После развода. Не предал, а разлюбил
Шрифт:
— Я в туалет, — говорю Наде, чтобы не портить веселье вырвавшимся в люди супругам, и как заправский шпион крадусь за дочкой.
В уборной оказывается грязно и многолюдно. Отстояв приличную очередь на вход, захожу почти сразу после своего ребенка. Они с подругой прихорашиваются у раковин, я — занимаю одну из кабинок и чутко прислушиваюсь.
— Посмотрю еще один раз и все точно получится, — высокомерно говорит Юля таким пьяным голосом, что я едва узнаю ее.
— Я в это не верю, — фыркает Ярослава. — Вы даже не знакомы!
— В этом и смысл, — хмыкает Юля. — Вика права, они все ведутся на одно и то же. Сегодня закрою этот пункт, а ты можешь и дальше трястись.
Трясти от упоминания Вики и ее очередной правоты начинает скорее меня.
— Я тоже закрою, — принимает неведомое мне пари Ярослава.
— На кого ставишь? — хмыкает Юля.
— Тот, что у бара. В черной рубашке.
— Время пошло. Пятнадцать минут.
— Время пошло! — поддакивает ведомая Ярослава.
Я, не думая о том, успели ли они выйти, дрожащими руками достаю телефон и звоню Руслану.
— Ты в своем уме? — сонно рычит муж.
— У тебя пятнадцать минут на то, чтобы не дать нашей дочери совершить одну из самых огромных ошибок в жизни, — шиплю сквозь зубы. — Я больше не буду плохим полицейским.
— Какого черта, Тась?..
— Клуб «44». И, судя по тому, что я подслушала, тебе лучше поторопиться.
* * *
— Да сколько можно?! — возмущаются из-за дверцы туалета, но я и не думаю сдавать позиции и, тем более, извиняться за то, что слишком долго занимаю кабинку.
Смотрю на часы. Прошло уже восемнадцать минут, но ровным счетом ничего не происходит.
Что, если я ошиблась? Руслан порвет меня. Он написал, что выехал, помчал наверняка так, что уже на месте, но в остальном… я слышала всего лишь разговор двух пьяных малолеток, не более.
В панике кусаю губы. Молю Господа, чтобы у дочери хватило здравомыслия и одновременно с этим, чтобы у Руслана спустило колесо. А потом вдруг слышу возню за хлипкой стенкой и глухое бормотание мужчины:
— Ты такая красивая…
— Да тихо ты, — шикает Юля, — быстрее.
Меня бросает в жар. Решительно щелкаю замком, наплевав уже, как все будет выглядеть, распахиваю дверцу и вижу Руслана, с покрасневшими от ярости глазами. Одним жестом он приказывает мне скрыться, что я тут же и делаю, а сам грохочет кулаком в соседнюю дверцу.
— Юлия! — гремит, перекрикивая все звуки. — Открой дверь! Сейчас же!
— Вот черт, — в панике выпаливает дочь. Думает, наверное, что шепчет, но она так пьяна, что не в состоянии контролировать голосовые связки.
— Юля! — грозно повторяет Руслан. — Если ты немедленно не выйдешь, я выбью чертову дверь!
— Ты нормальный вообще?! — кричит из-за двери дочь. — Я в туалете!
— Повторяю! — повышает на полтона Руслан.
— Да выхожу я, выхожу! — возмущается Юля. — Ты чего тут вообще? Девичник же!
— Я тебе устрою девичник, — от злости хрипит Руслан. — Марш в машину. Живо!
— Пойдем, — пытается хитрить дочь.
— Я догоню, — ехидничает Руслан, а я в кое-то веки проникаюсь к нему уважением.
— Пап, пойдем. Ты делаешь из меня посмешище…
— Живо. В машину. А ты, — шипит через время и распахивает дверцу соседней кабинки так широко, что она бьется о мою.
— Я не знал, что она несовершеннолетняя! — возмущенно восклицает какой-то тип, явно просчитавшись, но кто станет его разубеждать?
— А мне похер, — заверяет его Руслан и в ту же секунду раздается глухой звук удара и женские визги. — Еще раз увижу рядом с моей дочерью — отправлю в больницу! Гандон! Теперь ты, — неожиданно пинает ногой дверцу в мою кабинку, а я вздрагиваю, — завтра поговорим!
Он хлопает еще и дверцей в уборную, каким-то образом сумев сорвать доводчик, а я закрываю глаза и выдыхаю. Смотрю на телефон в своих руках и перезваниваю Наде, выходя из кабинки.
— Куда ты делась?! — пытаясь перекричать музыку, возмущается Надя. — Мы тебя обыскались!
— Я в туалете.
— Что?! Я ничего не слышу! Подожди!
Через несколько секунд она врывается в уборную, локтями распахивая стоящих в очереди девушек, замечает меня и вздыхает:
— Ну и как это понимать?
— Не хотела портить вам вечер. Можно я домой, а? Мне тут некомфортно.
— Блин, Тась, только приехали! Ну ладно, вызову такси…
— Да зачем! Оставайтесь!
— Брось, — хмыкает подруга и, обняв меня за талию, выводит из уборной. — Кого мы пытаемся обмануть? Нам всем под сорокет. Погнали. Завтра на работу.
На прощание обещаем друг другу, что больше подобной глупости не совершим, расцеловываемся по щекам и отправляемся по домам. От того, насколько насыщенным выдался день, я почти вырубаюсь в такси. Уже дома через силу заставляю себя смыть косметику и переодеться. Ложусь и почти мгновенно отключаюсь, а просыпаюсь от грохота в прихожей.
Смотрю на часы и только вздыхаю: похоже, Руслан решил заявиться перед работой, еще и восьми нет. Нагло открывает своим ключом, скидывает ботинки, расшвыряв их по коридору, пинает пуф и входит в спальню без разрешения.
— Это больше не твой дом, забыл? — спрашиваю безразличным тоном, держа глаза закрытыми.
— А что такое? — уточняет едко. — Помешал?
— Мог бы, — отвечаю скупо.
— Снова попытаешься удивить меня воображаемым мужиком? — насмешливо хмыкает и садится на кровать.
— По-твоему, если я не нужна тебе, то не нужна никому? — уточняю с печальным смешком и приоткрываю глаза. — Никто теперь на меня даже не посмотрит, раз ты выбросил?
— Нет, я такого не говорил, — морщится и отводит взгляд. Темно еще, но даже света из коридора достаточно, чтобы неплохо видеть его. — И я тебя не выбрасывал, что за претензия?
— Что ты, какие претензии, — тихо фыркаю.
— Ну давай, скажи уже. Выскажись, — конкретизирует с ядовитым смешком.
— Зачем тебе склоки с бывшей накануне счастливого события?