Чтение онлайн

Уже не один час морские стихии не давали возможности перевести дух. Тучи сгущались все сильней, под их черными тенями день превратился в ночь. Лишь яркий отблеск молний давал возможность видеть и противостоять бедствию.

Волны все ближе подталкивали нас к кладбищу кораблей, которыми было усеяно все побережье. Пора было прибегнуть к дополнительным якорям, приготовленным специально для минования той же участи, что постигла тех несчастных, которые побывали здесь до нас.

Резкие броски якорей на разных кораблях то по левым, то по правым бортам хоть и причиняли немалый урон, но все же были эффективным способом оставить их на плаву.

Когда до острова оставалось небольшое расстояние, я приказал опустить якоря на всех кораблях одновременно. Цепи якорей громко зазвенели. Грохот от их натяжения заглушал бушевавший шторм. От падающих в воду якорей накатывали волны, и без того доходившие до шести метров высотой, бьющиеся о борта кораблей, и раскачивая их еще больше. От нагрузки фок и грот мачта начали ужасно скрипеть, клонящееся дерево жалостно стонало, еще немного и, не выдержав нагрузку, могли сломаться и упасть на ближайшие корабли.

Через время корабли были крепко зафиксированы. Их хоть и тянуло к берегу, но якоря не давали им сдвинуться с места. Теперь была возможность переждать бурю и высадиться на берег.

Проливной дождь не переставал идти вот уже день и ночь. Ветер не намеревался утихать. Цепи все также были натянуты под весом галеонов, которые нещадно тянуло к проклятым землям.

Находясь на носу корабля, укутанный в теплую накидку, я смотрел на этот мифический остров, описанный в стольких рукописях. История про него была страшней и кровавей предыдущей. И могу сказать, что он очень подходил под эти описания. Все мелководье, как описывал старик, было усеяно останками кораблей разных эпох. От мелких бригов и торговых судов до военных галеонов, на которых красовался герб моей империи. Часть из них уже трудно было назвать кораблями — лишь торчащие прогнившие доски, напоминавшие некогда о величии и размерах кораблей. Но некоторые были еще в превосходном состоянии, которые лишь по злому року этого острова сели на мель и не могли выйти в море. Очень гнетущая картина…

На второй день непрерывного дождя из-под серой мглы пробились лучи яркого солнца. Я был безумно рад, как и все люди, вымотанные и промокшие. Они радовались каждому прикосновению теплых лучей. Наконец Аквария и Виндор утихомирили свой гнев. Во мне горело желание высадиться на берег сию же минуту, как Фертус осветил нам путь. Но людям требовался отдых. И столь желанные земли все еще были недосягаемы.

Глава 2

— Спустить шлюпки на воду! Сразу пойдет тяжелая пехота, полностью вооруженная, без провизии. Основная ваша задача — защитить пляж от нападающих, пока следующее войско будет высаживаться.

— Демитэр, — обратился к капитану тяжелой пехоты, — проследи, чтобы потери были минимальны. И оцени силу противника.

— Да, император!

— Лучники, прикрывать пехоту, стреляйте по готовности! Не давать этим варварам ни шанса на прорыв к высаживающимся войскам!

Лодки едва успели коснуться белого песка побережья, как Демитэр уже командовал отрядами, становя их в боевые позиции. Выстроившись в три шеренги шириной по триста человек, они заняли оборонительную позицию в форме полумесяца, выдвинутый авангард и оттянутые фланги, солдаты, находящиеся по краям построения, были по колено в воде, предотвращая возможность зайти противнику с тыла. Еще сто человек стояло позади всех и подавало оружие или щиты, которые могли прийти в непригодность в бою.

Так как доспехи и оружие тяжелой пехоты были очень массивными и тяжелыми, долгий бой для одного был невозможен физически. Только Демитэр мог сражаться часами, не отвлекаясь на отдых. Он был отважным и очень сильным воином, его уважали и любили, признавая его исполинскую силу и мастерство владения тяжелый оружием. Записавшись в армию еще во времена жизни моего отца, будучи рядовым солдатом, он своим упорством прошел путь до командира.

Тяжелая пехота в основном использовалась для удержания позиции или защиты. Выстраиваясь в три шеренги, вплотную друг к другу, они могли менять переднего сражающегося воина и дать ему время на передышку. Такая позиция выматывала противника и не давала ему места для маневра. Тяжелая пехота так же была хорошо вооружена — от всевозможных молотов и топоров до двуручных мечей и огромных щитов.

Первый налет противника ударил в самый центр построения. Быстрые и резкие атаки дикарей не имели никакого эффекта. Оружие нападавших лишь слегка царапало тяжелые железные щиты. Имперские воины неустанно размахивали топорами и молотами, круша черепа и кости врагов. Кто-то умирал сразу, а кто-то — в ужасных мучениях и агонии от переломов и внутреннего кровотечения. Были слышны крики и стоны дикарей, лежавших на земле с переломанными костями, с пиками, торчащими из-под разодранной кожи и мяса. Тех, кому повезло меньше всего, втаптывали в землю их же соплеменники, или их накрывало телами убитых; они задыхались или захлебывались в их крови.

Лучники прекрасно справлялись со своими обязанностями, находясь на кораблях. Они закидывали врагов градом стрел. Те несли серьезные потери. Не намереваясь сдаваться, они безумно, как дикие животные, защищая свой дом, атаковали и атаковали, разбивая свои тщетные атаки о щиты тяжелой пехоты. Но вот, все же пришел конец их безумству, один из воинов дунул в свой рог, что впоследствии означало их отступление. Все, кто мог стоять на ногах или сидеть на животном, ушли прочь — в лес, оставив своих мертвых или еще полуживых соратников дожидаться своей участи.

Бой окончился, и отряд Демитэра мог пойти на заслуженный отдых. Тем временем, другие люди занялись переправкой снаряжения и припасов на берег, и обустройством лагеря для армии.

— Малек, отправь развед-отряды, пусть прочешут ближайший лес и берег на наличие еще отрядов!

Малек молча кивнул и пошел давать указания: «Трупы собрать и сжечь!»

— Тяжелая пехота, молодцы! Вы отдыхайте! Остальные, разделиться на отряды по сто человек и вырубить ближайший лес. Строим укрепленную крепость. Неизвестно, сколько времени мы будем на этих землях, и кто нас еще может ждать.

Неделю спустя

Лагерь уже набирал очертания: дозорные башни для лучников через каждые двадцать метров, стена шириной в полметра, что позволяла спокойно стоять человеку и нести свой дозор. Частокол с обратной стороны стены не позволял близко подойти противнику. Внутри лагеря уже вовсю горели костры и готовилась пойманная дичь. Солдаты травили байки и громко смеялись. Те, кто нес свою вахту, завистливо косились на них, а отдыхающие только подкалывали завистников кружкой эля. К тому времени как Фертус спрятал свой щит, лагерь был очень оживлен. Дозорные несли службы, а остальные кутили после долгого плаванья и постройки крепости.

Традиционно, вечером я созвал совет, на котором присутствовали командующие отрядов: Малек — командир ударного отряда и командующей армиями в мое отсутствие, Мефисто — командир токриотов, Демитэр — командир тяжелой пехоты, Сареф — командир лучников, Тифтон — командир легкой пехоты, Тристан — командир конницы и колесниц, а также старшие офицеры и их заместители.

— Ну что же… Наконец мы здесь. Мы укрепились, и, скажу, что нам не особо сложно было отбить берег у этих "легенд", — не скрывая иронию в голосе, сказал я, — а сейчас, Демитэр, так как ты был в самом эпицентре событий в последней битве, расскажи нам о противнике.