После падения
Шрифт:
Я сел, ворча и чертыхаясь, пока переставлял негнущуюся ногу с кровати на пол.
Райан просунулся в дверной проем спальни, одна сторона его лица все еще была белой от пены для бритья.
– О, привет. Я тебя разбудил?
– Нет, вовсе нет.
– Я медленно сел. Блин, я так соскучился по возможности встать с кровати, не натыкаясь на кучу гипса. Впрочем, скоро. Очень скоро.
– Ладно. Хорошо.
– Он взмахнул бритвой, которую держал в руке.
– Дай мне закончить. Я вернусь через секунду.
– Не торопись, - сказал я, когда он скрылся в ванной. Жаль, что я не мог видеть его отсюда. Нет ничего лучше, чем наблюдать, как бреется мужчина.
Я покачал головой и потянулся за костылем.
– Нужна помощь?
– прокричал он из ванной.
– Пока нет, но через минуту.
– Сейчас буду.
– Кран открылся, и бритва снова забулькала в воде.
Мы уже отработали этот утренний ритуал. Райан помогал мне во всем, чего я не мог сделать, и терпеливо ждал, пока все остальное - чистка зубов, одевание - занимало в два раза больше времени, чем обычно. Мы, вероятно, были бы сбиты с толку и не знали бы, чем себя занять, когда наступит следующая неделя, гипс снимут, и я смогу справляться с повседневными делами со своей обычной скоростью.
И ничто из этого не помогло мне развязать узел в животе. Жить в комфортной домашней обстановке, не обращать внимания на мою постоянную зависимость - все должно было быть не так, как между нами. Когда, черт возьми, это случилось? Я должен был придумать, как вернуть нас на несколько шагов назад. Вернуться к тому, какими мы должны были быть, а не… не к этому.
Одетые, побритые, готовые к работе, мы стояли в спальне.
– Думаю, нам пора идти, - сказал он.
– Да. Боссы могут быть недовольны, если мы опоздаем.
Но мы не сдвинулись с места. И то, как он смотрел на меня в тот момент, было тревожно, особенно то, как от этого у меня в животе запорхали бабочки, а сердце забилось так, как это случалось всего несколько раз в моей жизни. Так было прошлой ночью, когда мы занимались …
Трахались. Пока мы трахались.
Он нежно обхватил ладонями мое лицо. Я вздрогнул, чертовски хорошо понимая, что поцелуй был бы плохой идеей прямо сейчас, потому что его глаза не говорили: Думаю, нам пора идти.
– Мы должны...
– Я перевел взгляд на его губы, затем снова поднял к глазам.
– Мы...
Райан поцеловал меня. В его поцелуях исчезла та робкая неуверенность, которая была с самого начала - теперь он был абсолютно уверен в себе, когда перешел от нежного прощального поцелуя к чему-то, что определенно... не было таким. Не мягким. Не прощальным.
– Ты опоздаешь на работу, - сказал я, хотя и не попытался отстраниться от него.
– Я всегда прихожу вовремя.
– Его рука скользнула вниз по моей талии.
– В этот раз я могу опоздать на несколько минут.
Он опоздал бы больше, чем на несколько минут. Этих нескольких минут хватило бы для лихорадочного секса на скорую руку полуодетыми, обещания большего и поцелуй на прощание. Не долгий, томный трах, одежда на полу, а Райан на мне, он насаживается на меня идеальными медленными движениями, пока я не кончаю в него. Не я, лежащий на краю кровати и отсасывающий ему долгим, затяжным минетом, пока он стоит, вцепившись в спинку кровати для равновесия. Не он, каждым прикосновением напоминающий мне, почему заниматься любовью было даже жарче, чем тотальный трах.
И уж точно не долгий, нежный поцелуй. Или долгий, исполненный блаженства взгляд, прежде чем прошептанное «нам пора вставать с постели» повлекло за собой еще один - всего лишь один– поцелуй. А потом еще один.
Это было чувственно. Это было идеально.
Это охуенно напугало меня.
« Дай-ка угадаю: если он появляется в неподходящее время, он никак не может быть мистером Правильным?»
«Что-то в этом роде» .
И, кроме того, как я мог влюбиться в человека, который не видит горизонта, не видит того, к чему ему нужно стремиться? Это был верный путь к катастрофе.
«Запомни мои слова, малыш». Слова Брэда эхом отдавались в моей голове, как зловещее пророчество. «Он тебе не нужен, и именно поэтому он появится».
О, я действительно хотел его, но дело было не только в неподходящем времени. Даже если бы Райан появился через год или пять лет, факт оставался фактом - я не мог позволить себе влюбиться в готового сбежать.
И прямо сейчас я не могу ни в кого влюбиться.
Что-то нужно было делать. Может быть, нам просто нужно было это обсудить. Быть на одной волне. Если ему не нравится связывать себя какими-либо обязательствами, он поймет, не так ли? Возможно, все это было у меня в голове. Если я возражаю против того, чтобы это было нечто большее, чем секс до ноября, то он, вероятно, чувствует то же самое.
Райан приподнялся и встретился со мной взглядом.
– Ты в порядке? Ты вдруг стал каким-то... отстраненным.
Я отвел взгляд, наблюдая, как мои пальцы обводят края его татуировки.
– Натан?
– Он повернул мой подбородок так, что у меня не было другого выбора, кроме как смотреть на него.
– Просто поговори со мной.
Я пытался выдержать его взгляд, но это напомнило мне о том, как мы смотрели друг другу в глаза, когда трахались - все еще не можешь признать, что это было занятие любовью, да?– и я отвел взгляд.
– Мне нужно знать, что мы делаем.
– Что ты имеешь в виду? – спросил он.
– Я имею в виду, мы начинали как друзья. Потом мы начали спать вместе. Но мы никогда по-настоящему не говорили о том... о том, будет ли это только секс или...
– Или что-то большее?
– Да.
– А ты что думаешь? – спросил он.
– Как ты думаешь, то, что мы делаем… это...
От его обнадеживающего тона у меня внутри все сжалось.
О Боже . О Боже, нет, давай не будем об этом.