Послание об образе жития и отчасти о жизни Пахомия и Феодора
Шрифт:
[Амаеис] же, пав к ногам Феодора, исповедовался в таком [своем внутреннем] расположении, обещал покаяться [81] и попросил Феодора молиться о нем.
Феодор сказал ему: «Да даст тебе Господь подлинно познать самого себя и, покаявшись, спастись. Ведь, как я вижу, твое сердце отступило от Бога. Впрочем, если ты хочешь, можешь вновь обратиться [к Нему]. Ибо Бог принимает [всех] тех, кто искренне обращается к Нему». И пролив обильные слезы, [Феодор] отпустил его.
81
Покаяние в данном случае, как весьма часто в Священном Писании и у отцов Церкви, употребляется в прямом смысле изменения ума, то есть в смысле полного внутреннего преображения человека; оно является следствием исповеди . В святоотеческой аскетике покаяние обычно считается необходимым условием спасения, предполагает смирение, сокрушение и твердую решимость воли человека, стремящегося к такому духовному преображению. См. Miquel P. «Lexique du d'esert. Etude de quelques mots-cl'es du vocabulaire monastique grec ancient». Abbaye de Bellefontaine, 1986. P.183–190. «Истинное покаяние не то, которое произносится лишь на словах, а то, которое утверждается делами и, исходя из самого сердца, истребляет скверну нечестия». — Иоанн Златоуст. «Беседы о покаянии», 7, 3. Из последующих слов преподобного Феодора видно, что покаяние связано еще и с истинным познанием самого себя, то есть с познанием, вероятно, и своего подлинного «я» (образа Божия), и той скверны греховной, которая толстым слоем покрыла это «я».
А Амаеис спустя четыре месяца удалился из монастыря и поступил на военную службу. [Затем] он долго болел водянкой и через год умер, исповедовав эти [грехи свои].
18. Однажды я вместе с Феодором и другими братиями отправился в монастырь тавеннисиотов, в котором Феодору было видение. Здесь, когда мы были в монастырском саду, расположенном около реки, к Феодору пришли примерно тридцать поселян и припали [к ногам] его. Отвергая [такую] честь, он заставил их встать. Все они плакали, а один из них стал просить Феодора, говоря: «Вчера вечером я отдал замуж пятнадцатилетнюю дочь мою. А сегодня, понужденная принять пищу, она поела и от рези в желудке лежит безмолвной. Всем видящим ее очевидно, что ей подложили яд в пищу или питие. А поскольку найденные здесь врачи приговорили ее [к смерти], мы просим тебя: возьми на себя труд, удостой посещением своим жилище мое и помолись о ней. Ведь мы знаем, что если ты призовешь Христа, то Он удостоит тебя благоволением и подарит дочь мою».
А так как Феодор не хотел идти в дом его, то рыдающим и умоляющим его [поселянам] он сказал: «Вы просите, чтобы я, прийдя в дом ваш, помолился о дочери вашей. Но Бог все объемлет и наполняет [вселенную], ведь Он не ограничивается местом [82] . Поэтому призовем Его здесь, и Он оживотворит вашу дочь, пребывающую там». И когда все другие внимали этому слову как залогу жизни для девушки, Феодор со всеми присутствующими вместе с ним монашествующими обратился к молитве. Трижды преклонив колена и ревностно умолив Бога, он прекратил [молитву] и сказал: «Бог даровал жизнь вашей дочери. Возвращайтесь домой с уверенностью».
82
См. Прем.1:7. Говоря о невозможности пространственного ограничения Бога и подчеркивая в то же время Его вездеприсутствие, преподобный Феодор кратко высказывает мысль, общераспространенную в святоотеческом богословии. Более пространно она излагается, например, в учении святителя Григория Нисского, см. Несмелов В. «Догматическая система святого Григория Нисского». Казань, 1887. С.157.
Тем не менее плач множества мужчин и женщин [еще] раздавался около монастыря (ибо ожидалось, что девушка вот — вот испустит дыхание). Тогда отец ее пришел с другого берега, неся серебряную кружку, наполненную водой. С рыданиями подал он ее Феодору и сказал: «Я — маловерный, а потому прошу тебя: призови хотя бы на воду эту имя Божие за дочь мою [83] . Ведь я верю, что, когда Бог услышит тебя, Он соделает эту воду спасительным лекарством для дочери моей». Феодор, взяв кружку, обратил взор свой к небу и, помолившись со слезами, осенил воду знамением Христовым [84] .
83
Значение имени Божиего высоко поставлялось в святоотеческой письменности; например, святитель Кирилл Иерусалимский замечает: «свято по естеству имя Божие». — Святитель Кирилл Архиепископ Иерусалимский. «Поучения огласительные и тайноводственные». М., 1991. С.336. Особое значение в борьбе против темных сил имело имя Господа Иисуса Христа, см., например, Св. Иустин Философ и Мученик. «Творения». С.179.
84
О силе и чудодейственности крестного знамения см. высказывание святителя Иоанна Златоуста: «Это знамение и в прежние, и в нынешние времена отверзало заключенные двери; оно отнимало силу у вредоносных веществ, делало недействительным яд; оно врачевало смертоносные угрызения зверей. Если оно отверзло врата адовы, отворило твердь небесную, вновь открыло вход в рай и сокрушило крепость диавола, то что удивительного, если оно побеждает силу ядовитых веществ, зверей и всего тому подобного?». — «Иже во святых отца нашего Иоанна Архиепископа Константина града Златоустого Избранные творения», «Толкование на святого Матфея Евангелиста», кн.2. М., 1993. С.559.
Затем отец девушки взял воду и вместе с толпой отправился в жилище свое. Спустя три или четыре часа он с немногими друзьями и родственниками вернулся, возвещая «великие дела Божии» (Деян.2:11), сотворенные с ним. Он сказал: «Моим сестрам удалось силой открыть на краткое время уста дочери и влить в них немного воды. Тотчас же с ней случился сильный понос и девушка выздоровела».
Некто Силуан — александриец, живущий в Вендидейоне [85] , [по убеждениям] арианин, а [по ремеслу] торговец камнями, был вместе с мужем [упомянутой] девушки и, будучи очевидцем великих дел Божиих, прославил Бога [86] .
85
Слово (Разночтение — ) обозначает, скорее всего, один из кварталов или районов Александрии.
86
Фраза предполагает обращение Силуана от арианской ереси в Православие.
19. После этого Феодор, взяв около ста двадцати монахов, отправился на один из островов реки собирать растение, называемое египтянами «фриа», из которого изготовляются рогожи [87] . Среди них был и [некий] Силуан Фиваидский — настоятель [дома] двадцати двух монахов — ткачей; вторствующим при нем был Макарий — старший брат святого Феодора, но только по матери, а не по отцу.
На девятый день один из монашествующих обнаружил, что некоторые из ушедших с Феодором монахов доставили на лодке Силуана, находящегося при последнем издыхании, к пристани на реке перед межевым знаком монастыря Вау (ибо мы были уже в этом монастыре). Выйдя навстречу ему, мы нашли монахов уже в пути, несущих на носилках Силуана, разбитого параличом, не способного ни слышать, ни говорить, — уже три дня находился он в таком состоянии.
87
Это растение (букв. «вещество», «кустарник» — ), именуемое , представляло какую-то разновидность тростника. А среди пахомиевских киновитов, постоянно трудившихся, особенно распространено было «выделывание рогож, и это не только было хорошим рукоделием для монахов, но и могло усилить денежные средства киновии». — Архимандрит Палладий. Указ. соч. С.69.
В течение других трех дней он продолжал оставаться так, не принимая ни пищи, ни пития, а Феодор Александриец, Пекуссий, Псарфий, Псентаисий, Елурион и Исидор — люди богоугодные — простирали руки к небу, со слезами умоляя Бога помиловать Силуана. И когда они еще молились, я услышал, как Силуан сказал: «Благословен Бог, наказавший меня [88] и помиловавший меня». И когда я также произнес громким голосом: «Благословен Бог», [старцы] завершили свою молитву. Затем Феодор с моей помощью покормил Силуана.
88
Ср. Пс.93:12. Слово предполагает воспитующее наказание Божие. Подобное представление в Священном Писании часто связывается с отеческой любовью Бога к человеку, см., например, Евр.12:6–8. «Следовательно, наказание полезно; следовательно, наказание доставляет святость. И конечно так. Ибо если оно истребляет леность, порочные желания, привязанность к предметам житейским, если оно сосредотачивает душу, если располагает ее презирать все здешнее, — а отсюда и происходит скорбь, — то не свято ли оно, не привлекает ли оно благодати Духа?». — «Святого отца нашего Иоанна, Архиепископа Константинопольского, Златоустого», «Беседы на Послание святого Апостола Павла к Евреям». СПб., 1859. С.459.
На рассвете Силуан созвал к себе всех находившихся в монастыре. Он сидел на ложе, я стоял рядом с ним, а Елурион повторял его слова громким голосом для собравшихся. [И Силуан] сказал: «Слушайте, как случилось это со мной. В четвертый день недели Феодор, пребывая на острове, поучал братий, окружавших его. Замолчав, он отступил от того места, на котором стоял, показал глазами на двух маленьких ехидн [у своих ног] и сказал: «Кто — нибудь убейте их. Когда я беседовал, они оказались около моих стоп. Чтобы не привести в смятение кого — либо из братий, я устроил им кров и сокрыл их под ногами своими» [89] .
89
Как отмечает Д. Гёринг, аналогичный эпизод передается в одной из коптских версий «Жития» преподобного Пахомия. Свидетельство об этом случае (более близкое к повествованию Аммона, чем коптское «Житие») представляет и Евагрий Понтийский, см. наш перевод: «Творения аввы Евагрия», «Аскетические и богословские трактаты». М, 1994. С.89.
После того, как ехидн убили, Феодор сказал, что явившийся ему Ангел изрек: «Некоторые из монашествующих, которые с тобой, не радеют о своем спасении». [Далее Феодор сказал]: «Он назвал мне имена некоторых из них. Относительно же одного [Ангел] сообщил и приговор Божий, повелевающий изгнать его из монастыря [90] . Этот монах живет в [обители] Вау».
Услышав это, я стал издеваться над Феодором в сердце своем, говоря [себе]: «Разве он не брат моего Макария? Разве не мать Макария родила и его? Откуда же в нем такое тщеславие? Макарий куда более смиренномудр, [чем он]». И некто в человеческом облике, [облаченный] в сияющее одеяние, предстал предо мною и с грозным видом сказал: «Неужели ты не стыдишься Бога, думая так о служителе Его?». Повергнутый в великий стыд, я почувствовал, что он словно ударил меня по лицу. Затем я уже не помнил, где я был и как оказался здесь до тех пор, пока Бог не исцелил меня».
90
Изгнание из монастыря являлось крайней дисциплинарной мерой в пахомиевской киновии, см. Архимандрит Палладий. Указ. соч. С.179.
Выслушав это, мы все прославили Бога.
20. Спустя несколько дней Феодор, вернувшись в монастырь, повелел братии собраться. Побеседовав с ними, он сказал, чтобы они подождали, когда он опять придет, а сам с двумя [из братий] пошел вокруг того дома, где монашествующие обычно трапезничали. [В это время] один молодой монах вышел из этого дома и [Феодор] увлек его в комнату со сводчатыми потолками, заставив рассказать о своих делах. Как объяснил [Феодор позднее], это был тот самый монах, на которого указал Ангел, повелев изгнать его из монастыря. Поскольку же он не хотел рассказывать [о грехах своих], то Феодор сам начал говорить о его первом [греховном] деянии и расспрашивать, не имел ли он кого — либо из монашествующих соучастником [91] в этом. Тот же, пав к ногам Феодора, стал просить его молчать о других его деяниях и отослать из монастыря. Взятый Феодором в собрание множества братий, он исповедовался [перед всеми], сказав, что Бог действительно открыл служителю Своему его прегрешения и что по справедливости велено изгнать его из монастыря.
91
Так, думается, лучше переводить в данном случае слово (букв. «свидетеля», но и «сочувствующего, сторонника» и «адвоката»).
Феодор, повелев удалить его [из обители], достаточно [долго] беседовал с братией. Затем ночью он ходил к каждому из монашествующих, обвиненных Ангелом. Описывая каждому, сколько он согрешил после святого крещения, Феодор приводил в замешательство каждого и обильными словами убеждал умилостивить Бога [искренним] покаянием [92] . Они же, осознав, сколь милостив к ним Бог, преисполнились рвения открыть перед всеми полностью душу свою. Однако Феодор удержал их, сказав, что большинство из братий не смогут вынести этого. Он еще присовокупил: [такая исповедь может] не только причинить вред младенчествующим во Христе [93] , но для самих из некоторых открыто объявляющих [о своих грехах] стать западней упреков со стороны еще не окрепших [во Христе]. Поэтому [Феодор повелел, что] каждый из них, открыв это святым мужам, окружающим Пекуссия и Псентаессия, должен попросить их усиленно молиться о нем перед Богом [94] .
92
В данном случае речь идет о тайной монашеской исповеди, которая практиковалась в пахомиевских обителях наряду с публичной исповедью. Как отмечает С. Смирнов, подобная тайная исповедь в древнем иночестве имела двоякие следствия — «не только врачевала грешную совесть, примиряя человека с самим собою, но и доставляла ему действительное прощение грехов, примиряя человека с Богом. Это можно видеть уже из тех терминов, которыми писатели-подвижники определяют саму исповедь, ее следствия и состояние грешника после нее — врачевание, исцеление, исправление, изглаждение, чистота, невинность». — Смирнов С. «Духовный отец в древней восточной Церкви (История духовничества на Востоке)», часть I (Период Вселенских соборов). Сергиев Посад, 1906. С.124.
93
Выражение, явно восходящее к святому апостолу Павлу и предполагающее духовную незрелость (см. 1 Кор.3:1; Еф.4:14; Рим.2:20), но не «младенчество на злое» (см. 1 Кор.14:20). В одном из своих наставлений, сохранившихся на коптском языке, преподобный Феодор, ссылаясь на 1 Кор.3:1–2, говорит, что пока мы пребываем в младенческом возрасте, Христос питает нас и соответствующей пищей; а когда мы начинаем возрастать и мужать «в возрождении», Он уже хочет кормить нас «пищей истины». См.: «Pachomian Koinonia», vol.III, «Instructions, Letter and other Writings of Saint Pachomius and His Disciples». Kalamazoo, 1982. P.118. Вероятно, для «младенчествующих» среди пахомиевских иноков грехи, которые собирались публично исповедовать обличенные монахи, могли бы стать большим соблазном.
94
Яркий пример пастырской и духовной мудрости преподобного Феодора. Под «святыми мужами, окружающими Пекуссия и Псентаессия» следует подразумевать, скорее всего, старцев, то есть опытных монахов, которым было вверено окормление новоначальных иноков. В древних общежительных монастырях существовала практика подобной исповеди старцам: «Каждый из подчиненных, если хочет оказать значительный успех и привести жизнь свою в состояние, согласное с заповедями Господа нашего Иисуса Христа, должен ни одного своего движения не оставлять в скрытности, ни одного слова не пропускать без испытания, но тайны сердечные обнажать пред теми из братий, кому поручено прилагать милосердое и сострадательное попечение о немощных». — «Творения иже во святых отца нашего Василия Великого Архиепископа Кесарии Каппадокийской», ч. V. М., 1991. С.132.