Чтение онлайн

Я мысленно представил себе, как я откидываюсь на спинку скамьи, чувствуя затылком нагретое дерево, и подзываю мальчишку с чайной тележкой.

«Дружок, налей побольше и похолоднее», — говорю я ему, и он немедленно достаёт из прохладной глубины тележки термос.

В здоровенный стеклянный стакан льётся настой пустынной розы. Я благодарю мальчишку, расплачиваюсь и оставляю щедрые чаевые. Он удаляется на пару десятков шагов, чтобы не мешать мне, и ожидает, пока я уйду и оставлю стакан на скамье. Я делаю первый глоток, прикрыв глаза от наслаждения, и слышу, как ко мне обращается моя подруга Сейши:

— Ройт, привет, а почему ты в зелёном?

Задумавшись, я оглядываю себя и вижу грязную ведьмачью одежду. Вокруг меня каменные стены подземного коридора, тускло освещаемые печатью.

Я в Норах с умирающим Золто.

Не до конца придя в себя, я почувствовал, что что-то держу в руке. Это оказался стеклянный стакан с настоем. От изумления я дёрнулся и едва не расплескал драгоценную влагу.

Я медленно отставил стакан на каменный пол пещеры и уставился на него с затаенным ужасом и восхищением. О таких способностях я даже в книжках не читал! Да и откуда бы у меня могли взяться способности? Хаотичку принял Золто, не я. Голова шла кругом. Не знаю, сколько времени я буравил взглядом стакан, думая, что он исчезнет, или оживет и убежит (вполне реалистичный вариант в Норах). Ничего подобного, однако, не случилось. Стакан оставался на месте, будто так и должно быть.

И всё же. Алые с соответствующими способностями могут, используя значительное количество эссенции, переносить других на огромное расстояние — как это и было проделано со мной на суде. Однако, я не слышал о том, чтобы кто-то из них мог забирать вещи издалека.

Да, в моей крови, наверное, с самого моего рождения всё же присутствует некоторое ничтожное количество великой эссенции. Я слышал о том, что некоторые Алые обладали зачаточными способностями ещё в раннем детстве. Например, дочь Старшего Необузданного Сураса — который влил в себя, наверное, целый данх хаотички — ещё в четыре года была способна заставлять двигаться небольшие обрывки ткани.

Впрочем, я точно ничем таким не обладал, мои родители внимательно следили за мной, как и я сам. Пропустить даже самую малую толику хаотических способностей у наследника в нашей семье было просто невозможно.

Стоп. Я нахмурился. Кое-что не сходилось помимо этого. Я только что был в Ван-Елдэре, и там наслаждался жарой, роскошное лето было в самом разгаре. А изгнали меня из родного города второй осенью.

Получается, я достал стакан — через время? Или из собственных воспоминаний? Осталось только разобраться, как я это сделал.

Меня переполняло предвкушение невероятных возможностей, которые передо мной открывались. Не в силах сидеть, я вскочил и исполнил диковинный танец.

Затем я аккуратно отпил четверть стакана и снова погрузился в сосредоточение.

***

Много времени спустя я, наконец, осознал, что больше ничего сверхъестественного у меня не выйдет. Возможно, я упускал какую-то существенную деталь. Возможно, стакан появился не благодаря мне, а какому-нибудь мимо пробегающему монстру, способному доставать вещи из прошлого рядом сидящих людей.

Во всяком случае, у меня не получалось решительно ничего, как я ни старался. Я сосредотачивал ум на Храме, дышал белым огнём, до одурения твердил «ан хран наран, ан хан наранан», представлял себе разные образы. Приходил в ужас от Нор, переживал за Золто, вспоминал славные деньки в Академии. Не сделал больше ни глотка из стакана, распаляя себя жаждой, но добился лишь пересохших губ.

Золто почернел и почти не дышал. Я несколько раз прикладывал ухо к его груди, вслушиваясь: его сердце билось — медленно, но ровно. Пожалуй, это было хорошим знаком. Мне представлялось, что Золто где-то там внутри своего черного кокона ходит неведомыми дорогами Хаоса и выбирает себе способность.

Я снова вернулся к размышлениям о том, что случилось со мной и стаканом, но ничего дельного придумать так и не смог. Я не ощущал в себе никаких изменений или новых сил, способных притягивать предметы из разных времен. А жаль.

В общем, ладно. Будем считать это случайной флуктуацией хаотических акциденций. Проще говоря — чудом.

Однако надо было решать, что делать дальше.

Каменный коридор давил на меня. Мне казалось, что я так давно нахожусь в тёмных подземельях, что скоро забуду, как выглядит солнечный свет. Может быть, уже забыл. Мне чудилось, что за чёрными стенами простирается бесконечный, беспредельный камень, и нигде нет никакого живого свежего мира с людьми, воздухом и свободой перемещений.

Тело начало коченеть, будто я тоже впадал в нигредо, усталость переполняла меня. Хотелось лечь, завернуться в шкуры и предаться глубокому сну, в надежде, что, пока я сплю, что-нибудь изменится в моём печальном положении. Тем более, что я уже давно не высыпался нормально. Разум тем не менее подсказывал мне, что спать в таком коридоре, когда на страже только окоченевший Золто, не стоит.

Подумав немного, я выпил всё, что оставалось в стакане. Достал спальные шкуры Золто и расстелил их на полу. Перевалил на них почернелого ведьмачьего сына, укутал и обмотал его верёвкой. Отрезал лямки у сумок, а сами сумки подпихнул в шкуры к Золто. Кое-как, с пятой попытки, связал лямки вместе и присоединил их к этому кокону. Наугад выбрал один из коридоров. Впрягся и потащил дурного, жадного до хаотички, лживого, эгоистичного, безнравственного, задиристого, трусливого товарища по полу вперёд, понося его последними словами. На груди фартук с плетением, нелепое копьё было потеряно где-то, во время нашего истеричного веселья.

Ладно. Я бывал во всяких странных ситуациях. Даже, например, на суде Хаоса, который бывает раз в тридцать, что ли, лет. Может быть, выход совсем близко. Шаг, ещё шаг. Тяжёлый придурок. От ощущения странной реальности — или от «стоячих ветров» вокруг — раскалывалась голова, я чувствовал себя сонным и пьяным.

Пол вроде шёл вниз под небольшим уклоном. Или мне так просто казалось. Плетение еле освещало несколько алдов коридора. Никаких монстров мне, к счастью, не попалось — понятия не имею, что бы я делал в случае встречи с ними.

Наверное, прошёл час, пока коридор не кончился, перейдя в очередной шестиугольный зал.

Я снял лямки и оставил Золто лежать, решив, что мне не помешает отдохнуть и осмотреться. Разминая плечи и шею, я прошелся по залу. Вокруг меня чернели шесть чётко обрамленных шестиугольных проёмов, точно такеи же, какие я видел и раньше. Я заглянул в каждый: два шли глубже вниз, два — наверх, два — считая тот, по которому я пришёл сюда, были будто бы горизонтальными.

Как же здесь было темно, всё-таки. И тихо. Уши будто заложило ватой. Я с усилием помассировал виски, сделал пару приседаний, попрыгал, разгоняя кровь и свои мысли. Пора было выбирать направление, и лучше было бы не ошибиться. Долго таскаться с тяжелым Золто мне не хотелось.

Я снова внимательно осмотрел входы в коридоры. Из одного, ведущего вниз, отчётливо тянуло сыростью. Из другого — чем-то вроде того запаха, которым пахнут чучела в зоологическом музее.

Коридоры, ведущие наверх, ничем не выделялись. Я щёлкнул языком, и сухое эхо от этого звука отдалось в потолке, в полу, а затем укатилось в коридоры. Больше звуков не было.

Священный город Ван-Елдэр, башня Хинн