Чтение онлайн

Буквально.

А затем этот верзила резко меня оттолкнул, а сам двинулся внутрь, забыв о том, что собирался на улицу.

– Что вы сейчас сказали?

Я не была глухой, но из вежливости, которой этот неандерталец не был достоин ни на один грамм, все же решила переспросить.

– Ты тупая? Или контуженная? Впрочем, неудивительно, учитывая… - Он махнул рукой в мою сторону, сосредоточенно изучая какие-то документы на столе в гостиной.

Внутри дома было на удивление светло и чисто. На противоположную от дороги сторону выходили огромные окна с мансардой. Здесь все было сделано добротно и очевидно продумано до мелочей. Стол с ноутбуком и удобное кресло, диван и плазма на стене, освещение по периметру потолка, регулируемое по необходимости. Это то, что первым бросалось в глаза.

Здесь все казалось гармоничным, кроме угрюмого бородатого хозяина. Его место было в лесу, в сторожке, с ружьем наперевес и волком под боком.

– Повторите, - я настояла на своей просьбе.

– Бля*ь. Ты не будешь здесь жить, что не ясно?

– Абсолютно все! У нас договоренность, вы получили аванс, мы должны были подписать договор!

– Считай не подпишем.

– А деньги?

– Забудь.

– Почемы вы обращаетесь ко мне на “ты”? Какого хрена?
– злость и адреналин не были моими лучшими советчиками.

В последний раз эти две эмоции щедро сдобренные психотропными средствами сподвигли меня на стриптиз прямо в зале суда. Тогда Тигран взбесился. Тогда он решил, что готов ради обладания мной рискнуть карьерой в политике, расположением к себе своих “друзей” и даже перспективой оказаться за решеткой.

Мои последние слова все же привлекли внимание неприветливого хозяина. Он поднял голову и, криво усмехнувшись, двинулся на меня. Я не сразу поняла, как легко и беспрепятственно он выволок меня обратно в сторону крыльца.

– Выметайся, сладкая. Ты не леди, а я не джентльмен и церемониться не буду.

В голове что-то вспыхнуло. Старое. Знакомое. Едва-едва пощекотало, поманило и испарилось. Странное чувство, но я никак не могла ухватиться за него, чтобы раскрутить в нормальное воспоминание.

– Послушайте, как вас там… блин, - я схватилась за голову, осознавая, что нас сейчас реально оставят на улице. Посреди незнакомого поселка и почти что в ночь.
– Горин! Точно, Захар Горин! Вы не можете выставить меня! Мне некуда идти. Почти полночь!

– Еще светло. Здесь есть гостиница. На одну ночь я компенсирую расходы, а потом без проблем снимешь квартиру.

Он полез в задний карман черных джинсов и достал бумажник.

– Мне не нужны деньги, - я пыталась совладать с голосом, но на меня накатывала паника. Нам нельзя в гостиницу. Нельзя регистрироваться по паспортам. Это может привлечь ненужное внимание и слишком опасно, даже спустя три года.
– Нам нельзя. Понимаете? Нельзя!

– Мне до этого нет никакого дела, дамочка.

– Лилия!

– Что?

– Меня зовут Мамедова Лилия, - отчеканила, гордо задрав нос. Кровь прилила к лицу, я чувствовала как под взглядом Горина горят щеки, уши и даже шея. Как колотиться сердце. Он действительно мог подавить всю волю стоящего напротив человека одним взглядом, не шевеля пальцем. Но не сегодня. Я больше никому не позволю издеваться над собой.
– Запомните мое имя, раз уж собираетесь отказать мне в жилье, которое я оплатила на полгода вперед!

– Как величественно. Мамедова!
– издевательски выдал наглец.

Во дворе залаяла собака и раздался звонкий смех Давида. Кажется, сын смог найти общий язык с псом, а вот я с его хозяином - нет. И все же звуки с улицы заинтересовали мужчину и без какой-либо деликатности Захар отодвинул меня со своего пути и вышел. Только бы он не причинил вреда моему мальчику! Один бог знает чем я ему не угодила, но Давида я ему и пальцем тронуть не дам.

– Стойте на месте!
– крикнула в удаляющуюся спину.

Но он не отозвался. Стоял на крыльце и наблюдал за игрой пса и ребенка. Хмурился. Широкие темные брови почти сошлись на переносице. Руки сложил на груди и ждал, что будет дальше. Кажется сейчас Горин спорил с самим собой и было совершенно неясно чем закончится этот внутренний монолог.

– Герда, ко мне!
– рявкнул он. Собака моментально метнулась к ноге хозяина. Давид поднялся с колен на ноги, отряхивая джинсы, кофту и даже волосы от опавшей и не убранной со двора листвы.
– Ей никто не нравится. Ты ее чем-то подкормил?
– спросил мужчина у сына.

– Нет. Кинул ей мяч. Она любит играть с мячом. Ее кличка Герда? Круто, как в сказке! Я могу с ней гулять, она забавная и…

– Замолчи, господи! Забавная, как же, - теперь Горин кажется злился на свою собаку.
– Тебя как зовут?

– Давид, - сын постарался сдуть прилипшую ко лбу темную прядь. Но у него ничего не вышло.

– И чей ты будешь, Давид.

– Мамин, - простодушно ответил ребенок.

Захар хмыкнул и что-то пробурчал себе под нос. Почувствовав, что эту глыбу все-таки можно сдвинуть, я вспомнила все хорошее, ради чего нас с Давидом стоит оставить:

– Мы очень аккуратные и тихие! Вы даже не услышите, что у вас появились соседи, а как только я найду другую квартиру, то съеду от вас.

Захар подхватил зверя под ошейник и отвел к будке, где посадил на цепь. Затем подошел ко мне и сунул в руку ключ.

– Душ работает, но горячая вода ограничена, поэтому не стоит поливаться так, словно это безлимитный тариф. Кухня одна, готовите себе сами, посуду мыть сразу. Не шуметь и не топать ногами, и…

– Дышать тоже нельзя?
– перебила я.

В темных глазах полыхнуло что-то зловещее.

– Можно. Пока я не скажу иначе.

Захар.

Проснулся я до будильника.

С моей работой и жизненным опытом ты либо начинаешь верить инстинктам, либо умираешь. Инстинкты говорили, что мы горим.

Потянул носом воздух - кто-то забыл кастрюлю на плите и теперь мой дом наполнил дивный аромат жаренной каши.

Фигня. Три из десяти по моей личной шкале пиздеца. Я бы даже попытался заснуть снова, если бы не долетавшие до меня причитания снизу:

“Боже мой, Боже мой, Боже мой”.

А потом звон разбившегося стекла.

Это было уже занятно.

Не тратя время на душ и не переодеваясь, я спустился на кухню и застал там… хаос!

Когда Данте описывал Ад, он имел в виду приблизительно это: гарь, вонь, дым, бьющая из крана вода, осколки на полу и вишенка на торте безумия - одна женщина, которая пыталась сделать все и сразу.