будешь работать у Маши.
– Не договаривалась я с ней. И не убивала никого. Честное слово, не убивала!
– А дорого твое слово стоит?
– Ну вот, правильно Машка говорила, если проститутка, то не человек! А если не человек, то и убийство повесить можно, да?
– Так все-таки это убийство было?
– Не было убийства. Не было!
– Значит, Ира сама себе укол сделала?
– Сама!
– Но перед этим ей Маша звонила.
– Звонила.
– Ты слышала, о чем они говорили?
– Нет, я уже спала в это время. Утром проснулась, пошла в туалет, смотрю, а Ирка лежит…
– И ты Маше звонить стала?
– Так вышло.
– Очень подозрительно у тебя все вышло. Очень подозрительно.
– Я понимаю, – вздохнула Рита. – Надо было милицию вызвать. Но я так испугалась…
– И сейчас боишься. И правильно делаешь, что боишься. Закроют тебя лет на десять за убийство, будешь знать, как убегать.
– Но я же не убивала, – страдальчески смотрела на Шульгина девушка.
– Почему ты думаешь, что я тебе поверю? Ты на каждом шагу врешь, а я должен тебе верить?
– Не вру я, правду говорю.
– Откуда ты?
– Из Полтавы.
– В Москву когда приехала?
– Ну, два года назад…
– А Ира откуда? – спросил Шульгин, хотя сам знал ответ на этот вопрос.
– Из Курска.
– А на панели она давно?
– Ну, я не знаю. Давно уже, лет шесть-семь… Мне девятнадцать, а ей уже двадцать шесть…
– С Ирой как познакомилась?
– Да как познакомились, – замялась Рита. – Нестыковка у нас вышла. Она же в доме работала, а там обслуживание на месте. Мужик один с ней попробовал, ну, заказал ее, а ему сказали, что девушки по адресам не работают. Сказали, а сами Ирку привезли. Ну, а мужик уже меня заказал… Ну, денег у него много, он от Ирки отказываться не стал. Ну и я осталась. А у него сауна с бильярдом. Он через два часа в березу надрался, а мы ели, пили, в бильярд играли… В общем, хорошо отдохнули. Ну, я ей телефон свой дала, она мне позвонила…
– Про Машу она тебе рассказывала?
– Ну да, работали они вместе.
– Когда?
– Ну, Ирка уже вовсю работала, когда Машка появилась. Они сначала в эскорте работали, в апартаментах принимали, ну, как получится. А потом у них дом появился, они там бордель открыли…
– Сами открыли?
– Да нет, спонсор у них серьезный появился. Машка там главной стала, а Ирка на вторых ролях осталась.
– Почему же такая несправедливость?
– Так это, Машка главной подругой спонсорши была.
– Спонсорши?
– Ну да. У них там в компании девчонка одна была, с ними работала, так она замуж за очень богатого мужика вышла. Ну, деньги у нее там появились, она их в строительство дома вложила…
– Там не деньги, там деньжищи… А что за девчонка?
– Ну, я не знаю, я ее не видела.
– И про эту девчонку что, не рассказывала? Как ее зовут, говорила?
– Альбина ее зовут.
– А Машу она как называла?
– Машей.
– А Снежаной не называла?
– Ну да, у нее псевдоним Снежана, у них там принято…