Чтение онлайн

Взору странника предстал один из этих величественных созданий. Белоснежный, как чистейший снег на вершине гор, яркими лиловыми глазами, по которым было видно всю мудрость и непокорность зверя. Широкие массивные лапы с такими же белыми длинными когтями. Ряд белоснежных острых зубов скалился в сторону странника. Волк все еще был настороже, хоть он и вышел из засады, но не утратил желания сразиться.

— Прими мою благодарность, о гордый правитель этих земель. Не знаю, поймешь ли ты мои слова, но сегодня мне предстоит убить и так много людей, их необязательная жертва и так ляжет на мои плечи. Их, возможно, невинная кровь, окропит мой клинок и оросит мои руки. И все же, их невинность лишь передо мной, а вина может быть перед другими людьми, или, может, даже перед вашим благородным родом. Этим я смогу оправдать свои действия. Но ты другой, ты хищник, это твоя природа и натура, в тебе нет жажды убийства ради удовольствия, в тебе нет жадности или тщеславия. Твоей убийство я не смогу себе оправдать, оно ляжет камнем мне на сердце. Потому прошу, дай мне смиренному возможность спокойно пройти. — И, как в подтверждение своих миролюбивых намерений, странник склонил низко голову перед зверем, показывая свое желание о мире.

Разум все больше было видно в глазах волка, а также некое здравомыслие и рассуждение. Его оскал сошел с морды, дыхание стало спокойным и ровным. Он лишь пристально смотрел на стоявшее напротив существо, обдумывая его слова и поведение. Все то время, что волк был неподвижен и думал какое решение принять, человек так же не поднимал головы. Лишь ветер пел свою песню, гуляя между веток и кустов, только снежинки падали в своем хаотичном танце, укрывая и без того высокие сугробы.

Наконец волк решил и для себя, что не хочет сражаться, он завыл не так протяжно и без злобы, привлекая внимания странника. Тот, в свою очередь, поднял голову и посмотрел в лиловые глаза. Увидев глаза человека, волк полностью уверовал в мирное настроение его. И, использовав пример странника, так же склонил голову и прикрыл глаза, как будто говоря: «Я принимаю твою просьбу, человек. Можешь проходить с миром, ни я, ни мои родичи не тронут тебя в этих лесах».

«Сказав» эти слова, волк в последний раз посмотрел на человека и, развернувшись, побежал прочь с этого места.

— Благодарю, благородный.

Еще раз поклонившись, человек продолжил свой неспешный уверенный шаг.

— Еще пара дней пути и я буду на месте. Можно было, конечно, и ближе переместиться. Но слишком уж красив этот лес, так приятны эти холодные дуновения и так чарующа песнь ветра. Слишком много проблем возникло в последнее время, и такая приятная одинокая прогулка лишь поможет мне смириться и подготовиться. Нужно забыть то, кем я был, или, может, я и был тем, кем становлюсь. Мне нужен был лишь толчок. Ведь через несколько дней я стану монстром, я уже не смогу сказать, что это был лишь дурман моей проклятой крови. Я осознано совершу то, что намереваюсь. Как бы отреагировали Малек, Мефисто и другие, зная обо всем? Если бы я объяснил причину своих поступков, приняли бы они их? Поняли меня или же стали ненавидеть? Мне страшно… Я боюсь того, в кого превращаюсь. Те путешествия в другие миры, время в которых течет гораздо быстрей, чем здесь. Ведь они не знают, пока у них прошло чуть более полу года. Я странствовал уже как триста лет. Как же бредово это звучит. Даже для меня, который сам себе это говорит. Триста лет скитаний изменят кого угодно. Все те жестокие сражения, через которые я прошел, всех тех людей которых встретил. Да я даже полюбил, я завел семью и воспитал дочь, которая умерла смертной на моих руках. Седой и морщинистой, но столь прекрасной и любимой в моих глазах. Как же жесток удел бессмертия… Лишь тогда я на время пожалел о том, что достиг вот этой силы. Но позже лишь больше устремил свой взор к поставленной цели. Сейчас я знаю к чему иду, чего желаю. И даже после стольких лет, стольких знакомств, новых лиц, любви и ребенка, я никогда не забывал этого мира, я никогда не забывал своих друзей, товарищей, отца, мать, сестру… Я никогда не забывал ту клятву крови с Блегсколом! Я всегда буду возвращаться, здесь мой дом, мои планы и цели.

Как друзья поведут себя узнав все то, что я узнал: об этом мире, о сущности Блегскола, о истине его силы и слов, о значении бессмертных и их влиянии на этот мир, и моих приключениях и о утерянной семье? И стоит ли им знать всю истину? Я сам не знаю ответа, но благо сейчас он мне не нужен. Лучше просто идти вперед, а время еще есть.

Погруженный в свои мысли, иногда говорящий сам с собой, странник продолжил свой путь по извилистым заснеженным тропам. Уверено и спокойно, без остановок для сна, отдыха или еды. Неустанно, шаг за шагом, преодолевал километры пути.

И вот через два дня, когда солнце уже доходило до своего зенита, он наконец увидел цель своего похода. Меж деревьев уже были видны стены небольшой деревни, покрытые слоем льда и снега. Из-за скудности ресурсов, практически все постройки были выполнены преимущественно из добытого в лесу дерева, но также имелись каменные возведения: центральное здание, кузница и склад продовольствия. Небольшая территория, огражденная деревянной стеной, могла вместить в себя не более двух-трех тысяч людей.

Главные ворота были полностью открыты, что удивило странника. В таком суровом месте нападения диких животных, или тех же лилейных волков, были постоянным явлением. Стражники и жители должны быть всегда на стороже и держать ворота закрытыми, открывать их лишь по необходимым причинам. К тому же, для охотников, дровосеков и патрульных были спроектированы специальные ворота поменьше, которые в эксплуатации требовали меньших затрат времени и сил.

Накинув капюшон и присев возле дерева неподалеку от врат, путник из любопытства начал наблюдать. Он хотел знать причину такого неожиданного действия со стороны ордена хаоса. Ответ не заставил себя долго ждать.

Не больше, чем через час, когда он начал наблюдение, к воротам начал подъезжать отряд всадников и пеших воинов. Закутанные в звериные шкуры, через мех которых под лучами солнца играли металлические пластины доспехов. Шум, крики и ругательства разносились по округе.

— Тащите эту зверюгу, мать вашу. Крепче держи, сука!

Громче всех кричал, по-видимому, капитан этого отряда, верхом на лошади браня и подгоняя своих подчинённых.

— Тварь то здоровенная! Сам бы попробовал силком тащить его, ублюдок! Еще и живьём.

— Нам нужно его сердце еще бьющееся, иначе нельзя. Слышал мастера алхимика?

— Та знаю, сука. Но перестань ты уже так орать! — Ответил кто-то из подчинённых.

«Видимо дисциплина и субординация это не то, что имеет для них какое-то значение» — подвел итог для себя странник. И продолжил смотреть, что же за зверя они тащили с такими усилиями, но в сердце он уже подозревал и опасался того, кто это может быть.

— Какая досада, мои подозрения оправдались, — тихим голосом промолвил странник.

Лилейный волк, скованный цепями и веревками, со множеством кровоточащих ран от мечей, копий и стрел, не имел возможности даже завыть, так как пасть его плотно связана толстой веревкой. Передние и задние лапы связаны вместе, лежа на боку, не имея возможности встать, его тащили, как мешок с мусором. Лишь лиловые глаза горели яростью, всепоглощающей ненавистью и злобой. Единственное его желание было разорвать всех своих противников в клочья, впить свои клыки и когти в плоть обидчиков, воздать им сторицей ту боль и позор, который ему причинили.

Странник не сразу понял, тот ли это волк, которого он повстречал пару дней назад. Но когда тот, учуяв его запах, посмотрел прямо на него, все сомнения рассыпались, как песок на ветру. Его взгляд был столь многословен. Он не просил о милостыни, он не просил о помощи. Ему нужна была смерть. Достоянная смерть в бою. Его не страшила кончина от меча или когтей, его принижало положение узника. Скованный, опозоренный, это было худшее из всех возможных наказаний для такого благородного существа.

Странник понял его желание, но выполнять его он не хотел. Он пришел сюда не за этим. Но и бездействовать он тоже не намеревался. Той же неспешной, уверенной походкой он вышел из укрытия, скинул капюшон с головы и направился в сторону зверя.

Будучи долгое время незамеченным, он подошел на расстояние десяти шагов от пленника, и лишь тогда услышал слова, адресованные в его сторону.

— Твою мать! А ты еще что за хрен с горы? — Кричал командир на лошади.

Не обращая никакого внимания на слова и того, кто к нему обращается, странник все так же шел к волку. Не оборачиваясь, не смотря по сторонам, его взгляд был прикован к лиловым глазам.

— Стой, сука! Какого ты творишь, падла? — Еще громче крикнул командир, из-за силы вопля его вены на шее и лбу начали вздыматься, и он потянулся к рукояти своего меча.

Но и сейчас странник был непроницаем. Ни еще больший крик, ни попытка достать меч не возымели никакого успеха. Его внимание так и не переключилось ни на что кроме этих лиловых глаз.

— Я не буду убивать тебя. Зачем нужна твоя смерть? Неужели ты предпочтешь смерть мести? Если я освобожу тебя, ты убьешь их? Лично я пришел за их жизнями, и если моя цель приобретет еще и помощь тебе в мести, я буду только этому рад, — спросил странник закованного зверя.