Чтение онлайн

Поднимаясь по скалам из острого, словно обсидиан камня, я решил, что перед дальнейшим восхождением неплохо бы подкрепиться, так сказать, для поднятия настроения. Но как это организовать? Ножи дедрического князя не годились для охоты, а снующих повсюду животных похожих на горных козлов без шерсти с тремя парами кривых рогов, так просто не поймать. Пришлось делать примитивное копье из кривой ветки с черного дерева с длинным шипом на конце. Так же я соорудил себе примитивный кистень из пистолетного ремня и найденного отколотого от скалы осколка. В козлоподобную тварь удалось попасть с первой попытки. Добив животное копьем, я стал решать, как развести огонь. Ответ нашелся сам собой. Я как раз подумывал разделать тушу ножами и невзначай черканул лезвиями друг об друга. Мгновенно во все стороны прыснули яркие искры и короткие конусы молний. Уже через пять минут рядом со мной весело потрескивал небольшой костер. Я подпитывал его сухими растениями и старыми костями, найденными чуть выше по склону горы у небольшой пещерки. Вкус у мяса оказался отвратительный – горьковато-кислый. Кое-как протолкнув в себя несколько жареных кусков, завернул остальное с собой в дорогу. Без скафандра я чувствовал себя очень неуютно и беззащитно. Полевой комбинезон, который я носил под ним, годился разве что для корабля, но никак не для этого места. Чтобы хоть как-то утеплить одежду и не замерзнуть, я стал собирать сухие растения похожие на мох и набивать их горстями себе под одежду. Поборов брезгливость, опустил руки в каменную выемку под костром, куда стекал с мяса жир. Стал быстро покрывать им открытые участки кожи не защищенные одеждой. Непостоянная погода вынудила меня соорудить себе из шкуры животного нечто вроде примитивного пончо. Единственная оставшаяся у меня вещь экипировки не нуждавшаяся в замене были мои армейские ботинки. У них не было шипов, зато была отличная сцепка каучуковой подошвы с гладкими камнями. Обряженный в окровавленную шкуру, почерневшие от копоти штаны и с копьем в руке я со стороны представлял еще то зрелище. До вершины горы оставалось меньше ста метров. Это расстояние я преодолел лишь за час, после чего начал не менее утомительный спуск в долину. С вершины открывался хороший обзор на Командный модуль. Далеко внизу виднелись маленькие фигурки существ защищенные мерцающими энергополями. Это был Сайрус с остатками своего воинства. Они опережали меня на несколько часов. А тут еще так некстати стал формироваться густой туман, а над головой засверкали электрические разряды как во время грозы. Это было, мягко говоря, необычным явлением учитывая природу этого места. От многокилометрового в диаметре титанического шара во все стороны стали расходиться зловещего вида пульсирующие волны ядовито-зеленого света. Землю лихорадило, появилась реальная угроза камнепадов. Я как раз спускался по узкой колее в камнях, когда над головой раздался гул обвала. Спастись можно было только одним способом. Добравшись до неглубокой расселины укрытой прямо под нависающей скалой – я вжался в скальную выемку и целых десять минут пережидал каменный дождь из обломков разной величины. Местная порода кварца была тяжелой, плотной и очень острой. Даже мелкий осколок, с легкостью хирургического скальпеля мог располосовать беззащитную плоть до самых костей. Всего один удар по темечку и, скорее всего для меня все будет окончено. Сорвать с ненадежной опоры, мог и туман. К тому времени как закончился камнепад, молочной пеленой заволокло все пространство. Звезды над головой давали очень мало света. Видимость упала до трех метров. Это значило, что выбор маршрута для спуска стал отныне делом везения, чем здравого смысла и расчета. Спускаться вниз всегда сложнее, чем подниматься. Особенно когда у тебя нет страховки, и ты ни черта не видишь. Никогда прежде я не испытывал такого страха перед неизвестностью как в тот момент когда, зависнув над глубокой пропастью на одних лишь руках, перебирался на другую сторону, стараясь не смотреть в чернильную тьму.

Застыв на маленьком уступе, я даже перестал дышать, напряженно вглядываясь в молочную пелену. Прямо подо мной шевелилась что-то живое и огромное. Неясная масса похожая на амебу медленно колыхалась, словно гигантский пудинг. Налетевший ветерок немного рассеял туман, и я крепче вцепился в скалу. Бесформенная масса, состоящая из одних щупалец, жадно пожирала пойманного "козла" чье мясо мне так не понравилось на вкус. Оплетя трепыхающуюся тушу сотней осклизлых отростков, амеба медленно вгрызалось в толстую шкуру. До меня донеслось лишь урчание и жалобные вопли жертвы. Сжав от напряжения зубы и стараясь не шуметь, я медленно пополз дальше. Если хоть один камешек или звук меня выдадут, за мою жизнь никто не даст и ломаной копейки. Эта зверюга приспособлена передвигаться по вертикальным поверхностям, а длина ее щупальцев такова, что через пару метров я буду в пределах их досягаемости. Прилагая невероятные усилия, я все-таки миновал опасный участок и вздохнул лишь тогда, когда оставил тварь далеко позади. Впереди появилась едва заметная лавовая дорожка, а в тени нависающей скалы застыл в напряженном ожидании один из вердри-охотников. Меня он пока не видел, потому что стоял ко мне спиной и что-то внимательно разглядывал со скалы, поэтому не заметил, как я оказался позади него. Одной рукой я зажал ему рот, а другой выхватил из его ножен изогнутый костяной кинжал и ударил им под лопатку. Это, оказалось, сделать не так просто – все вердри имели твердые костяные шипы на теле. Я думал одного удара будет достаточно, но оказалось что анатомия дедра куда сложнее человеческой. Мне потребовалось всадить ему в спину клинок как минимум раз двадцать, прежде чем тело перестало вырываться и тихо осело на землю. Сила этого создания и его живучесть вызывали удивление. Лишь после этого я заметил на своих руках дюжину кровоточащих царапин.

Вытерев нож об одежду трупа, я оттащил его в тень скалы и приступил к осмотру.

– Ничего личного, – проворчал я вместо заупокойной и быстро стал обшаривать бездыханное тело. На мою удачу этот тип оказался ценной добычей. Теплые унты из шкур. Плотная куртка из кожи и широкий пояс с небольшими карманами отлично дополнили мою экипировку. Охотник оказался зажиточный. При нем оказался целый арсенал из металлических дротиков, коротких ножей и телескопическое копье с острейшим шестигранным наконечником. Копье было около сорока сантиметров. Зато если нажать на кристалл в центре оно выдвигалось на метр. У покойника в сумке нашелся даже сухой поек по вкусу напоминающий зачерствевшее печенье. Под действием слюны оно размягчалось и становилось мягким как влажное тесто. Лишь после этого его можно было безопасно есть, не опасаясь за сохранность своих зубов.

Товарищи убитого не заставили себя долго ждать. Едва я успел скинуть тело в пропасть, как почувствовал внезапное напряжение. Из тумана бесшумно появилась группа существ. Смешно задирая вверх скошенные носы и рогатые лбы, они словно принюхивались к чему-то. Вожак на том месте, где я прикончил охотника, медленно опустился на четвереньки и быстро лизнул почти уже свернувшуюся кровь. Ковыряя длинным когтем, следы на земле, он обеспокоено осмотрелся по сторонам. Все это время я прятался в расщелине тремя метрами выше тропы. Крепко сжимая в одной руке копье, а в другой изогнутый нож, я был готов в случае своего обнаружения дать достойный отпор. На узкой скальной тропинке количественное преимущество дедров не играло существенной роли и являлось скорее помехой. Но вожак не учуял меня, а может просто, не решился отвлекаться от выполнения своей первоочередной цели, так как увел отряд прочь от этого места вниз по тропе. Я осторожно направился следом за ними – справедливо рассудив, что кому-кому, а им точно ведомы пути в этом лабиринте. Бродить вслепую я больше не хотел.

Что бы не засветится, я двигался короткими перебежками между укрытиями, пригнувшись как можно ниже к земле. Иногда замирая на месте и наблюдая за местностью в надежде первым увидеть движение, я чуть не прозевал отряд, остановившийся на привал. Вокруг виднелись густые пучки растений похожие на чеснок, но высотой с человека и покрытые мхом древние машины неизвестного назначения. За одной из самых массивных – высотой с двухэтажный дом с огромными гусеницами и колесами – притаились наблюдатели охотников. Так вышло, что я находился по другую от них сторону и поэтому не сразу увидел их. Медленно двигая челюстями, вердри молча пожирали сырое мясо. Только когда один из них поднял с земли отрезанную руку своего соплеменника, я сообразил что набрел на другой отряд не связанный с тем, что я встретил в горах. Эти трое были значительно ниже ростом, коренастые, с грязными космами и сложным рисунком, выведенным кровью поверх бледной, бугристой кожи в шрамах. Эти особи являлись счастливыми обладателями луков из пожелтевших костей и жил. Вгрызаясь ножами в брюхо мертвого соплеменника, они временно отложили свое грозное метательное оружие в сторону, проявив удивительную беспечность. Этим просчетом грех было не воспользоваться.

Облизнув пересохшие губы, я с горящими глазами тихо чтобы меня не услышали, полез на крышу машины. Дав себе страшную клятву, во что бы то ни стало завладеть одним из этих луков, я позабыл про всякую осторожность. Держа в руках ножи, я медленно полз на животе по гладкой поверхности крыши – удивительно, но за пролетевшие тысячелетия металл оставался как новенький. Дедры не подозревая об уготованной им участи, неспешно продолжали трапезу. Я свалился им на головы в тот самый момент, когда между ними разгорелся спор за право сожрать оставшуюся ногу трупа. Всем весом упав на хрустнувшую спину взвывшего от боли главаря и постаравшись не задеть его шипы, ловко сломал ему шею, а вслед кинувшемуся бежать подручному изо всех сил метнул в спину телескопическое копье. Оно с легкостью пробило слой одежды, плоть и вылезло острым жалом из его груди в облаке кровавых брызг. Пробежав еще несколько шагов, вердри грузно опустился в траву и словно присел на минуту передохнуть – повис грудью на древке копья. Барахтающийся в траве третий воин прилагал немыслимые усилия, чтобы сбросить меня со своей спины. Держась окровавленными руками за его загривок, я схватил его пятерней за волосы, оттянул голову вверх, а к бледному, словно брюхо глубоководной рыбы горлу приставил острие ножа. Одно движение руки и из разреза на землю хлынул мощный поток крови. Резать глотки на войне мне приходилось и раньше, правда, очень давно. Обычно это лишь поначалу внушает ужас и отвращение, а потом не вызывает никаких эмоций. Наверное, это один из самых гуманных способом отправки врага на тот свет. Пуля, при всей своей эффективности попадая в тело, несла вместе с собой невыносимые страдания. Трудно представить себе ее действие, если ты ни разу не испытывал ранения. С ножом все намного проще. Чик. И кратковременная острая боль быстро сменяется сонной истомой, пока постепенно вытекающая кровь не убьет жертву гуманно и почти безболезненно.

Тщательно отерев лезвие об одежду трупа, я с брезгливостью отодвинул ногой останки их ужасного "ужина". При ближайшем осмотре выяснилось, что труп недоеденного бедолаги принадлежал не дедру, как я решил вначале, а беллатрианцу. Кровь еще не успела свернуться, что означало, что я очень близок к группе Сайруса. Для пробы, натянув тетиву трофейного лука, в целом остался доволен ценным трофеем. Выбрав в качестве мишени мертвеца с копьем в спине, я выбрал длинную стрелу с алым оперением и выстрелил навскидку, почти не целясь. Щелкнувшая тетива отправила стрелу в короткий полет. Миг и она скрылась где-то в тумане. Чертыхнувшись, я выхватил из колчана вторую стрелу. Сделав необходимую поправку на ветер, отправил ее вслед за первой. На этот раз она угодила точно в цель – в затылок трупа.

–"Так не пойдет", – подумал я. – "Целился в спину, а попал в затылок. Не дело".

Подивившись пробивной силе стрелы – она почти навылет пробила голову – с трудом высвободил из мертвого тела свое копье. Не теряя время даром, быстро углубился в непроходимые местные заросли, пока на меня никто не наткнулся. Глубокие следы магнитных подошв в мягком перегное, яснее слов указывали направление, куда ушли кванторы.

С высоты скал долина выглядела не такой большой, как мне казалось поначалу. На деле темные сумерки сменялись непроглядной тьмой ночи, а сверкающий мертвенными огнями командный модуль на горизонте не становился ближе. Небольшие рощи сменились непроходимым лесом и зловонными болотами, кишащими разными гадами. Защищаясь от местного зверья, где силой, а где бесславным бегством, я с молчаливым упрямством прорубал себе просеку сквозь густую растительность. В этом месте оказалось множество поселений и каких-то оборудованных сторожевыми вышками объектов обнесенных частоколом из обработанных бревен и камней. Обычно в роли религиозных монументов выступали уродливые статуи странных существ или оплывшие от времени шестигранные капища, куда местные приносили кровавые подношения. Я не стал бы к ним и близко подходить, если бы неожиданно для себя не увидел хорошо знакомую долговязую фигуру. Лишний раз, подивившись живучести Хило и невольно задумавшись о судьбе упорно сводящей меня с ним, решил, что оставлять в беде даже такого ненадежного друга и в половину не так жестоко как позволить дикарям его съесть. После этого у них как пить дать начнется сильнейшее расстройства желудка.

Двух охранников на берегу я снял классическим методом – переплыв под водой пруд, неожиданно для них стащил обоих сидящих ко мне спиной ротозеев и утащил под воду, где благополучно утопил. Третий страж отправился посмотреть, на причину всплеска и когда склонил свою отвратительную рогатую морду к пузырящейся воде, получил от меня из-под воды острием копья в незащищенное горло. Убедившись, что отсутствие стражей пока никого не взволновало и вообще, осталось полностью незамеченным, лишь после этого позволил себе тихо выбраться из воды на топкий берег. Покосившись на омерзительную ракообразную тварь, незаметно соскользнувшую из зарослей в воду, мрачно порадовался, что от трупов самое позднее чем через пол часа вообще ничего не останется. Почему тварь меня не тронула? Возможно, этот падальщик достаточно труслив или, скорее всего я просто далек от его пищевой цепочки.

Я так увлекся процедурой снятия часовых, что чуть не пропустил момент, когда бедного Хило собирались освежевать, вспоров брюхо изогнутыми серпами. Я не задумываясь, вскинул лук и выпустил стрелу, когда закутанный в черный плащ жрец, уже занес серп над даймонцем. Свистнувшая стрела отчего-то попала ему не в лоб, куда я так старательно целил, а в паховую область. Взревев от боли, словно лягушка-бык в течке, жрец согнулся пополам, в то время как его паства, прыснула врассыпную во все стороны. Единственные кто не поддался общей панике, были странные существа – четверо "кентавров" – помесь вердри и лошади. Не имея при себе ни оружия, ни одежды, они просто тупо топтались на месте, с удивительным спокойствием взирая на катающегося по грязной земле воющего от невыносимой боли жреца. Держа кентавров на прицеле лука, я подбежал к заметно оживившемуся при моем появлении Хило.

– Я знал что Высшие силы меня не оставили! – радостно выкрикнул Хило.

Четырьмя ударами ножа я распорол плотные лианы на его руках и ногах.

– Какого дьявола ты тут делаешь, Хило? Живо за мной! Отстанешь – возвращаться не стану!

– Я заблудился. Решил спуститься в долину… – на бегу объяснял Хило, с пыхтением взбираясь на бревенчатую стену следом за мной. – Погоди-ка,… а ты откуда здесь взялся?

Оказавшись по другую сторону стены, мы что есть духу, припустили вдоль берега в густые заросли. Закрывая лицо от шипастых лиан и острых веток, выкрикнул в ответ: