Пороховой маг. Повести и рассказы
Шрифт:
– Я направлялась в Адопест, – объяснила Эрика. – Дедушка хотел посадить меня на корабль в Норпорте, но гавань закрыли, и... – Она замолчала, увидев странное выражение на материнском лице.
– Мы знаем, дорогая. Доминик нам рассказал. Он рассказал нам все.
– Все?
Конечно, он рассказал. Доминик не стал бы им лгать.
Она ждала от родителей ответа и пыталась придумать какое-нибудь объяснение. Они переглянулись, отец подошел к двери. Открыл ее, осмотрел коридор, вернулся и кивнул матери.
– Девочка в безопасности, – сказала мать.
– Норрин.
– Да. Норрин в безопасности. Я знаю дома для таких детей в Адопесте. Кезанские охотники на магов ее не достанут.
Отец смотрел на Эрику с выражением, какое обычно приберегал для нагоняев Жаколе или Камениру. Однако он промолчал и дал матери знак продолжать.
– Мы приняли решение.
Эрика заерзала, все еще пытаясь разогнать туман в голове.
– Какое?
Ее оставят в Адопесте? Или отправят за границу? Они могут придумать что угодно, и отец явно не в восторге от того, что она натворила.
– Поскольку Сантиоль погибла, тебе нужен новый наставник.
– Так скоро?
– Да, – ответил отец чересчур угрюмо.
Мать взглянула на него и продолжила:
– Мы решили, что для твоей же безопасности тебе нужно учиться пороховой магии.
– Это абсурд! – Эрика пожалела о своих словах, как только они сорвались с губ. – Я поклялась перед королем!
Клятву она нарушала много раз, экспериментируя с порохом.
– Мы будем соблюдать строжайшую секретность, – сказал отец.
– Ты только наполовину кезанка, – добавила мать, взглянув на отца. – И будешь держать слово на земле Кеза. Но здесь, в Адро, ты научишься управлять и пользоваться своей силой. Доминик рассказал, как ты победила главного охотника на магов. При правильном обучении ни один кезанец не будет представлять для тебя угрозу. А это пригодится, когда ты унаследуешь земли и титулы деда.
– Кто станет меня учить? – спросила Эрика. – Вряд ли кто-то известный. Даже здесь, в Адро, пороховые маги не слишком любят распространяться о своих способностях.
– Есть один человек. Он капитан адроанской армии. Из низов, но ты понимаешь, что такое армия. Чтобы подняться хотя бы до капитана, он должен быть весьма выдающимся.
– И кто он?
– Его зовут Тамас.
Тамас. Не это ли имя назвал капитан стражи?
– И он согласен меня учить?
Как он так быстро согласился? Если только родители не обдумывали это еще до приезда Эрики.
– Мы еще не спрашивали его, – сказал отец. – И мы не знаем, согласится ли он. У него сомнительная слава человека, который ненавидит аристократов.
Мать не выглядела слишком обеспокоенной.
– Ты сама его попросишь, – сказала она.
Чем больше Эрика думала об этой идее, тем больше она ей нравилась. Она помнила силу, что струилась в ее крови, когда она вдохнула порох, чтобы сражаться с Дагласом. Она знала, как порох обострил ее чувства и сделал быстрой. Насколько она понимала, пороховой маг способен на гораздо большее.
– Я отправлюсь в Адопест и встречусь с ним лично, – сказала она.
– Вообще-то он в Будвиле, – поправила мать. – Завтра ночью он будет на маскараде.
Эпилог
Норрин нравилась новая семья.
Ее отдали на воспитание фермеру к юго-западу от Адопеста. Старик настаивал, чтобы она называла его «папа», а его жена сразу начала учить Норрин адроанскому. У них было трое своих детей, но все выросли и уехали с фермы, и старикам, похоже, нравилась компания.
Норрин пробовала спрашивать про Эрику, но ни папа, ни его жена Мадия ничего не знали о ней и на все вопросы Норрин только качали головами.
Так прошла зима в Адро, и наступила ранняя весна. Папа и Мадия отпраздновали тринадцатый день рождения Норрин новой куклой и сладким печеньем. Она помогала на ферме и сблизилась с новой семьей, даже подружилась с двумя мальчишками с соседней фермы. Со временем она все меньше вспоминала о своем старом доме, хотя частенько желала, чтобы Филь все еще был жив и мог приехать к ней.
Однажды утром Мадия с торжественным выражением лица разбудила Норрин и велела одеться для похода в лес.
Папа отвез ее на несколько миль от фермы к краю огромного западного леса. Быки потащили телегу дальше, в глухую чащу, и Норрин заметила, что папа не насвистывает как обычно, когда управляет телегой.
Похолодало, и Норрин вспомнила, как бежала через леса северного Кеза до того, как Эрика ее спасла. Она сдержала порыв потереть ступни – на них еще оставались шрамы от того испытания – и поплотнее закуталась в куртку.
– Папа, – сказала она на ломаном адроанском. Мадия разговаривала на кезанском, но папа не знал ни слова. – Куда мы едем?
– Еще немножко, – тихо ответил тот.
Телега проехала поворот, и Норрин увидела заросшую травой поляну. Она уловила запах костра и увидела привязанную к дереву лошадь, на шее у которой висел мешок с сеном.
Папа остановил быков и с доброй улыбкой повернулся к Норрин.
– Не бойся.
«Чего?» – хотела спросить она. Но папа уже слезал с телеги. Он пересек дорогу и знаком позвал Норрин за собой. Мгновение она колебалась, испытывая те же тревогу и страх, что мучили ее во время побега от охотников на магов. Что происходит?
Рядом с костром стоял на коленях молодой офицер. Когда папа приблизился, он встал. Они пожали друг другу руки и обменялись несколькими словами. На мужчине была адроанская форма – темно-синяя с серебряным галуном и алым воротом. Он был выше папы, выше Сантиоль, и стройным, как молодая ива. Чисто выбритое лицо и идеальный пробор в черных волосах.
– Подойди, девочка, – сказал он по-адроански, резко и четко.
Норрин пересекла дорогу и подошла, готовая в любую секунду удрать. Кто этот человек? Чего он от нее хочет? Она потянулась вперед чутьем и почувствовала, что у него есть порох. Много патронов и полный пороховой рожок. Еще один висел на седле лошади. Пистолет на поясе заряжен, как и пристегнутый к седлу карабин.
Мужчина слегка приподнял уголок губ.
– Она не будет очень сильной, – проговорил он на адроанском. – Однако мне сказали, что у нее сильный характер. – Неожиданно он перешел на кезанский. – Девочка, ты знаешь мой язык или предпочитаешь, чтобы мы говорили на кезанском?
– На кезанском, – сказала Норрин.
Он кезанский шпион? Переодетый Гончий? Она напрягла мышцы, приготовившись бежать в лес. Можно поджечь порох, убить его и дать деру. Это ее единственный шанс.
– Значит, кезанский. – Взмахом руки мужчина отпустил папу, и тот развернулся к телеге.