Чтение онлайн

— Что это у тебя? — спросил комиссар.

— Набор трубок. Мне его подарили.

— Я спрашиваю тебя не о ящике, а о синяке.

— Понимаете, меня приняли за какого-то насильника. Произошло странное недоразумение, и вот…

— Ну что ж, в таком случае поздравляю тебя с первой взяткой.

— Какой взяткой? Этот ящичек с трубками? Так ведь они мне от чистого… Постойте, господин Гутманис. Куда вы?

— К любовнику Лилии Буке.

— А что мне теперь делать?

— Хоть изредка думать головой, а сейчас засесть в кабинете и никому не показываться на глаза с этим синяком и ящиком.

— Может быть, и мне пойти с вами?

— Нет, вам лучше найти крахмала, намочить его и приложить к своему фингалу, пока он еще не посинел.

— А, полицейская ищейка! Зачем ты заявился сюда?

Соседняя дверь на лестничной площадке приоткрылась, и из-за нее показалось любопытствующее лицо.

— Впустите меня — или намерены разговаривать здесь? — спросил следователь Гутманис.

— Проходите, — сквозь зубы сказал мужчина и поплотнее запахнул халат.

Они прошли по темному коридору и попали в большую совершенно пустую комнату. Похоже, ее давно не убирали. Здесь не было даже занавесей, только посередине стояла огромная кровать под балдахином, на которой кто-то лежал, накрывшись с головой одеялом.

— Ну, давай, быстро, — толкнул лежащего мужчина. — Дай нам поговорить с господином комиссаром наедине.

— Я же не одета, — донеслось из-под одеяла.

— Кому ты нужна, он и не таких видел.

— Отвернитесь, — женщина засунула ноги в туфли, схватила лежавшую на стуле одежду и, прикрывшись ею, выбежала из комнаты.

— Ну, так что вы хотите от меня? — спросил мужчина, присаживаясь на единственный в комнате стул. — Только побыстрей, видите, у меня нет времени.

— Вы знаете господина Яншевского?

— А, этого ублюдка? Еще бы не знать. Из-за него мне пришлось переехать в эту дыру.

— Как вы относитесь к нему?

— Своими собственными руками задушил бы.

— Вы знаете, что его сегодня убили?

— Туда ему и дорога, — усмехнулся Альфонс. — Значит, эта дура с миллионами снова моя.

— Вы ничего не хотите мне сказать?

— Нет! Убирайтесь вон!

«Потайная дверь, ведущая в подземные лабиринты замка, открылась, и из нее вышел качающийся на каждом шагу скелет. В его пустых глазницах при виде лежащей на широкой кровати принцессы сверкнули красные огоньки. Он подошел к девушке, провел по рассылавшимся по подушке золотистым волосам своей шершавой ладонью, а затем вцепился обеими руками в ее горло. Что-то хрустнуло под его пальцами, принцесса дернулась и застыла с открытым ртом, из которого показалась тоненькая струйка крови. Скелет припал к ее губам и с каждым мгновением стал обрастать плотью, превращаясь в принцессу. Лежащая же на постели девушка с каждым мгновением превращалась в страшный скелет.

— Принцесса, откройте! — заколотил кто-то в дверь спальни…»

Ингрида Мелнарс перевернула страничку и тут услышала донесшийся из гостиной стук.

«Я, кажется, опять оставила открытым окно. Надо пойти закрыть, а то ветром разобьет», — подумала девушка и, отложив книжку в тонкой пестрой обложке, накинула халат. Пройдя в гостиную, она закрыла окно. Уже уходя, горничная протянула руку, чтобы поправить плохо висевшую бархатную штору, и тут из-за нее выпрыгнул мужчина в маске. Одной рукой он зажал рот Ингриде, а другой поднес к ее груди острый клинок.

— Тихо, а то… — обжег ухо горничной горячий шепот. — Достаточно одного звука, и ты будешь мертва. Понятно. Лицом к стене. Никому ни слова о нашей встрече.

Стукнуло окно.

С полчаса, наверное, простояла девушка так, лицом к стене и дрожа от страха, пока не отважилась оглянуться. С большим трудом на несгибающихся ногах она дошла до своей комнатки и быстро легла в постель, предварительно перевернув книжку, чтобы не видеть смотревшего на нее с обложки скелета с окровавленным ножом в руке. Минут двадцать Ингрида Мелнарс лежала в душной комнате, сжавшись клубочном и дрожа от страха, затем молодость и нервная усталость взяли свое, и она уснула, прикрыв голову подушкой. Но и во сне, ворочаясь и постанывая, она шептала:

— Не надо, не надо. Я ничего не скажу…

Рано утром в дверь дома Яншевского громко постучали.

— Что, позвонить не могут? — вздрогнув, подумала все еще не отошедшая после ночного кошмара горничная.

Она подошла и открыла входную дверь.

На пороге стоял старик с орлиным носом в черном, сильно помятом сюртуке.

— Доброе утро, милая девушка. Позовите, пожалуйста, хозяйку. Я обещал, что зайду сегодня к ней, — сказал старик, протискиваясь в приоткрытую дверь. — Я подожду ее здесь.

Горничная, ничего не сказав, пожала плечами и поднялась к экономке.

Вента Калныня нашла старика уже в кабинете покойного, разглядывающим доспехи.

— Доброе утро, красивая женщина. Я обещал и пришел, и даже привез тележку. Он, правда, хотел сам доставить мне эти доспехи, но раз такое дело… Я сейчас отдам оставшиеся деньги. Они вам сейчас будут очень нужны. Похороны всегда требуют больших расходов, чем рождение.

Антиквар достал из-за пазухи завязанные в носовой платок латы и протянул их экономке. Бумажных купюр там было намного меньше, чем в сундучке, но это не помешало хитрому старичку поплакаться:

— Ах я бедный, несчастный человек, отдаю свои последние сбережения. Поверьте, эта страсть к старью приведет меня к нищете. Хотя, вы знаете, я бы, пожалуй, купил у вас еще кое-что из того кабинета, если, конечно, не очень дорого. Принесите, пожалуйста, мне немного веревок и какую-нибудь тряпку, чтобы прикрыть доспехи.

Женщина вышла, а антиквар стал жадно ощупывать доспехи, бормоча себе под нос:

— О какая прелесть, какая работа. Клеймо. Настоящий шестнадцатый век и за двести латов! Здорово я придумал. Пожалуй, это лучшее, что я видел в последнее время. Теперь я смогу получить за них столько, что мне, наконец, хватит…

Старик был так увлечен разглядыванием доспехов, что даже не расслышал металлического щелчка, и только в последнее мгновение встретился взглядом с налитыми рубиновым светом глазами своего убийцы.

— А-а, — только и успел выдохнуть антиквар, прежде чем рухнуть с пробитой стальным клинком грудью.

Гутманис достал из кармана лупу и подошел к доспехам.

— Итак, вновь для убийства использован тот же меч. Но причем здесь этот старик? — Он повернулся к экономке. — Может, вы знаете?

— Они вообще-то не очень ладили между собой, кто-то из них перехватил что-то у другого. Антиквар встретил меня, когда я шла к вам в полицию и сказал, что Адольф обещал продать ему эти доспехи и даже успел взять задаток.

— И вы пообещали отдать их ему и ничего не сообщили об этом нам?

— Ничего я ему не обещала. Он сам сегодня с самого утра заявился и даже тележку приволок. Она до, сих пор там, на улице стоит.

— Я, кажется, знаю, как здесь все произошло, — вмешался в разговор Ивар Блуме. Сегодня он пришел на работу в натянутой по самые брови кепке и старался стоять так, чтобы свет не падал на подбитый глаз. — Когда вы пошли за веревками, дверь в кабинет была открыта?