Чтение онлайн

Теплое солнышко, символ жизни и роста, часто является для Natrum muriaticum источником страданий, истощая и опустошая его.

Солнечные лучи, дающие миру тепло и энергию, не идут на пользу Natrum muriaticum («ухудшение от пребывания на солнце», Кент). Они плохо влияют на его кожу и глаза, а тепло солнца ухудшает общее самочувствие («чувство слабости», Геринг), вызывает головные боли (Lachesis, Pulsatilla). Символически и мифически Солнце связывают с энергией и эмоциями, и, определённо, его пульсирующая энергия поражает самые уязвимые места Natrum muriaticum, что выражается в слабости, чувстве жжения, истощении. «Солнце, давая высший стимул жизненной активности, предъявляет слишком большие требования к привыкшему быть изолированным Natrum muriaticum» (Уитмонт). Пациент чувствует себя лучше при переменной облачности. Некоторые даже предпочитают пасмурную погоду, особенно для занятий умственным трудом (не путать с улучшением Nux vomica и Causticum в сырую погоду). Целый ряд симптомов, в том числе умственное и общее состояние, улучшаются от холода (по этому признаку Богер поместил Natrum muriaticum на третье место после Lachesis и Gelsemium), а также от холодной воды (Берике).

Вместо бодрости и внутренней свежести Natrum muriaticum после пробуждения угрюм и не хочет начинать новый день («очень плохое настроение по утрам», Геринг, «восход не вызывает желания жить заново», Уитмонт). Он усталый и медлительный: ребенок не хочет идти в школу, а взрослый — на работу, хотя оба там получают удовольствие. У Natrum muriaticum могут быть утренние и дневные головные боли, усиливающиеся от 10 до 14 часов, когда солнце в зените, и ослабевающие только на закате. Вечером Natrum muriaticum восклицает: «Вот я и умудрился прожить ещё один день. Теперь можно отдохнуть до завтра». Симптом «на рассвете хуже, чем на закате» является характерным для патогенеза Natrum muriaticum (Medorrhinum). Однако, несмотря на вышесказанное, «усиление боязливых предчувствий к вечеру» (Ганеман) также характерно для этого типа, особенно при более травмированной психике.

Природные условия могут служить как повреждающими факторами, так и источником радости. Чувствительность Natrum muriaticum временами так высока, что даже легкое дуновение ветерка или накрапывание дождя, не говоря уже о внезапном попадании в холодную или соленую воду, может вызвать появление кожных высыпаний, таких как зудящая сыпь. Запахи цветов или другой растительности могут служить причиной аллергических проявлений (Phosphorus, Arsenicum album). В то же время, если пациент является садовником, любящим цветы, ему могут подойти Natrum muriaticum или Arsenicum album как конституциональные средства. Natrum muriaticum может испытывать чувство подавленности от грандиозности природы. В горах у него появляется головокружение — равновесие развито слабо и на высоте у него возникает ощущение неизбежности падения или же непреодолимое желание броситься вниз. На равнинах у Natrum muriaticum может развиваться клаустрофобия и чувство запертости. Он слишком интровертирован, чтобы адекватно откликнуться на окружающие необычные условия, не испытывая при этом паники (подобная черта отмечена в «Реперториуме» Кента под рубрикой «боязнь малых пространств»). Вид красивого озера может вызвать у Natrum muriaticum мысль о людях, которые в несчастье топятся. Океан, эта колыбель жизни, символически уходящая в прошлое, вызывает целый комплекс ощущений. Несмотря на то, что кто-то чувствует себя рядом с ним крошечным, пациент чаще скажет, что это его любимое место, хотя один из ключевых симптомов гласит: «ухудшение от морского воздуха и морского купания» (Ганеман). У моря появляется множество симптомов Natrum muriaticum: аллергия, астма, головные боли, запоры, плохое состояние кожи («герпес на языке после купания», Геринг), аменорея, выпадение волос, зуд глаз, ушей, влагалища (это характерно и для Arsenicum album и Sepia в противоположность Medorrhinum, которому «на море лучше», Кент). Тот же пациент может сказать: «Сам не знаю, почему провожу отпуск на море. Никогда не чувствую себя здесь хорошо, однако стремлюсь сюда, независимо от своего плохого самочувствия».

Все эти примеры приводят к основному свойству Natrum muriaticum — «страдание от того, что любишь больше всего». К примеру, у пациента появляется сыпь на шоколад или черешню, которые он обожает. Любители домашних животных приобретают аллергию на своих питомцев, после чего бывают вынуждены расстаться с собакой или прекратить езду на лошади. Некий Natrum muriaticum, читающий только одну газету, получил аллергию на её типографскую краску, проявившуюся в слезотечении, зуде ушей, онемении вокруг рта. Потребовалось длительное лечение, чтобы преодолеть эти неприятные явления. Бывает и так, что у человека развивается астматический приступ в присутствии горячо любимых им людей.

Красота в искусстве также может служить источником страданий для Natrum muriaticum. Поэзия, литература, кино — всё способно привести его как в хорошее, так и в мрачное расположение духа. Он страдает от свойства музыки вызывать грустные воспоминания или неудовлетворенные желания, которые он не хочет будить (Natrum carbonicum). Нельзя, однако, сказать, что эта душевная боль не имеет своей особой сладости — иногда Natrum muriaticum специально «слушает музыку, предаваясь горькой прелести оживления в памяти давних (или недавних) страданий» (Берике).

Выражение веселья является редкостью для Natrum muriaticum, который обладает серьезной натурой. Он часто уныл на различных веселых сборищах или семейных праздниках. Особенно неприятны для него рождественские каникулы. В то время, когда все радостны и довольны собой, он более обычного ощущает одиночество. Даже на вечеринке в небольшой приятной компании он чувствует свою изолированность от окружающих: слушает и наблюдает других, больше изображая теплое участие, чем на самом деле участвуя в дружеском общении. В любом обществе, более широком, чем узкий круг единомышленников, Natrum muriaticum «избегает компаний, так как предвидит, что может досадить окружающим», Ганеман). Это вызвано отчасти его интровертированностью, отчасти эгоизмом, которые ведут к нежеланию сливаться с группой. Таким образом, обратной стороной его искреннего желания оставаться незамеченным является выраженное стремление привлечь особое внимание окружающих. Natrum muriaticum не может понять, что отсутствие внимания к его персоне не является нападением, и может интерпретировать безразличие как нелюбовь или осуждение. У подобных типов отмечаются параноидные черты личности.

Вообще, счастье для Natrum muriaticum является преходящим, эфемерным чувством (по замечанию Аллена). «Как же оно может быть длительным, когда потери ожидают нас за каждым углом, а беды встречаются на каждом шагу? Счастье — это, в лучшем случае, временный отдых, кратковременный уход от суровой реальности». Natrum muriaticum может быть удовлетворённым собой, полным энтузиазма в работе или в общении с людьми, но оставаться при этом несчастливым. Человек никогда не испытывал чувства внезапного немотивированного счастья: «Для того, чтобы поддерживать счастливое состояние, надо постоянно работать», — говорит он. Это вызвано постоянными непрекращающимися мыслями о своих обязанностях и долге, которые мешают безоглядно отдаться радости.

Другим свойством Natrum muriaticum является склонность видеть только отрицательные стороны вещей (Sepia). Из целого дня, полного удачных событий и только одной неудачи, он запомнит именно последнюю.

Среди множества комплиментов он заметит одно (пусть даже мягкое) критическое замечание и сфокусирует своё внимание именно на нём («обида на каждое слово», Геринг). Если дела идут хорошо, он желает, чтобы они шли ещё лучше. Или же так занят своими переживаниями, что не видит других сторон жизни. Natrum muriaticum всегда ожидает худшего. Если, взглянув в окно, он увидит чудесное утро, то обязательно воскликнет: «Как жаль, что такая погода долго не продержится. После обеда, наверное, будет облачно». Если общение с кем-то протекает без малейших шероховатостей, он подумает: «Я знаю, что меня могут обмануть. В любом случае не уверен, что этот человек мне подходит, так что это, наверное, и к лучшему». Такая позиция обусловлена не столько пессимизмом, сколько предосторожностью от того, чтобы эмоции не повлияли на правильное решение. Он хочет заранее обеспечить защиту и быть готовым к любой неприятности. Здесь присутствует также элемент подозрительности, боязнь того, что каприз судьбы отнимет счастье, благополучие или независимость. Лечащиеся пациенты не будут замечать улучшения из опасения, что «лекарство перестанет действовать» (но это не скептицизм Lycopodium и не стремление к совершенствованию Arsenicum album).

Natrum muriaticum может даже временами улыбаться, но это есть не что иное, как мужественная попытка скрыть слезы. Ни у кого не бывает таких лучезарных улыбок, делающих обыкновенную женщину очень милой, а невзрачного мужчину обаятельным, как у Natrum muriaticum. Любая улыбка красит человека, однако такое «чудесное превращение» лица характерно именно для Natrum muriaticum. Бывает, что доктор, ощущая свою беспомощность перед очередным тяжелым запутанным случаем, рассеянно оглядывая окружающих пациентов и видя беззащитную, но прекрасную улыбку Natrum muriaticum, обретает уверенность в своих силах.

Но над всеми качествами Natrum muriaticum превалирует, конечно, романтическая любовь. Со всеми своими страданиями, разочарованиями и печалью, она задевает самые чувствительные струны души. Будучи очень ранимым в дружеских и семейных отношениях, Natrum muriaticum особенно уязвим в любви. Горе, которое он себе приносит, выражается в постоянном муссировании переживаний или же упорном возвращении к неразделенному чувству.

Natrum muriaticum может искать общества людей, в присутствии которых он страдает, — как порхающий мотылек, он стремится к пламени свечи, сгорая, но не имея сил удержаться. Молодые и симпатичные люди, у которых вся жизнь впереди, не могут объяснить своё упорное поддерживание отношений, приносящих им больше горя, нежели радости. «За пять лет, в течение которых я её знаю, единственным результатом стало то, что она сделала меня окончательно несчастным», — одно из типичных высказываний Natrum muriaticum. Требуется очень длительное лечение, прежде чем пациент научится рвать болезненные отношения или освобождаться от тяжелых воспоминаний. «Вы не перестаете любить, потому что она мучает Вас». Или: «Вы не можете забыть, потому что она Вас оставила». Или: «Как же я могу перестать любить его? Ведь он — часть меня и не может перестать быть ею, даже уходя».

Постоянно возвращаясь в памяти к печальным событиям и растравляя душевную рану, Natrum muriaticum не может похоронить прошлую боль (в «Реперториуме» Кента он стоит на первом месте в рубрике «навязчивые мучительные воспоминания»).

Даже в случае разделенной любви Natrum muriaticum может поставить себя в такие условия, которые сделают трагедию неизбежной. Он влюбляется, например, в замужнюю женщину или же в другую совершенно недоступную особу. Кент иллюстрирует это свойство характера примером любви знатной барышни к своему репетитору. Вероятнее всего, что за таким выбором стоит подсознательный страх любви. Ведь неосуществимая любовь зависит только от субъекта и не может исчезнуть, хотя и приносит страдания. Другие типы также испытывают безответные чувства, но Natrum muriaticum сильнее привязан к бесплодным томлениям и воспоминаниям, которые чаще становятся «навязчивыми прокручиваниями» причиненной когда-то боли, чем истинной любовью.