Чтение онлайн

В последующем Тристан, разделив свои войска на три отряда по пять тысяч человек, непрерывно нападал в любое удобное время суток на лагерь противника. С каждой атакой психологическое давление, страх и усталость прогрессировали. Люди были на пределе свои ментальных и физических сил. Казалось, Тристан может выиграть войну еще до возвращения в лагерь Марифет. К концу шестого дня их партизанской войны, потери противника насчитывали уже девяносто тысяч трупов. «Усталость, болезни, постоянные успешные атаки. Возможно, если встретить их всеми возможными войсками наших сил, мы сможешь разбить их за один удар» — смело размышлял Тристан.

Вероятно, его смелая мысль и могла бы быть исполнена, скорее всего даже велика вероятность такого исхода. Но прибытие одного единственного человека в лагерь хаоса поставило крест на всех планах мыслях и успехах генерала.

Черный туман, ознаменовавший прибытие нового действующего лица этой войны, для людей хаоса был благословением, а для отрядов империи — ужаснейшим проклятьем.

Глава 52

Западное побережье континента Акилос

Оранжевый небесный диск плавно плыл по голубому небу, как усталый путник с дороги шел домой, так солнце лениво скрывалось за горизонтом. Редкие белые облака мягкими объятьями пытались закрыть дневное светило. Ласковые, уже не столь палящие, как в полдень, лучи весело отблескивали и переливались от спокойной мерзкой глади. Встречный морской бриз ласково и трепетно развеивал длинные серебристые волосы девушки, которая, закутавшись в меховую накидку, прикрывала оголенное тело от порывов начинающего холодать ветра.

Ее молчаливый спутник расслабленно лежал у самого края высокого утеса, вместо ковра ему служила мягкая зеленная трава. Густая и душистая, она вбирала в себя всевозможную силу солнца и морского воздуха. Лилейный волк прилег поодаль от людей, так же умиротворенно наблюдая за плавно плывущими по небу птицами, под пробивающимися из-под облаков лучами уходящего солнца.

Сама девушка так же преобразилась, ее болезненная худоба ушла, бледность кожи приобрела здоровый румяный оттенок. Лишь взгляд остался все так же целеустремлен с непоколебимой волей. Правда, то ли под влиянием атмосферы, или же наконец наступившего блаженного покоя без ожидания очередного припадка, ее глаза излучали безмятежность, а сама она излучала ауру гармонии со всем миром.

Она и мечтать перестала о возможности насладиться этими обычными природными дарами. Мужчина, лежавший рядом с закрытыми глазами, обещал ей скорое спасение. Короткий миг и быстрый взгляд — этого хватило для того, чтобы поверить в новую возможность надежды. И пускай, может, не его руками, но он выполнил обещание. И сейчас она наконец свободна. Возможно, на краткий миг, но свободна.

— Почему именно это место? — Под дуновением ветра ее голос звучал столь мелодично и прекрасно, словно убаюкивающая песнь колыбельной.

— Это самое прекрасное место в этом мире, которое я знаю, — так же тихо, не открывая глаз, ответил мужчина.

Похоже, ее устроил этот ответ, и она не хотела продолжать разговор, а мужчина не хотел мешать ей наслаждаться спокойствием, провожать взглядом и ощущать кожей все то, чего она была лишена так много времени. Белоснежный волк, под воздействием впечатлений и усталости от тягостных путешествий, забылся в крепком сладком сне. Мужчина и женщина все так же не меняли позы до момента, как солнце едва коснулось края морской глади.

И как по некому плану, множество эфемерных существ воспарили над водой — неосязаемые, разных форм и размеров, они кружили и плясали под едва теплыми лучами, переплетаясь в диковинном танце, практически касаясь друг друга, они кружили друг напротив друга, заигрывая и ухаживая.

— Невероятно, — прикрыв рот руками, проговорила девушка, — как завораживающе.

Мужчина так же приподнялся и сел, выпрямив спину, решил полюбоваться этими призрачными танцами.

— Это место называют утёс падших душ. Каждый, кто погиб в морских глубинах, чьи души нашли покой на дне морском, приплывают сюда. Люди, звери, рыбы — каждый морской обитатель прилетает к утесу, чтобы сплясать на закате, — решил рассказать причину выбора места Райнар. — Прости, я подслушал твои слова о мечтании увидеть красоту мира. И единственное, что мне пришло в голову, это этот утес. Я надеюсь, он очарует тебя и немного исцелит твою душу.

Сдержанные слезы тихо и аккуратно скатывались по румяным щекам женщины. Наконец, через столько лет агонии, боли и терзания она смогла увидеть и прочувствовать то, чего так давно желала. Поддавшись эмоциям, они оперлась спиной о широкий торс воина, еще сильней укутавшись в свою накидку. Райнар, в свою очередь, приобнял ее одной рукой, крепче прижав к себе. Душевное умиротворение окутало двоих.

Вот так молчаливо, в объятьях друг друга они провели ночь вместе, наблюдая за уходящим солнцем за и встретив три бледные луны. Они любовались звездами и наслаждались шумом прибоя, поддаваясь страсти утешения, ласковым поцелуям и нежным касаниям. Необъяснимая сила тянула их друг другу.

Когда ночь лишь намеривалась уступить права утру, прозвучали первые слова из ненасытных алых уст Астории.

— Блегскол сказал мне, что ты предок его давнего друга, это правда?

— Нет. Я не его предок, сила создателей миров не передаться по крови. — Быстро ответил Райнар, все еще держа в объятьях девушку, которая, как котенок, лежала на его груди.

— Создатели миров? — Не понимая, о чем говорит тот, переспросила девушка.

— Раса существ, которая, как видно из названия, создает миры и все, что есть в этом мире. Она никогда не была многочисленной, за десять поколений может не появиться ни одного, — пустился в объяснения Райнар. — Блегскол и я принадлежим именно к ним. Этот мир, в котором мы сейчас находимся, это его детище, его основной мир прародитель.

— Это я уже знаю, — перебила мужчину девушка, — знаю о сердце мира и столпах, на которых держаться законы.

— Расскажи подробней о сердце и столпах, — попросил Райнар.

— Ты же создатель миров, как ты не можешь знать этого?

— В каждом мире, у каждого из нашей расы, разные законы и правила. Мы сами их творим и создаем. Правила этого мира мне знакомы лишь поверхностно.

— Понимаю. Хотя я не уверена, что мои знания будут полезны и обширнее чем твои, — сомневалась Астория.

— И все же, прошу тебя, — настоял Райнар.

— В этом мире, — поддавшись на просьбу, начала отвечать девушка, — насколько мне известно, есть шестнадцать столпов — законов мироздания. У каждого закона всегда должен быть сосуд, человек. Когда человека наделяют этим даром, он и приобретает бессмертие, ведь законы мира непоколебимы и вечны. Почему именно нужны эти сосуды, для чего нужны люди мне не ведомо, прости. Есть еще сердце мира — проводник между всеми столпами, связывающий их невидимыми нитями для гармонии и баланса, для существования мира в таком виде, как ты его знаешь. Как ты можешь знать, бессмертные наделенные силой закона, но их можно убить, им так же нужна еда и вода. Сосуд, сердце же, особенный, он не подвластен времени, ему не нужны все людские потребности, он живет до тех пор, пока живет мир.