Чтение онлайн

— Сразу объяснить нельзя было?! Обязательно нужно вывести?!

— Руслан… — тяжело вздыхаю.

— В семь! Заеду!

— Я работаю до десяти, ты прекрасно знаешь…

— И во сколько я домой попаду? За полночь?

«Раньше тебя это не волновало…» — думаю с вновь вспыхнувшей обидой.

— Речь о Юле, Руслан. Но, хорошо, раз ты так занят…

— Подъеду к десяти, — бросает раздраженно и отключается.

Не самое удачное начало. Но, если не пресечь на корню эту попытку настроить против меня дочь, дальше станет только хуже.

Абсолютно уверенная в своей правоте, спокойно дорабатываю рабочий день. Ноги и руки от усталости еле шевелятся, день выдался поистине насыщенным: полная запись, причем, записываться начали ближе к обеду, заполняя все перерывы. В общем, на улицу не выхожу, а выползаю, кое-как нахлобучив на голову шапку.

Машину Руслана вижу сразу. Роскошный белоснежный седан выгодно выделяется на фоне моей грязной потрепанной девятки болотного цвета. Из выхлопной трубы поднимается дымок, намекая на комфорт и уют в салоне, но свет внутри не горит, так что всю паршивость сегодняшнего вечера я понимаю, лишь распахнув переднюю пассажирскую дверь. И увидев там Викторию.

— Сядь назад, — поморщившись, бросает мне бывший муж.

Захлопываю дверцу, стараясь сделать это с уважением хотя бы к автомобилю. Втягиваю морозный воздух через нос так быстро, что его сводит изнутри. Совершенно отвратительное чувство, добавляющее немало раздражения. И вроде бы понимаю, что в таком расположении духа лучше бы отменить разговор, поехать домой и, для начала, поговорить с дочкой, но все равно сажусь, становясь одним из главных действующих лиц в каком-то идиотском анекдоте.

— Ну, что? — поторапливает меня Руслан, максимально развернувшись.

— Я хотела поговорить наедине, — отвечаю ровным голосом.

Конечно, я не рассчитываю, что он вышвырнет любовь всей своей жизни на улицу, хотя в той шубе, что торчит из-за сиденья ей не страшны никакие морозы. Наверное. Мне никто никогда шубы не дарил. В общем, я всего лишь хочу понять, какого хрена он творит, таская ее за собой на приватную беседу о нашем с ним совместном ребенке.

— Смысл? — равнодушно ведет плечом Руслан. — Мы все равно будем обсуждать этот разговор вместе. К тому же, Вика принимает такое же участие в воспитании, как мы с тобой.

Он так просто мне это заявляет, что хочется вцепиться зубами ему в глотку. И если его желание оставить меня я проглотила, насильно мил не будешь, то подобного заявления я точно не потерплю.

— Именно об этом я и хотела поговорить, — проговариваю максимально сдержанно. — С какой стати?

Руслан удивленно вскидывает брови.

— Что — с какой стати?

— С какой стати совершенно чужой человек принимает участие в воспитании нашего ребенка?

— О, Господи, — удрученно бормочет Виктория. — Я лучше выйду.

— Сиди, — приказывает Руслан и она остается на месте. Прекрасный ход, девочка. Хвалю. — Этот, как ты выразилась, совершенно чужой человек меньше, чем через месяц станет моей женой. Официально.

— С чем я вас и поздравляю. Какое отношение твоя личная жизнь имеет к нашему ребенку?

— Это что за разговоры, я не понял? — рычит Руслан. — Ты вот за этим заставила меня притащиться на другой конец города ночью? У меня, по-твоему, других дел нет кроме твоей глупой ревности?! — с каждым новым вопросом все сильнее повышает голос.

— Руслан, пожалуйста, — шепчет Виктория, положив свою руку на его.

— Я жду объяснения, Таисия! — брызжет слюной бывший муж, проигнорировав свою невесту.

— Я обязательно тебе его дам, как только ты прекратишь орать на меня, — отвечаю холодно, не испытывая к нему ничего, кроме лютого разочарования. Повисает напряженное молчание, и когда я вижу, что бывший супруг немного выдыхает, продолжаю диалог или как там называется фарс на троих между бывшими супругами и любовницей: — Во-первых, никакой ревности нет и в помине. У меня есть мужчина и, если мне придет в голову начать страдать подобной ерундой, все внимание достанется ему, — так же легко вру ему в лицо, как он врал мне месяцами. — Во-вторых, я убеждена, что воспитанием детей должны заниматься их родители. И, пусть даже официальный, статус мачехи такого права не дает. Общайтесь, никто не возражает, но не стоит вкладывать в голову ребенка свои выводы, видения и, в особенности, моральные устои.

Виктория нервно фыркает, а Руслан грозит мне:

— Не перегибай.

— Было бы гораздо спокойнее поговорить наедине, — хмыкаю. — Но ты сделал свой выбор и дослушаешь меня. В-третьих и в-главных, меня категорически не устраивает попытка настроить моего ребенка против меня.

* * *

— Что?! — вскидывается девушка, не выдержав. — Я не настраивала Юлю!

— И откуда же такой вывод? — едко уточняет у меня Руслан.

— Из слов Юли, разумеется. Уж явно не с потолка. Сегодня я узнала от нее, что Вика была права. Такая, как я, никогда не поймет.

Руслан сдвигает брови к переносице и поворачивается к Виктории.

— Как ты понимаешь, подобные разговоры неприемлемы. Она только с виду взрослая.

— Не зуди, — отмахивается от меня. — Вик?

— Я ничего такого не говорила, Русь, — трогательно частит девушка. — Да, мы разговариваем, обо всем на свете, но я бы никогда не стала так говорить о ее маме. Это же… мама, в конце концов.

— Какая бы она не была, — со смешком заканчиваю ее мысль.

— Я этого не говорила! — повышает голос Виктория, даже не обернувшись на меня.

— Смысл? Вполне логичное завершение мысли. Иногда и намека более, чем достаточно.

— Ну вот видимо исходя из такой извращенной логики мы и оказались в этой ситуации. Перевернуть можно любые слова! У кого что болит, знаете ли, — добавляет язвительно и на «вы», подчеркивая разницу в возрасте.

Не выдерживаю и прыскаю. Ну а что? Это очень смешно, учитывая, что трахает ее еще больший старпер, чем я. У нее не муж будет, а папик, почти вдвое старше.

— Так, все, — прерывает перепалку Руслан. — Я услышал достаточно. Поговорю с Юлей сам. Это все?

— Да, это все, — отвечаю холодно и выхожу, на этот раз хлопнув дверцей от души.

Поговорит он… знаю я, чем закончатся все эти разговоры. Белая и пушистая Виктория пару раз взмахнет ресницами, и я снова превращусь в злобную завистливую мамашу. Которая ни черта не смыслит в этой жизни.

Нет уж, спасибо. Сама поговорю со своим ребенком.

В квартиру захожу, мысленно прокручивая в голове возможный разговор. Понятно уже, что Виктория ей глубоко симпатична, да и опускаться до уровня любовницы я не собираюсь, так что выражения придется подбирать особенно тщательно. Надо дать ей понять, что я всегда открыта для любой темы, что люблю ее и не испытываю неприязни к новой жене ее отца, что желаю им счастья. А потом намекнуть, что и у меня есть чувства, сердце и остатки гордости.