Чтение онлайн

Встав с кровати и поправив перекрутившуюся после беспокойного сна сорочку, подошла к столу, провела пальцами по матовому черному корпусу. Открыв крышку, нажала кнопку загрузки. Процессор довольно заурчал, включаясь в работу.

Походу, ноут настроили по полной программе. На рабочем столе высветились значки браузеров, проигрывателей, иконки нескольких стриминговых сервисов. Нашлись даже папки с книгами, музыкой и фильмами. Мило.

Только кто принес сюда компьютер? Валя? Или Стас? А если Стас сюда заходил то… Неужели? Вся буквально начинаю полыхать, стоит лишь подумать о том, сон на самом деле был реальностью?

Да нет, бред! Не может такого быть! Если бы он заявился и начал меня так ласкать, я бы проснулась сразу. Надо быть вкрай обдолбанной колесами, чтобы не почувствовать как тебя имеют. Так что если Стас и принес комп, то сразу и вышел.

Резкая мелодия звонка заставила меня вздрогнуть. И неудивительно. Мало того, что рингтон был слишком резким, так еще и звонка не ждала. А учитывая, что звонить мне мог только Стас… В общем, моя дёрганность была вполне оправданной.

Взяв в руку телефон, смотрела на него как на ядовитую змею. Нажимать кнопку «принять» не хотелось. Как и разговаривать с Горецким. Но и не отвечать было боязно.

Кстати, удивилась, что он записал себя в книгу контактов просто как «Стас». Я скорее ожидала увидеть надпись «Хозяин». Впрочем, радует, что мужчина до такого не опустился.

Решив не искушать судьбу, я все же ответила на вызов и поднесла телефон к уху.

— Да? — спросила осторожно и затаила дыхание. Надеялась, что он звонит просто так и я не успела нигде провиниться.

— Доброе утро, Юлиана, — мужчина говорил мягко, спокойно, можно сказать расслабленно. И я смогла хоть немного перевести дух. — Давно встала?

— Только сейчас.

— Компьютер видела?

— Да, — облизнула губы, радуясь, что мужчина не может сейчас видеть, как я нервничаю.

— Он теперь твой. Не только на время контракта, а вообще. Там тебе установили все основные программы, накачали книг, фильмов и прочей лабуды. Развлекайся.

— Я видела, спасибо. — поблагодарила чисто машинально. Разумеется, мне и даром этот лэптоп не сдался. Когда уеду, оставлю все эти подачки здесь.

— В верхнем ящике стола лежит конверт. Там твоя зарплата за отработанные в июне недели в клубе. Плюс, скажем так, выходное пособие. Надеюсь, тебе понятно, что в клубе ты больше не работаешь? По крайней мере, этим летом.

— Ясно, — поджала губы, подавляя раздражение и разочарование. С этими всеми событиями про свою работу я и забыла. А терять такое место не хотелось. Интересно, что Горецкий наплел моему начальству? И примут ли меня обратно, после того как я освобожусь от этого трижды проклятого контракта.

— Что-то еще? — в последний момент прикусила язык, чтобы не сказануть лишнего. Того, что Стасу не понравится. Не нарываться, главное — не нарываться.

— После обеда тебя отвезут в общежитие. Реши свои вопросы с комендантом, собери все что нужно и возвращайся. Мои парни тебя сопроводят, так что не советую делать глупости. Пожалеешь.

— Я все поняла еще с первого раза.

— Вот и умница, — добродушно хмыкнул мужчина в ответ на всплеск моего раздражения. — Быстро учишься. Я буду дома к десяти. Жди меня в кабинете. Что надеть — выбирай сама. Белье можешь не надевать.

Вот и весь разговор. Отдав приказы, Стас просто отключился. Даже не попрощался. Хотя чему я удивляюсь? Сама же сказала вчера Вале, что у нас с ним не те отношения чтобы ругаться, мириться, обмениваться любезностями.

У нас все проще. Он отдает приказы — я их выполняю. Говорит, что хочет меня трахнуть — я послушно раздвигаю ноги. Строго очерченные рамки, в которых я оказалась заперта поневоле.

Но я выдержу, обязательно выдержу. А всем этим сволочам пусть прилетит такой бумеранг, чтобы мало не показалось.

Слабое утешение, не так ли? Но другого у меня нет. А так есть хоть за что цепляться.

Открыв ящик стола, обнаружила большой, туго набитый наличкой конверт. То, что деньги были переданы налом, а не переведены на карточку, меня не насторожило. Такое иногда случалось. Открыла конверт, пересчитала деньги. Присвистнула. С чего это такая щедрость от Манилова?

Манилов был доверенным лицом Золотова и в клубе у нас был за главного. Вопросы зарплат тоже регулировал он. И нет, он платил более чем справедливо, но такую сумму бы не заплатил никогда. Столько денег я могла получить за полгода работы в обычном графике.

Видимо, Стас выбил. Не знаю уж как именно, но стало неприятно. Первым порывом было отказаться от лишнего, но благоразумие победило. В конце концов, я пахала почти целый месяц. И еще два не смогу выходить на работу. А может, и больше, если обратно в Твинкс меня не примут. Так что эти деньги не лишние. Это всего лишь компенсация за потерю работы. И возвращать я их не буду. Стас лучше думать обо мне все равно не станет, а я окажусь без средств к существованию.

Так что придется в очередной раз наступить своей гордости на горло.

Запихнув конверт обратно в стол и закрыв ящик, уныло поплелась в ванную. Там, сняв сорочку, минут пять рассматривала себя в зеркало. Грудь, бока и бедра были покрыты мелкими синяками, оставленными пальцами Стаса. Дополняли картину чуть побледневшие засосы на шее.

М-да. Пометил так пометил, называется. От души. А самое обидное, что ему-то наплевать на все, но мне в таком виде на улицу выходить придется. И охранники его пялиться будут, и все окружающие. И ведь даже шарфика нет, чтобы шею прикрыть. Проклятье. Придется спасаться тональником.

Наскоро позавтракав, натянула на себя длинный сарафан на тонких бретелях, тщательно замазала самые видные засосы и спустилась вниз.

В холле стоял тот самый Колян, который запихивал меня в джип и чуть не расквасил в кровь лицо. Косая сажень в плечах, рост под сто девяносто, кабанья рожа с носом-картофелиной. Жуткая татуировка на всю руку. Там были выбиты и змеи, и черепа, и кресты. В общем, нечто омерзительное.

И этот тип стоял и смотрел на меня таким масляным взглядом, что меня начало подташнивать. Хотя, чего я ожидала. Он прекрасно знал, что делал со мной в кабинете его хозяин. Более того, все слышал.

Какой кошмар. Прилагаю все усилия, чтобы не показать свое смущение. Смотрю не в лицо этого амбала, а куда-то поверх его плеча. Благо, разница в росте этому способствует.

— Пошли, цыпа, — гогочет он. — Отвезу тебя в твою халупу. Глупостей делать не советую. Скрутить тебя я смогу одной левой и беречь твое личико не собираюсь. Приложу так, что мама родная не узнает. Хозяину скажу, что сама упала, когда сбежать пыталась. Усекла?

— Усекла, — поежившись, пошла к выходу, а этот свинорылый подонок шел следом, пялясь на мою задницу.