Чтение онлайн

– Так ты и будешь всё время засиживаться за делами, – тихо шепчет он. – Ну ничего, я намерен украсть тебя на выходных.

Он отстраняется, и в кабинете остаётся лёгкое эхо его присутствия.

Он уходит, а я остаюсь сидеть на месте. Пальцы ещё трясутся от прикосновения. В голове роится вихрь мыслей: зачем он всё это делает? Почему не сказал мне правду о проекте музея?

И тут приходит понимание: надо во всём разобраться. Разобраться, кто и что на самом деле хочет получить? Не врёт ли мне Драгунский? И если всё же врёт, но зачем? И почему его обман так гармонично сочетается с его вниманием, мягким голосом и его дерзкой, притягательной уверенностью?

Я беру блокнот и пытаюсь сосредоточиться на проекте, но мысли ускользают, возвращаются к нему, к его губам на моём лбу, к лёгкой улыбке и тому спокойствию, которое он тщательно старался изобразить, когда я говорила с ним о проекте музея.

Время летит быстро, и я постепенно втягиваюсь в дела. Когда я в следующий раз отрываю голову от чертежей, то стрелка на часах уже приближается к семи.

Как всегда – засиделась.

Закрываю вкладки на компьютере, прячу в стол папку с расчетами, которые принес мне Максим, как вдруг меня посещает мысль.

Одновременно авантюрная и в то же время крайне притягательная.

Почему бы мне сейчас не сходить в архивы компании? Может быть, мне удастся найти там больше информации о проекте музея?

Нет. Без Максима в архивах я точно запутаюсь в этих огромных кипах бумаг.

Быстро закидываю в сумочку свои вещи и направляюсь в сторону кабинета Максима, в надежде, что этот трудоголик и сегодня решил задержаться допоздна.

Оказавшись у дверей, я тихо стучу в дверь его кабинета.

– Максим, есть минутка? – спрашиваю я, осторожно приоткрывая дверь, – Мне нужна твоя помощь. Хочу, чтобы ты помог мне с архивами. Я думаю, что ты мог не всё там найти, что касалось проекта.

Максим отрывает взгляд от монитора и улыбается с лёгкой усталостью.

– Надя, конечно! Я с радостью помогу, – его голос мягкий, но в нём слышна какая-то тихая горечь.

Я смотрю на него и понимаю, что Максим не просто трудоголик по привычке, он почти что живёт в офисе. Но в его глазах читается энтузиазм, когда он говорит о работе.

В этом мы с ним очень похожи.

– Отлично! – говорю, улыбаясь. – Значит, вместе справимся.

Он кивает и встаёт, хватает пару папок, которые уже подготовил для работы.

– Пойдем, покажу тебе, где всё самое интересное, – его шаги лёгкие, уверенные. – Ты готова погрузиться в архивные дебри?

Я смеюсь и соглашаюсь:

– Конечно. Иначе бы не просила тебя о такой услуге в такой поздний час.

Мы идём по коридору к архиву, я краем глаза наблюдаю за ним. Потом осторожно спрашиваю:

– Не помешала ли я твоим планам? Может, ты хотел уйти домой к семье пораньше…

Максим смеётся и отмахивается рукой:

– Да что ты, Надя? Я холостяк до мозга костей. Семья у меня тут – в этих папках, на работе. Так что твои просьбы меня совсем не напрягают.

Я улыбаюсь про себя. С ним работать легко, даже когда тема непростая. С этим человеком точно не будет скучно копаться в архивах, хоть бы даже и до ночи.

Пока мы идём, он рассказывает о некоторых старых проектах, вспоминает курьёзные истории, как приходилось бороться с бюрократией и исправлять чужие ошибки. Максим живо жестикулирует, улыбается, и его рассказы словно оживляют эти старые пыльные документы вокруг нас.

Когда мы оказываемся в архиве, то открываем массив старых папок и начинаем просматривать документы, погружаясь в мир чертежей, заметок и планов, которые кто-то когда-то тщательно собирал.

Впереди у нас долгая ночь, и я даже не представляю, чего от неё ожидать…

?

Глава 57

Ильдар

Я сижу на диване. Бутылка виски почти опустела. Рука дрожит, глаза слипаются, но я всё равно держу перед собой чертежи музея.

Няня уже ушла, а вот Алеся так и не возвращалась после своего побега с богатым дедом на новой Бэнтли.

Квартира пуста. Здесь темно и тихо, и только тиканье часов и моё собственное тяжелое дыхание напоминают о том, что я ещё жив.

Пересматриваю расчеты, которые сделала для меня Надя по заказу Драгунского.

Вся беда в укреплениях! Они слишком дорогие. Ни один инвестор не даст столько денег. Ни один.

В памяти снова всплывает сегодняшнее утро: Надя с Драгунским. Вот они вместе на нашей с Надей кухне, где мы когда-то предавались любви! А теперь он там с ней. Смотрит на неё и смеётся, пока я вожусь в одиночку с этим проклятым проектом!

Сердце колотится, виски горит внутри, руки сжимают бумаги, пальцы оставляют следы на чертежах, и я физически ощущаю, как теряю себя в этом безумии.

Каждый раз, когда думаю о ней, сердце сжимается, а мысли путаются.

Снова беру ручку, снова начинаю считать, хотя понимаю, что это бессмысленно. И в этом бессмысленном счёте ещё ярче ощущается пустота и отсутствие Надиной поддержки рядом.

Внезапно слышу щелчок входной двери и мгновенно чувствую, как внутри сжимается что-то холодное. Даже не хочу шевелиться, не хочу встречать её взгляд. Но шаги в квартире не дают мне выбора.

Через пару секунд Алеся входит в комнату.

Не здоровается. Просто смотрит на меня и движется к своей сумке, будто меня здесь нет.

– Где ты была? – выдавливаю из себя сурово, голос хриплый, с ноткой раздражения.

– Ездила по делам, – отвечает она спокойно, почти равнодушно.

Мой взгляд мгновенно цепляется за детали.

Я не могу сдержаться:

– Мужик на Бентли – это и есть твои «дела»?

Она поворачивается, и в её глазах вспыхивает что-то злое.

– Ты следил за мной?! – вопит она, голос дрожит, в нём смесь гнева и обиды.

В этот момент я ощущаю, как моя злость и усталость смешиваются с бессилием.

Я сжимаю в руках стакан с виски. Она стоит передо мной, глаза пылают, руки сжаты в кулаки, и я понимаю, что мы оба на пределе.

– Ты следил за мной?! – повторяет она, уже ближе к крику, и это подстёгивает мою ярость.

– Следил?! – перекрикиваю её, голос рвётся наружу. – А ты что, думала, я буду сидеть сложа руки, пока твои «дела» на Бентли решаются?!

Алеся делает шаг вперед, пока я цинично раскидываюсь в кресле. В воздухе запах виски, напряжения и старых обид, которые вот-вот вырвутся наружу.