Чтение онлайн

– Наш… Наш сын, - поправляет он меня.

– К этому нужно ещё привыкнуть, Яр…

– Привыкай… Потому что теперь будет только так. Я не брошу вас и не оставлю… Я хочу чтобы мы жили как семья, - говорит он, продолжая смотреть мне в глаза.

– Я не знаю… Выйдет ли. Смогу ли я, - признаюсь. – И хочу ли я вообще этого… Если ты не обидишь Дамира и хочешь быть для него отцом, я не буду этому препятствовать, но на счёт нас и семьи… Я не уверена. Возможно ничего не выйдет и я никогда не поменяю мнения о тебе и не перестану тебя… Бояться.

– Я очень постараюсь для того, чтобы это было не так. Просто разговаривай со мной… Высказывай всё, что тебе хочется или что тебе не нравится. Разреши быть рядом… Пускай, даже если, мне придется соблюдать дистанцию, - просит.

– Дистанцию? – повторяю я, улыбнувшись. – Ты знаешь, что такое дистанция? – спрашиваю, взглянув на его руку у себя на талии.

Яр тоже опускает взгляд, а после поднимает глаза и смотрит на меня исподлобья.

– Хочешь, чтобы я тебя отпустил? – уточняет, будто я могла отказаться. Я киваю, и он отпускает, позволяя мне отступить на шаг. – Я хочу посмотреть на него… На нашего сына, - вдруг говорит он.

– Ты же его видел…

– Да, но тогда это было другими глазами… Сейчас я хочу взглянуть на него как отец, - объясняет и я его понимаю.

– Он сейчас спит… Но если ты посмотришь на него тихо… То, ладно, - соглашаюсь, чувствуя в груди странную смесь эмоций. Мы впервые спокойно разговариваем с Яром, и мне уже было не так страшно находиться рядом с ним.

Я понимаю, что всё это благодаря Яру и тем нужным словам, которые он нашел. Ведь после всего того что я услышала… После его реакции на признание о том, что Дамир его сын… Я действительно взглянула на него по-другому.

Да, это ещё не полное доверие и признание, но всё же - первый шаг был сделан. Яр действительно принял другие очертания в моих глазах.

– Пойдем, - как-то нетерпеливо говорит Яр, когда я слишком надолго зависаю на месте, обдумывая всё произошедшее.

Я киваю, и мы сразу покидаем его спальню, направляясь смотреть на НАШЕГО сына.

Я захожу в свою спальню первой, Яр следом. Мне волнительно и одновременно как-то радостно.

Теперь у моего сына будет папа… Его настоящий, родной папа, который хочет его и не обидит. Это все я поняла, по словам Яра… А подтверждением всему этому, стала его реакция на правду, которая чётко отобразилась в его глазах.

Да, совсем ещё недавно Змей смотрел на меня с презрением, причинял боль, обижал и не хотел иметь детей, тем более от меня… Но ведь люди меняются!

У всех должен быть второй шанс. И я хотела дать его Яру, потому что именно он вернул мне Дамира, бросившись его искать и помогать мне, мгновенно. Именно он дал нам крышу над головой, защиту, всё необходимое и при этом он ещё не знал что Дамир его сын… Разве это не показатель?

Разве это не благородный поступок, который может заслуживать награды?

Мы оказываемся в комнате. Здесь тихо, свет тусклый, включенный только меленький ночничок возле кровати. Но этого света было достаточно, чтобы увидеть крохотное тельце спящего Дамира в его новой кроватке, и худенькую фигуру Николь, которая спала на моей кровати, скрутившись в клубочек.

Я застываю в центре комнаты и смотрю на это умиление, едва сдерживая слёзы. Яр ровняется рядом со мной, после чего замирает на месте и оглядывается вокруг.

– Ты уже познакомилась с Николь?
– спрашивает, заметив девочку.

– Да. Очень хорошенькая милашка, - говорю с нежностью. – Только вот я так и не поняла, кто она тебе и почему ты за ней присматриваешь, - добавляю, взглянув на мужчину.

– Николь – дочь горничной, которая однажды помогла мне. Женщина стала свидетельницей разговора отца… Он планировал меня убрать. По сути, Анна спасла мне жизнь, но… За это поплатилась своей. Позаботиться о её дочери – это меньшее что я могу сделать для Анны, в знак благодарности. Но… Я могу дать Николь всё: счастливую, обеспеченную жизнь, образование, хорошее будущее… Всё кроме любви и нежности. Просто потому, что не совсем понимаю, как проявлять эту любовь и нежность. Я не умею. Но я знаю, что это есть в тебе… И если ты останешься со мной… А ты останешься, потому что я всё для этого сделаю, - добавляет он, взглянув на меня, - то, я буду тебе очень благодарен, если ты заполнишь эти отсутствующие пробелы и дашь Николь то, что не могу дать я. То же самое касается и Дамира…, - признается он, взглянув на спящего сына. И в этот момент его глаза приобрели другой оттенок. – Я дам ему всё, но любовь и нежность… С этим будет сложнее.

– Любовь и нежность мамы и папы - отличаются. Так и должно быть, - говорю я, продолжая смотреть на Яра. Он хотел что-то изменить, только вот его явно многому не научили. Но его инициатива и понимание проблемы – уже многое означало. Он действительно менялся… Не знаю, что на него так повлияло, но он менялся. – И любить не нужно уметь. Это идет изнутри. Это то, что ты чувствуешь, когда смотришь на сына и Николь. Это и есть любовь, просто тебе нужно понять, как её отпускать и проявлять. И это не сложно…

– Вот останешься со мной и научишь меня, - говорит Яр, еле заметно улыбнувшись. – Но предупреждаю, иногда я туго воспринимаю информацию, может затянуться на всю жизнь, - добавляет и теперь моя очередь улыбаться. Впервые слышу, чтобы Яр шутил.

– Я подумаю, - отвечаю уклончиво, смущенно отведя взгляд, потому что когда я улыбнулась, Яр взглянул на мои губы таким странным взглядом, что моё тело тут же бросило в жар. Чтобы как-то разорвать этот странный, неловкий момент, я решаю переключить внимание на сына. – Ему уже два месяца и пять дней. Родился он ночью, весом в три килограмма восемьсот грамм, ростом - 52 сантиметра…

– Я знаю. Читал об этом…, - признается Яр, приближаясь к сыну и глядя на него так, что у меня в груди защемило, а на глазах выступили слёзы. Я стояла в стороне и не приближалась, чтобы не помешать этому волшебному моменту – первому знакомству папы с сыном. – Знаешь, это действительно разные ощущения, когда я не знал что он мой и сейчас, когда я смотрю на него как на своего сына, - говорит он, потянувшись своей огромной ручищей к малышу и проведя кончиками пальцев по его маленькой ручке.

Дамир зашевелился и недовольно захныкал, заставив Яра резко отдернуть руку и напрячься. Я не смогла сдержать улыбки, наблюдая за этой картиной. Что Николь, что Яр – одна реакция.

И ладно уже Николь – ребёнок… Но Яр… Я впервые видела его таким взволнованным и озадаченным.

А Дамир как специально, ещё сильнее начал крутиться и громко плакать.

– Я что-то сделал не то? – растерянно спросил Яр, взглянув на меня.

– Нет, - бросила я с улыбкой, приблизившись к кроватке и взяв сына на ручки.
– Он просто хочет есть… Поможешь? – спрашиваю, убаюкивая сына в руках.

– Да… Конечно. Что мне делать? – сразу спрашивает он.

Я, правда, не хотела слишком наседать на Яра и чем-то загружать его, но сегодня всё произошло само собой. Ему пришлось пройти первый курс молодого отца.