Чтение онлайн

Когда в очередной раз двое молодых людей подошли к ним и попросили сфотографироваться с Йеннифэр, Бенджамин не на шутку напрягся. На фестивале царила непонятая ему братская атмосфера тотальной свободы. Везде сновали полуголые или просто ряженые молодые парни и девушки с табличками «free hugs». То тут, то там кто-то непременно тискался. О том, можно ли сфотографироваться, спрашивали единицы. Поэтому Бенджамин и так уже недовольно пыхтел, держа Розалию за талию очень близко к себе. Но когда один из парней уже притягивал девушку в свою сторону, Бенджамин вытащил из-за спины один из бутафорских мечей и приставил его к шее наглеца.

— Руки прочь, — тихо прорычал он. — Она моя!

Наглец поднял обе руки вверх, насмешливо извиняясь, и сразу ретировался.

Розалия молчала и даже отвернулась, чтобы скрыть свое удовольствие и веселье. Она собиралась сделать вид что ее это никак не коснулось, но молчать было сложно, и она решила ни в чем себе не отказывать.

— Что-то я не припомню, чтобы у тебя были какие-либо права на меня.

— Я напомню тебе о них сегодня вечером, — серьезно ответил Бенджамин, размахивая опущенным мечом перед собой.

— Неужели! Ты разве сделал звукоизоляцию в твоей спальне?.. — хихикнула Розалия.

— Моя мать на ночь пользуется берушами!

— Уволь! — Розалия махнула изящной рукой, затянутой кружевным манжетом. — Во времена своей юности я еще пробиралась в квартиры своих кавалеров, пока их родители сидели в гостиной или спали. Сейчас я стала старше…

— И, подозреваю, опытнее, — Бенджамин развернул к ней лицом и многозначительно приподнял брови. — Наделаешь меньше шума…

Розалия тоже посмотрела на него. Бенджамин был чертовски привлекателен. Для нее — всегда. А сегодня — особенно. Его отросшие волосы не были забраны по обыкновению назад. Розалия распустила их, и теперь они едва не касались плеч.

— Вряд ли у меня получится… — с наигранным беспокойством заключила она.

— Рози, — Бенджамин приблизил свое лицо вплотную к ее, — поехали прямо сейчас…

Он страстно ее поцеловал в толпе ряженых и просто гуляющих посетителей фестиваля.

Скоро они действительно уехали, но перед тем, как вернуться домой, заехали перекусить. Пара глотков вина из бокала Бенджамина вскоре сделал свое дело, и Розалия уже умоляла его остановиться где-нибудь в темном месте. Он же завез машину в гараж и там, промучавшись в тесноте минут пять, они оба решили прокрасться в дом. Бенджамин, закрывая дверь, задел дверную ручку мечом — в гостиной раздался звон. Розалия прыснула со смеха и зажала рот рукой Бенджамину, как будто это он, а не она смеялись в полной тишине.

— Рози…

Он убрал ее ладонь и поцеловал так, что она перестала веселиться. Впервые Розалия зарылась пальцами в его волосы и впервые почувствовала, как внутри что-то сжалось от осознания, что все это Бенджамин сделал для нее.

— Бен… пойдем же скорее наверх.

Утром Розалия снова совершала побег. Наскоро натянув платье чародейки, она разыскала ботинки и на этот раз совершенно бесшумно вышла из комнаты. Когда до двери оставалось не больше двух метров, со стороны кухни послышались легкие шаги и в гостиной появилась Джейн, свежая и улыбающаяся, с огромной чашкой в руках.

— Доброе утро, Роуз, — приветливо поздоровалась она. — У Бенджамина удобная кровать?

— Гораздо удобнее машины, — с невозмутимым лицом ответила Розалия. — Прошу прощения, что не смогу составить вам компанию за завтраком, но в мои планы не входило быть замеченной.

— Я тебя и не видела... — пожала плечами Джейн и отпила из чашки дымящийся напиток. — Хотя мне была бы приятна компания человека, который смог завладеть вниманием моего сына.

— Мне жаль разочаровывать вас, но я действительно тороплюсь. А мне еще надо выйти из образа беспринципной чародейки.

Розалия сделала несколько шагов к выходу, когда Джейн снова задала ей вопрос:

— Повеселились вчера?

В ответ Розалия лишь заговорщически улыбнулась и выскочила в темноту утра.

Даже с закрытыми глазами, еще находясь в полудреме, Бенджамин знал, что кровать его опустела. Он заснул с этой мыслью и проснулся в этой реальности. Слишком резко и неприятно. Он предпочел бы, чтобы Розалия спала рядом. Он предпочел бы, чтобы она поступила по-другому… Если бы осталась с ним или хотя бы разбудила. Они могли бы выйти вместе из дома, чтобы позавтракать до ее работы… Но Розалия просто уходила. И на нее нельзя было обижаться за это. Она была такая, и Бенджамин помнил, что она страдала, когда кто-то старался заставить ее измениться. Вот только он не знал, была ли она готова измениться сама ради кого-то.

Бенджамин еще некоторое время оставался в постели, не желая нарушать ощущение, что Розалия только что была здесь. Он снова провалился не то в легкий сон, не то в мысли о ней и о вчерашнем вечере. Она была невероятная! Нарядиться в костюм и принести его и ему тоже! Маринелле он бы отказал, но Рози — нет. С Рози даже самый безрассудный поступок приобретал важный смысл.

В душе он не мог не думать о ней обнаженной. Не смотря на то, что вчера вечером они были вместе, Бенджамин снова желал ее. Он любил, когда после она лежала на нем, словно кошка, вытянувшаяся на солнышке, или утыкалась ему лицом в шею. Он любил разговаривать с ней и держать ее в своих объятиях, задавать ей вопросы и узнавать о ней что-то новое. Когда она смеялась и закидывала голову назад, когда сердилась или раздражалась и зрачки ее расширялись, глаза становились размером с двухевровую монету. Бенджамин был влюблен в Розалию вспыльчивую и резкую, сильную, но ранимую. Он думал, что понимает ее и что с ним она успокаивается.

Внизу мать уже кружилась на кухне. Всегда занятая и погруженная в работу, ее редко можно было увидеть в образе хозяйки. Но сочельник и Рождество она любила, и в эти дни становилась совсем другим человеком.

— Доброе утро, Бен. Будешь завтракать? — спросила она и уже приготовила капсулу для кофемашины.

— Доброе утро, ма, — он подошел и поцеловал ее в щеку. — Завтракать буду.

Бенджамин огляделся, как будто искал Розалию. Джейн перехватила его взгляд.

— Она давно ушла, еще не рассвело, — подтвердила она то, что он и так знал.

— Что-нибудь сказала?

— Что твоя кровать гораздо удобнее машины!

— Хм… это похоже на Рози.

Мать тоже хмыкнула, хотя и совсем бесшумно.

— Где вы познакомились?

— Нас познакомил Луиджи. Сейчас она тренируется и работает в его школе.

— Отчаянная девочка! — Джейн приподняла брови и посмотрела на сына в ожидании ответного комментария.

— Хм…

— И по наличию твоих «хм» за последнюю минуту я могу сделать вывод, что она тебе нравится…

— Хм… — снова вырвалось у Бенджамина — Джейн отвернулась, чтобы он не увидел ее улыбку.

После завтрака он съездил на работу и забрал оттуда подарки для завтрашних гостей и для матери. Дав последние указания на первый рабочий день после праздников, он вышел из центра физиотерапии, но не поехал домой а решил прогуляться вдоль Тибра. Таких, как он, смельчаков, оказалось не много. Низкие свинцовые тучи и противная морось, которые напоминали ему скорее о Лондоне, чем о вечном городе, совсем его не смущали. И хотя погода совсем не отражала его настроения, все же доля недовольства и неудовлетаоренности, скребла где-то внутри.