Чтение онлайн

Князь не озаботился заглянуть вниз и убедиться, что нас перемололо в кашу, а Прокуратор, лишенный ног не мог никуда сойти со своего "рабочего" места. Задыхаясь от невыносимого смрада и обжигающего воздуха поднимающегося вверх от работающих механизмов, мы с трудом преодолевали последние метры на пути к лесенке на другой стороне колодца. Где-то над головой снова раздался голос Прокуратора. Значит, суд продолжается. Кого на этот раз судили, мне было совершенно безразлично. Опасаясь, что нас в любой момент заметит один из стоящих к нам спиной стражей, мы быстро стали спускаться вниз. За три метра от оглушительно громыхающих зубьев я увидел у дальней стены не забранный решеткой кровосток. Раздался быстро приближающийся многоголосый визг. Нас окатили фонтаны кровавых брызг. Скинутые вниз бедолаги погибли мгновенно, за секунду превратившись в мелкий фарш.

– Слушай, я больше не могу! Нужно передохнуть… – задыхался Хило, едва передвигая руками вдоль трубчатой конструкции, за которую мы оба держались.

– На том свете передохнешь! – сердито отрезал я, борясь с тошнотой. Из темной дыры несло таким запахом гнили, что аж глаза защипало. – Ох, блин! Дорого бы я дал за шлем. Ну, хоть за самый простенький противогаз или самый паршивый тройной одеколон "Колокольчик".

– Ты и в самом деле собрался туда скатиться? – выпучил глаза даймонец, кивнув на кровосток.

– А что нам остается? Здесь три пути. Обратно к Прокуратору. В мясорубку или в эту дыру. Ради спасения жизни можно и перетерпеть некоторые неудобства… боже! Что за вонь!

– А вдруг мы по нему соскользнем прямо в чей-нибудь прожорливый желудок?

– Тогда предложи свой план, умник! – рассердился я.

– У меня в скафандре почти полный источник энергии, – подмигнул Хило. – Смекаешь?

– Иногда в твоей пустой голове рождаются гениальные идеи! – обрадовался я, ощупывая свою батарею в специальном кармане на рукаве. – Хочешь соорудить бомбу?

– Давай сюда свою. Сейчас мы немного оживим этот гнилой суд.

Стоило нам отключить питание, как наши скафандры повисли на наших плечах неподъемным грузом. Экзоскелет был тяжелым довеском и нещадно тянул вниз, поэтому пришлось избавляться от его частей в экстремальных условиях. Ловко соединяя между собой контакты батарей, мы опасались ускорять процесс, и все это держась одной рукой в нескольких метрах от мясорубки. Одна малейшая ошибка и бурная атомная реакция мгновенно разнесет нас в пыль. Создание бомбы базировалось на разнополярных изотопах и нестабильности некоторых элементов. Соединенные меж собой батареи стали буквально на глазах краснеть от перегрева. И вот тут то главное не зевать и быстро избавиться от них в нужный момент. Когда две пластины раскалились добела, Хило разжал кулак и первым нырнул в зловонную дыру, а я следом за ним вовремя ухватившись за край трубы чтобы ненароком не скатиться вниз.

Самодельная бомба исчезла среди вертящихся механизмов, чтобы через миг все пространство сотряс мощнейший взрыв. Хило от ударной волны лишился опоры и с воплем исчез во тьме кровостока, в то время как мне удалось удержаться. Подброшенные взрывом горящие шестерни и куски зубцов, огненным фонтаном выплеснулись за пределы колодца. Весь этот стальной вихрь с чавкающим звуком прошлось ураганом по всем участникам судебного процесса, а самый большой и острый осколок пробил насквозь Прокуратора, крепко пригвоздив его тело к стене. Отразившись от покатого потолка, осколки поразили всех гвардейцев, скинув их в колодец. Прячась в укрытии от падающего сверху железного лома вперемешку с изодранными в лохмотья телами, я еще несколько минут потратил на ожидание. Потом стал с опаской взбираться по лесенке. Кое-где она была сильно повреждена. Приходилось, как следует поднапрячься, чтобы преодолевать такие участки. Перешагивая через окровавленные фрагменты тел, разбросанные по всему полу, я искренне наслаждался зрелищем истекающего кровью Прокуратора. Черная лужа зловонной крови под ним стремительно росла, словно в кубе было как минимум тысяча литров этой гадости. На меня бешено уставились алые глаза, пылая неописуемой ненавистью.

– Нужно было отпустить нас по-хорошему, – сказал я, выискивая взглядом среди металлолома фигуру украшенную благородными металлами и драгоценными камнями. Благородный потомок Хроноса лежал навзничь под тяжестью десятитонной шестерни. Придавленный неподъемным грузом, он безуспешно пытался скинуть ее с себя, но все тщетно. Я быстро выхватил у него из-за пояса серпообразные ножи и внимательно осмотрел светящийся узор на кромке лезвий.

– Это я оставлю себе как сувенир, – заявил я, любуясь их изогнутой формой, радужным сиянием темной стали и пульсирующими драгоценными камнями в рукояти. С ироничной улыбкой поинтересовался у князя. – Не возражаешь? Пусть это станет мне маленькой компенсацией за судебный балаган. Вы ребята конечно молодцы, такой спектакль устроили, что нашей судебной системе до вас далеко, да и мы не промах…

– Отдай! Они принадлежал моему роду! – глухо загудел расплющенный шлем.

– Успокойся, громила. Я сегодня добрый. Даже чересчур. Ты мне указываешь, где здесь выход, а я обещаю, освободить тебя от тяжести бремени. Договорились?

– Выход за статуей Разрушителя… – яростно выдохнул демон и снова напряг мышцы.

Обследовав отвратительную скульптуру с множеством щупалец растущих прямо из головы, я к величайшему своему разочарованию ничего за ней не обнаружил.

– Там ничего нет! Голимая стена!

– Надави на глаза Разрушителя и откроется выход.

– Еще вопрос. Куда ведут кровостоки на дне колодца?

– Они ведут к Пожирателям! А теперь освободи меня презренный раб и пади на колени!

– Извини, я немного покривил душой, когда обещал освободить.

– Мы заключили договор, проклятый клятвопреступник! – взбешенный гигант снова стал, бешено извиваться. – Ты обещал отпустить, если я покажу тебе выход!

– Верно, обещал отпустить. Но я имел в виду душу, а не тело. – С этими словами клинки вошли точно в узкое забрало шлема. Я чуть не оглох от рева боли. Заслонив лицо от жгучих искр, невольно отпрянул назад. Не дожидаясь пока демон сдохнет окутанный молниями, сделал все, как он сказал и тут же оживился. Появившийся на месте статуи радужный портал обдал кожу горячим дыханием. Держа клинки перед собой, я смело шагнул сквозь сетку разрядов.

Когда зрение вернулось ко мне, я мгновенно метнулся в тень титанических колонн. Стоявшие ко мне спиной в проеме распахнутых настежь ворот стражи напряженно смотрели на ослепительное сияние над вершинами скал. Я тоже невольно залюбовался этим зрелищем. Два солнца на время высветили всю горную долину, пока не скрылись за краем все еще трансформирующейся планеты. Компьютерное моделирование еще на шатле указало на истинные формы планетоида. Когда он раскроется окончательно, то станет, скорее всего, похож на раскрывшуюся морскую звезду. Это со стороны, наверное, будет великолепным зрелищем.

Незаметно подобравшись к неподвижным фигурам, я, что есть силы, вогнал им клинки в щели доспехов на стыке шлемов и панцирей. Громовой рев перерос в оглушительное верещание, закончившееся только тогда, когда обе фигуры почернели и превратились у моих ног в груду угля. Их доспехи пустыми оболочками упали на гладкий пол в облаке пепла. Содрогнувшись от мощи своего нового оружия, я стал спускаться по ступеням к подножию горы. Оглянувшись на высокие пики с виду безжизненных башен, сделал два важных открытия. Я находился в другом бастионе, зато командный модуль планетоида заметно приблизился. Если доверять глазам он находился в каких-то десяти или двадцати километрах. На секунду у меня появилось желание попробовать поискать Хило, но эту мысль я откинул как непрактичную. Если он свалился в место, из которого существует выход, он выберется и сам. А если прямо в пасть какой-нибудь местной мерзости, то ему уже ничем не поможешь. В глубине души я так до конца и не простил ему переход в стан врага. Если он с такой легкостью предает друзей и врагов, ему ничего не стоит снова предать ради спасения собственной жизни. Будь верен одной стороне и умри с достоинством, не запятнав чести грязным предательством – таковы мои убеждения. На свете есть много разных вещей неподдающихся лечению временем. Предательство из той же оперы.

Станция кванторов осталась далеко позади. Лишь далекий силуэт огромного штопора ввинченного в горизонт еще напоминал о его присутствии в этом странном месте. Не знаю, чем закончилась битва между моими людьми и кванторами, но станция заметно накренилась, а потом и вовсе стала медленно подниматься вверх. Сверкая во тьме, словно новогодняя елка тысячами бортовых огней и иллюминаторов, она медленно отрывалась от поверхности планетоида. Значит, причальный луч все же удалось отключить. Хорошая новость. Однако игра не окончена. Осталась последняя проблема на пути к цели – Сайрус. Он все еще жив, я откуда-то знал об этом и пока не увижу его мертвым – не успокоюсь.