Чтение онлайн

Я молчу.

— Я тут подумал, — добавляет он, и в его голосе снова появляется тот самый азарт, который я уже успела узнать. — Меня позвали на одно шоу. «Да/нет-ка».

Я приподнимаю брови. Кажется, я слышала о нем. Юмористическая передача в стиле каверзных вопросов.

— Популярная штука, — поясняет Агеев на всякий случай. — Там формат простой: я отвечаю на неформатные вопросы. Но задаёт их человек, которого выбирает аудитория.

Я чувствую, как внутри что-то настораживается.

— И?

— Продюсеры почти уверены, что аудитория захочет видеть тебя.

Я медленно сажусь на кровати.

— Меня?

— Да. Они прямо настаивают на твоём участии.

Он делает паузу.

— Это был бы отличный ход. Мы бы показали себя, дали людям эмоцию. Стали ближе.

Я молчу.

Он говорит мягче:

— Подумай. Это недолго. И очень эффективно.

Антон все еще висит на линии молча ожидания ответа.

Я вздыхаю, представляя лицо Руслана, если я соглашусь на эту съемку.

— У меня есть время подумать? — спрашиваю у Антона.

— Конечно. Но не слишком затягивай. Продюсерам тоже нужно всё эффективно решать.

Я чуть сильнее сжимаю трубку и заканчиваю разговор.

Как бы я сейчас не хотела это признавать, но Антон прав.

Абсолютно прав.

Такие шоу это не просто эфиры. Это возможность раскрыться, зацепить. Заставить людей поверить. А значит и купить.

Я поднимаюсь с кровати и медленно спускаюсь вниз.

На кухне уже шумно. Руслан Хамидов сидит за столом. Перед ним чашка кофе, телефон, какие-то бумаги. Он выглядит так, будто уже несколько часов на ногах.

Я останавливаюсь на пороге, несколько секунд раздумываю над тем как правильно начать, а затем все же решаюсь и произношу все одним залпом:

— Мне звонил Агеев.

Руслан поднимает взгляд.

— И?

Я делаю шаг вперёд.

— Он зовёт меня на «Да-нетку».

Руслан даже не поднимает голову.

— Нет.

Я замираю.

— Что значит нет?

— Это слишком опасно, — отвечает он. — Я не знаю, где сейчас Абсалам. И не знаю, что он планирует.

Я чувствую, как внутри начинает подниматься раздражение.

— Но я не могу всё время сидеть дома.

— Можешь, — спокойно говорит он. — Ты можешь вести рекламную кампанию отсюда. В доме есть зал. Снимай контент там.

Я невольно усмехаюсь.

— Ты серьёзно?

Он не отвечает.

Я подхожу ближе.

— Ты знаешь много домохозяек с личным тренажёрным залом?

Он смотрит на меня, но молчит.

— Мне нужен хотя бы один день, — продолжаю я, уже не сдерживая эмоций. — Съездить в город. Снять нормальный контент. Разобраться с делами.

Я чувствую, как голос становится жёстче.

— У нас скоро запуск продаж. Пока только Антон Агеев хвалит продукт у себя. А я снимаю одно и то же.

Руслан молчит.

Это молчание бесит ещё сильнее.

— Никто не поверит, что я похудела, сидя дома, — говорю я уже резко. — Людям нужно зрелище.

Я делаю паузу.

— Или ты забыл, что я взяла деньги за эту работу?

Его взгляд становится холоднее.

— Деньги не проблема.

Я замираю.

— Я верну их Агееву, — спокойно говорит он. — Если ты так переживаешь.

Что-то внутри меня обрывается.

— Ты… серьёзно?

— Да.

Он встаёт из-за стола.

— Ты остаёшься дома. Это не обсуждается.

Руслан берёт ключи и не глядя на меня бросает:

— В целях твоей безопасности.

Он не дожидается моего ответа. Бросает на меня предупреждающий взгляд, накидывает пиджак и открывает дверь.

— Не забывай, что у тебя и другое клиенты есть, — произносит он с подчеркнутым формализмом и молча уходит.

Дверь за ним закрывается, и в доме снова становится тихо.

Но эта тишина уже совсем другая. Тяжёлая. Давящая.

Я стою посреди кухни и чувствую, как внутри закипает злость. Он даже не попытался меня услышать.

Не подумал, как решить проблему.

Не предложил вариант.

Просто… запретил.

Посадил под замок.

Нет! Меня так не устраивает! Я имею права работать, а не сидеть в четырех стенах! Тем более у Агеева своя студия, в ней безопасно, и я уверена, что если его предупредить он сможет обеспечить мне достаточную безопасность, чтобы я не пересеклась с Абсаламом.

Я резко беру телефон со стола. Пальцы сами находят нужный номер, и я нажимаю на кнопку вызова.

— Да? — раздаётся голос Агеева буквально через секунду.

Я закрываю глаза, и, почти не давая себе времени передумать, решительно говорю:

— Я согласна. Я приеду на шоу.

Неделю спустя

Дорога до студии кажется длиннее, чем есть на самом деле.

Я сижу на заднем сиденье чёрного автомобиля, который прислал Антон, и смотрю в окно, за которым передо мной медленно проявляется знакомый город. После нескольких дней за высоким забором, среди сосен и тишины, он кажется почти чужим и в то же время необъяснимо притягательным.

Телефон лежит рядом экраном вниз. Я несколько раз за дорогу беру его в руки, словно собираясь кому-то написать… И каждый раз откладываю обратно.

Я не сказала Руслану, куда еду.

И от этого внутри сидит неприятное чувство, будто я делаю что-то запретное.

Да, он будет ревновать, если узнает. Будет злиться и негодовать. Но может быть, когда он увидит наши продажи, то поймет, что все было не зря? В конце концов, я ведь должна выполнять свою работу.

Машина мягко останавливается у входа в студию. Перед зданием уже толпятся люди: ассистенты с рациями, курьеры, какие-то участники съёмочной группы. Всё движется, гудит, живёт своим ритмом.

Я выхожу из машины и сразу чувствую, как на меня рушится знакомый шум съемочной площадки. Голоса, шаги, свет прожекторов, хлопанье дверей.

Я невольно сжимаю сумку в руках, осматриваюсь. Внутри поднимается тревога, которую я изо всех сил пыталась заглушить всю дорогу.

Ничего. Все это просто стресс после встречи с Абсаламом. Сейчас я встречусь с Антоном и от моего страха не останется и следа.

Я переминаюсь с ноги на ногу, когда из толпы вдруг появляется знакомая фигура.